Предательство в Шервудском лесу - Эми С. Кауфман

Робин лишь улыбнулся и выстрелил в свой черед.

Звон тетивы, свист стрелы в воздухе и резкий треск наконечника, расколовшего натрое колышек в самом центре мишени. У Джейн отвисла челюсть.

Во дворе воцарилась потрясенная тишина. Первой в себя пришла Беатрис. С победным криком она вскочила со своей табуретки, опрокинув ее на землю.

– Святые угодники! Он победил! – Она схватила Джейн за руку и рывком подняла на ноги. – Он победил!

Наемники ругались на чем свет стоит, а Джейн хлопала в ладоши, хотя у нее тряслись руки.

– Вот уж поистине дьявольское везение, гончар, – сказала она.

Опустившись на одно колено, Робин склонился в глубоком поклоне.

– На все воля Божья, милостью пресвятой Девы Марии, малышка Джейн. Иди по пути, что укажет тебе Богоматерь, и тебе будет сопутствовать только удача. – Он поднял голову, и в угасающем свете солнца под слоем серого пепла на его волосах на мгновение блеснула огненная рыжина лисьего меха, как улыбка тайного возлюбленного. – И коронуют ли королевы своего сегодняшнего чемпиона, как в старые добрые времена?

Беатрис захихикала, как девчонка, и сделала реверанс, приподняв юбки чуть выше, чем позволяют приличия. Потом нетрезвой рукой сорвала с волос ленту, державшую сетку, и водрузила ее на голову Робина, причем вкривь и вкось, так что та съехала набок и закрыла его лицо. Ее роскошные локоны выбились из-под сетки и рассыпались по плечам.

– Добрый сэр Роберт Уэнтбридж, – провозгласила она, – я нарекаю тебя… нарекаю тебя рыцарем глиняных горшков! – Беатрис рассмеялась, и Джейн тоже выдавила из себя хриплый смешок, словно тонула, и это был ее последний глоток воздуха. Она украдкой взглянула на шерифа, чье лицо стало мрачнее тучи. Беатрис явно позволила себе лишнего. Уолтер держался из последних сил. Еще секунда – и его ярость прорвется наружу.

Джейн сняла с головы Робина несуразную повязку, стряхнула с нее пепел и вернула ее Беатрис.

– Вы испортили прическу, миледи. Позвольте мне все исправить.

Жена шерифа послушно склонила голову, но при этом она не сводила глаз с Робина.

Увидев, что растрепавшиеся локоны Беатрис снова уложены в аккуратную прическу и убраны под сетку, как приличествует жене человека его положения, шериф вроде бы успокоился. Хаос отступил, порядок был восстановлен. Уолтер медленно и с натугой расправил плечи, переступил с ноги на ногу и громко хлопнул в ладоши, так что вся честная компания мигом притихла.

– Значит, ты все-таки настоящий мужчина, достойный носить оружие. Ты когда-то был воином и держал это в тайне?

Джейн нутром ощутила опасность, но продолжала старательно улыбаться, так что челюсти сводило от боли.

Робин оторвал взгляд от Беатрис и повернулся к шерифу.

– Воином? Нет, только не я. Но я неплохо стреляю из лука. Меня обучал мастер-лучник и даже отдал мне свой старый лук. Я оставил его в тележке, когда мы отправились сюда с горшками, иначе мне не пришлось бы одалживаться у вас.

Глаза Уолтера заблестели, как солнечный свет на едва тлеющих углях.

– И кто же тебя обучал?

– Робин Гуд, милорд. Вы его знаете?

У Джейн сжалось сердце. Она думала, что во дворе и так было тихо, но теперь тут воцарилась поистине мертвая тишина.

– Ты что, смеешься? – нахмурился шериф.

Робин продолжал улыбаться.

– Зачем бы мне насмехаться над человеком, который собирается мне заплатить сорок шиллингов? Да, кто-то считает, что Робин – выдумка, но мы с ним сотню раз состязались в стрельбе из лука под большим деревом, где у них место сбора. Он каждый раз побеждает меня, как ребенка. Эх, если бы мне хоть разок повезло выстрелить в тех состязаниях так, как сегодня!

– И это… дерево, – сказал шериф, и его глаза потемнели, как у кота, вышедшего на охоту. – Ты отведешь меня к тому месту, где прячется Робин?

– Робин не прячется, добрый шериф. Он давно поселился в сосновом лесу к западу от Раффордского аббатства. Всем об этом известно.

У Джейн отлегло от сердца. Она не знала, где точно находится убежище Робина, но уже было понятно, что он направил шерифа в другую сторону. Когда Бран возил ее в лес, прежде чем он завязал Джейн глаза, она успела заметить, что они едут на север.

– Утром я дам тебе еще десять шиллингов, – сказал шериф, хищно оскалившись, – если ты отведешь меня к Робину.

– Милорд, ваша щедрость поистине не знает границ, но я не могу снова опустошать вашу казну, какой бы неистощимой она ни была. Кроме того, вам понадобится полный кошель, если вы собираетесь повидаться с хозяином Шервудского леса. Он берет дань со всех, кто проходит через его владения. – Робин смущенно улыбнулся. – Но не с простых гончаров и других бедняков.

Уолтер фыркнул.

– Тоже мне выискался хозяин. Пусть только попробует.

– Может быть, ты отыщешь и тех разбойников, которые пытались ограбить тебя сегодня, добрый гончар, – добавила Беатрис.

– Да, мы отыщем их в том же месте! – рассмеялся шериф, и его люди тоже расхохотались.

– Завтра будет славная охота! – воскликнул Фулк.

– Только пусть твои люди следуют за тобой на расстоянии, – Робин предостерегающе понизил голос. – Надо обставить все так, будто ты едешь один. Наполни свой кошелек, возьми только лук и поезжай со мной, иначе хозяин Шервудского леса тебе не покажется.

– Ты же сказал, он не прячется, – ухмыльнулся шериф.

– Он человек осторожный и уважает традиции.

– Конечно, конечно. Сегодня, гончар, ты заночуешь у нас. – Уолтер натянуто улыбнулся и похлопал Робина по спине. – Такого искусного стрелка лучше из виду не выпускать.

– Да, гончар, оставайся у нас ночевать! – воскликнула Беатрис. – Будет весело! – Но тут она вспомнила о Джейн, как о забытом домашнем питомце. – Ой, боюсь, у нас нет места для юной леди.

– Вы очень добры, – сказала Джейн, – но мне лучше вернуться домой до заката. Мой кавалер дожидается меня на рынке.

– Твой кавалер! – Беатрис прямо вся просияла, хотя, казалось бы, куда уж дальше. – Какая прелесть! – Она чуть не захлопала в ладоши, но вовремя спохватилась. – Юная любовь, я имею в виду. Разве это не чудо, Уолтер?

– Если бы молодость знала, – проворчал Уолтер.

– Не печалься, добрый человек! – воскликнул Робин. – Может, пропустим еще по чарке в честь наших судей?

Одной чаркой не обошлось, эль и вино лились рекой, пока солнце, клонившееся к закату, не оказалось в опасной близости к горизонту. Джейн гадала, как долго ей еще тут сидеть. Наверняка она уже прошла