Княжна Таари. Маг - Велл Матрикс

— Да? Это словно бы не то, что я услышала. Возможно, ваши друзья скажут более точно?

— Нет-нет, ваше сиятельство, виконт Малети сказал именно это, — осмелился подать голос кто-то из его компании.

— Вот как? Но я определенно слышала слова «маг», «деньги» и «чудовище», — наглец побледнел, сообразив, что рассчитывать на мой слабый слух ему не стоило. — Виконт, я настаиваю, чтобы вы повторили мне в лицо то, что столь бестрепетно произнесли в спину. А иначе вашей семье придется покинуть Таари.

Оскорбить, глядя в глаза, даму, которая к тому же стоит выше по положению, означало опозориться на весь свет. Это шептать гадости так, чтобы жертва слышала, но в попытке сохранить лицо не смела потребовать извинений — развлечение. А вот открытое оскорбление осуждаемо.

Но если он промолчит, это навлечет проблемы на всю его семью, чем я ему недвусмысленно пригрозила. Даже интересно, что он выберет — славу грубияна без манер или изгнание семьи из Таари?

— Я приношу глубочайшие извинения за грубость, которую позволил себе в вашу сторону, ваше сиятельство, — виконт низко поклонился.

— Видимо, вы считаете, что вашей семье стоит искать новое место жительства, виконт Малети? — безмятежно поинтересовалась я.

— Простите? — опешил он.

— Разве я требовала от вас извинений, виконт?

Крайне опрометчиво с его стороны, являясь жителем Таари, пытаться оскорбить наследную княжну. Крайне.

— Нет, — тихо ответил юноша.

Больше он не ухмылялся. И весело ему сейчас тоже не было.

В следующий раз будет думать, прежде чем открыть рот.

— Так что вы сказали мне в спину, виконт? — почти ласково спросила я.

— Я сказал, — он опустил взгляд, и голос его звучал уже далеко не так уверенно, когда он произнес это впервые: — Что даже за деньги сопровождать Таарийское чудовище согласился только маг.

— Я оскорблена, — заявила я холодно. — И попрошу папеньку принять меры по выдворению с наших земель семьи, воспитавшей такого грубияна.

— Что? — вскинулся он. — Но вы сказали…

— Неужели вы действительно думали, что оскорбление наследной княжны сойдет вам с рук? — надменно осведомилась я. — Идем, Никко. Эти люди мне не симпатичны.

Никко слушал все это с непроницаемым лицом, словно происходящее его ничуть не касалось. Но, стоило нам отойти от группы молодежи, как он сдавленно попросил:

— Прости. Слова тебе больше грубого не скажу!

Смотрел он при этом на меня со странным выражением, в котором не было ни следа такой привычной насмешки.

— С чего это? — удивленно покосилась я на него.

— Увидел, как отвратительно выглядит такая грубость со стороны, — вздохнул маг.

— Ваше сиятельство! — меня догнал виконт Малети, вынудив остановиться. — Прошу, накажите меня, но не мою семью! Они ни в чем не виноваты!

— Не говорите глупостей, — отмахнула я. — Разумеется, виноваты. Ведь это они вырастили вас таким.

Разумеется, я не планировала жаловаться папеньке. Там всю Таари придется выселять, если оскорбиться на сплетни и слухи; чудовищем Тиану, должно быть, каждый первый называет. Хотя она вряд ли сделала что-то плохое. Просто была некрасивой, а потому затворницей.

Меня не задели слова этого мальчишки. Но его тон и уверенность в собственной безнаказанности, а еще пренебрежительное отношение к Никко — он определенно заслуживал наказания. Так что пусть мучается, считая себя виноватым в выдворении семьи из обжитых мест.

— Нет! Я… они… просто их воспитание не пошло мне впрок, они сделали все, что могли! Прошу, умоляю — не наказывайте их! Я готов искупить свою вину чем угодно, но прошу, накажите только меня!

И он бухнулся на колени.

Я озадаченно посмотрела на него, затем — на окружающих, с любопытством наблюдавших за этой сценой. И закатила глаза, благо, под вуалью никто не увидит.

— Я подумаю, — милостиво бросила я. — Встаньте, виконт.

— Вы пощадите мою семью?

Ой, как будто я их к казни приговорила. Подумаешь — переезд.

— Только в том случае, если вы сами назовете то наказание, которое искупит вашу вину, — поиздевалась я над наглецом. — Свои предложения направьте мне завтра с почтой. А сейчас — оставьте меня.

— Благодарю, ваше сиятельство! — он поднялся с колен и торопливо удалился.

Надеюсь, придумывать наказания.

Я не удержалась от смешка.

— Предвкушаешь, как будешь его наказывать? — осведомился Никко.

— Делать мне нечего, — фыркнула я. — Лучшее наказание — это его муки творчества. Даже интересно, что он в конце концов придумает.

— То есть мстить ты не собираешься? — удивился Никко.

— Он хотел испортить бал мне, а теперь вместо развлечений будет пытаться выбрать для себя наказание, достаточное, чтобы я не тронула его семью. По мне — так отличная месть.

— Так его семью ты тоже выгонять не собираешься?

— Нет, конечно. Просто не хотела, чтобы ему сошло с рук его пренебрежение. Ты слышал вообще? «Только маг согласился». Как будто маги — кто-то низкопробный.

— Но ведь так и есть, — удивленно откликнулся Никко. — Мы фактически на низшей ступени сословий.

— Ерунду не говори, — велела я. — Маги имеют право на уважение.

— Боюсь, ты — единственный человек, который так думает, — невесело усмехнулся он.

— Уверена, это не так, — возразила я. — И вообще, я же не собиралась привлекать лишнего внимания, а теперь из-за этого виконта на нас смотрят вообще все.

Да, сцена с буханьем на колени не прошла мимо общества. Но теперь я могла надеяться, что другие сто раз подумают, прежде чем насмешничать надо мной.

— Думаю, тебе не стоило рассчитывать остаться незамеченной, — хмыкнул Никко.

— Я и не рассчитывала, — поморщилась я. — Но, признаться, это слегка чересчур. Падать на колени — это нормально вообще?

— Это просьба о милости, — вздохнул Никко. — Когда совершил нечто непростительное.

Судя по тону, ему приходилось прибегать к этому средству, но я решила не расспрашивать. Меня несколько выбила из колеи стычка с виконтом, хотя я и готовилась к чему-то подобному. Но прямо сейчас я хотела немного безопасности и одиночества. Все же высокомерная стерва — это вообще не мое амплуа. И мне нужно было время, чтобы прийти в себя.

— Интересно, где здесь дамские комнаты, — я заозиралась в поисках дверей из зала.

Сомнительно, что в туалет надо