Предательство в Шервудском лесу - Эми С. Кауфман
Она извинилась, стараясь держаться как можно скромнее, но переполненный мочевой пузырь вынудил ее в срочном порядке искать отходное место, которое, к счастью, быстро нашлось во дворе. На обратном пути Джейн услышала смех Беатрис, доносившийся из сада за домом. Она пошла на звук, завернула за угол и чуть не наткнулась на Робина и Беатрис, которые прижимались друг к другу в темноте: ее голова была запрокинута в экстазе, он жадно целовал ей шею, запустив руку под ее пышные юбки.
У Джейн перехватило дыхание, ее сердце яростно заколотилось, и она ощутила приступ острой тоски, быстро сменившейся злостью. Той же злостью, что бурлила в ее крови, если ее братья съедали втроем всю приготовленную на сегодня похлебку зимой, когда с едой было туго. В сердце вспыхнул внезапный пронзительный голод, и ей захотелось оторвать Робина от Беатрис и наброситься на него, словно Джейн была изголодавшимся волком, а Робин – какой-нибудь курицей.
Робин чуть отстранился от Беатрис и начал поворачивать голову. Резко стряхнув с себя оцепенение, Джейн развернулась и бросилась прочь. Она вихрем влетела в пиршественный зал, стараясь не выдавать своих внутренних переживаний, и услышала, как следом за ней в зал вошла Беатрис.
– Милорд, мне действительно пора домой, – сказала Джейн Уолтеру, пытаясь унять дрожь в голосе. – Спасибо за гостеприимство. Это было… гораздо больше, чем я смела мечтать.
Уолтер от души рассмеялся.
– Пожалуй, так. Не каждый день простая служанка пирует в доме шерифа! Ну что ж, ступай с Богом, а мы проследим, чтобы ты вернулась в целости и сохранности. – Он махнул рукой Фулку. – Проводи девушку до рынка.
Окинув Джейн похотливым взглядом, Фулк поднялся из-за стола. Пряди его тускло-каштановых волос, редеющие на макушке, липли к потной голове.
– Вы очень любезны, – пробормотал Джейн, – но не нужно меня провожать. Я…
– Я настаиваю, – сказал Фулк. – Негоже юной девице ходить одной, в городе небезопасно. – Он ухмыльнулся, обнажив желтые зубы и несколько черных пустот в тех местах, где зубов не хватало. То ли их выбили в драке, то ли они выпали сами от чего-то похуже чужих кулаков.
– Я…
Робин подошел к Джейн и положил руку ей на спину. Она вздрогнула от его прикосновения. От него исходил плотный запах крепкого эля и духов Беатрис. Джейн была искренне убеждена, что у него благородные намерения, а он повел себя хуже животного, разве нет?
– Джейн, я чуть не забыл, у меня голова затуманилась от хорошей еды и доброго эля. Твой молодой человек говорил, что будет ждать тебя у подножия холма, прямо здесь. Славный малый, – сказал Робин, в упор глядя на Фулка. – Служит конюхом в королевской усадьбе. Сильный как лев и такой же свирепый, да Джейн?
– Да, он такой, – выдохнула Джейн, в ее сердце боролись благодарность и злость на Робина. Он играет с огнем и так глупо рискует своей головой, но он хотя бы не тянет ее за собой и дает ей возможность уйти, избежав неприятностей, которые он сам же себе создает.
– Джейн. – Что-то в голосе Робина заставило ее обернуться и посмотреть на него, хотя ей совсем этого не хотелось. Он вложил что-то ей в руку. – Твоя доля выигрыша, прелестная дева. За помощь на рынке и потерянный день. Ты очень добра, помогла старику и не дала ему заскучать. – Он пристально посмотрел ей в глаза, словно снова ее проверяя и пытаясь понять, не собирается ли она рассказать о его давешних шалостях с женой шерифа. Словно это была часть ее испытания, и от Джейн требовалось только одно: держать язык за зубами.
Кошелек в руке Джейн был настолько тяжелым, что у нее перехватило дыхание.
– Милорд… – Она осеклась и прочистила горло. – Добрый сэр, тут слишком много. Я не могу это взять.
– Купи себе новое красивое платье для работы в королевской усадьбе. Тебе надо произвести впечатление и на новых хозяев, и на своего кавалера.
– О, гончар, который играет в лорда, – ухмыльнулся шериф.
– И лучник, – весело отозвался Робин.
Ухмылка тут же исчезла.
– Да, лучник. Конечно. Как будто я мог забыть.
* * *
Бран дожидался Джейн именно там, где сказал Робин, и он привел с собой лошадь.
– Ну что? – просил он, расплывшись в улыбке. – Как все прошло?
Джейн упала в его объятия, и у нее наконец отлегло от сердца.
– Боже правый, от тебя пахнет элем!
– Я так рада, что все закончилось, – сказала она, потом чуть отстранилась и посмотрела ему в глаза. – Все закончилось, правда?
– Э… не совсем. – Бран по-прежнему улыбался, но смотрел виновато, как бывало, когда он опаздывал на свидание, а то и вовсе не приходил, позабыв о назначенной встрече. – Кто-то должен предупредить наших, что к ним едет шериф. Робин хочет, чтобы это была ты.
– Откуда ты знаешь о планах Робина и шерифа? Они только что договорились о завтрашней поездке!
Бран улыбнулся.
– У Робина повсюду глаза и уши, среди слуг и посыльных, людей маленьких и незаметных, на которых никто не обращает внимания. Они передали нам весточку.
Джейн подумала о стареньких слугах Беатрис, которые таскают тяжелые корзины и табуреты, так что их спины необратимо согнулись крючком. Не они ли шепнули словцо людям Робина? И ей самой уготовано точно такое же будущее – стать еще одной парой невидимых глаз и ушей для героев из леса, что натягивают тетиву своих луков ради славы и пропивают свою добычу под сенью деревьев?
– И я теперь буду одной из них?
– Нет, Джейни, – ответил Бран, целуя ее в макушку. – Ты не такая, как все. Ты особенная. Для меня-то уж точно.
Но не для Робина, подумала Джейн, пусть даже сегодня она и почувствовала себя важной и нужной ему. Ей вдруг стало неловко и стыдно за свои глупые ожидания, ее сердце болезненно сжалось в груди. Какая же она дура…
– Зачем нужно их предупреждать? Он отправляет шерифа в другую сторону, в сосновый лес возле Раффорда.
– Там-то они и устроят засаду, – сказал Бран, и его взгляд стал серьезным и жестким. – И ты будешь с ними. А сейчас я отвезу тебя домой. Завтра тебе рано вставать.
– Что Робин с ним сделает?
– Просто покажет, кто здесь хозяин, чтобы шериф не совался, куда не надо. – Бран потрепал лошадь по шее, и