Мертвая тишина. Том 1 - Денис Старый

— По крайней мере, теперь мы знаем, что эта дрянь с телефонами работает, пока есть сеть и электричество, — я обвел взглядом свою разношерстную команду. — Но давайте смотреть правде в глаза: это ненадолго. Город мертв. Электростанции скоро встанут. Считайте, что счет идет на часы, а может, и на минуты. Свет погаснет, и мы окажемся в кромешной тьме. Нужно набрать все ванные воды. Все емкости.

Я сделал паузу, давая словам осесть в их головах.

— Ищем все фонари. Настя, если у тебя где-то завалялись туристические фонарики, батарейки, свечи — выгребай всё. Мы не можем остаться без света. И зачищать подъезд нужно прямо сейчас, в темпе вальса. Пока горит эта гребаная лампочка. Когда электричество отрубят, эти твари, — я кивнул в сторону двери, где только что лежал убитый зек, — вряд ли будут страдать от темноты так же, как мы. Они порвут нас в потемках. Нам нужно очистить этот дом до утра. Потому что завтра днем мы выходим на улицу.

Я поймал испуганный взгляд Лизы.

— Да, на улицу, — жестко подтвердил я. — Если мы запремся здесь, этот подъезд станет нашей бетонной братской могилой. Без движения нет жизни.

Выдав эту тираду, я мысленно усмехнулся собственной пафосности. Взгляд скользнул по «бойцам»: девчонка с луком, ролевик с мечом, мент с гонором, ну и с пистолетом, перепуганная бабка и девчонки с мальчишкой.

Внутри кольнуло глухое раздражение на самого себя. Если бы я среагировал на полчаса быстрее, если бы не тормозил, то сейчас стоял бы здесь с теми спецами, что приехали за мной на бронемашине. С профессионалами. Но их сожрали у входа, а я работаю с тем материалом, что подкинула судьба.

— Что у нас с боекомплектом? Выкладываем всё на стол. Живо, — скомандовал я, отстегивая магазин от своего автомата.

Под лязг металла мы провели инвентаризацию. Картина вырисовывалась, мягко говоря, паршивая. На столе лежали: два полных, тяжелых ребристых магазина к АК, один ополовиненный. Я знал, что у Летехи была оборонительная граната Ф-1 — зеленая, ребристая «лимонка», холодная на ощупь. И две картонные трубки светошумовых «Зорь».

Капитан молча выложил свой табельный «Макаров». Выщелкнул магазин.

— Один полный, — сухо констатировал он. Пошарил в кармане форменных брюк и бросил на стол еще два желтоватых патрона. — И пять патронов россыпью. Всё.

Против подъезда, набитого тварями, это были слезы.

— У нас на пятом и седьмом этажах живут два заядлых охотника, — вдруг подал голос Капитан, сузив глаза. В его тоне появилась деловая, тактическая хватка. Наконец-то правильная эмоция. — Мужики серьезные. Я думаю, к ним нужно наведаться в первую очередь. Может, зачистим их квартиры раньше остальных? Гладкоствол и картечь нам сейчас в самый раз.

— Кто в команде вообще умеет обращаться с помповиком или двустволкой? — я окинул взглядом женщин и Димитрия.

И тут из своего угла, где она раскачивалась последние полчаса, подала голос Лидия Ивановна.

— Мой… покойничек… охотником был, — ее голос звучал жутко: абсолютно ровно, отрешенно, словно она зачитывала некролог чужому человеку. Она смотрела в пустоту. — На даче у него кое-что припрятано. Он же в молодости этим… «черным копателем» был. По лесам с металлоискателем лазил. Чего уж теперь скрывать… У него там, под половицами, пистолет-пулемет Шпагина в масле лежит. И патроны в цинках.

— Это на даче, Лидия Ивановна, — мягко, но непререкаемо отрезал я. — Дача нам сейчас не поможет. Нам нужны стволы здесь и сейчас.

В голове после ее слов что-то щелкнуло. Пазл старых, затертых воспоминаний начал складываться. Я повернулся к Капитану. Несколько секунд я молча буравил его взглядом, решая, стоит ли вскрывать карты. Ситуация не оставляла выбора.

— Склад оружия Третьего полка, — тихо, почти одними губами произнес я, глядя ему прямо в зрачки. — Он всё ещё существует?

Рука Капитана, лежавшая на столе рядом с пистолетом, едва заметно дернулась. Он вскинул на меня взгляд, полный неприкрытой подозрительности и какой-то хищной опаски.

— А ты откуда об этом должен знать? — процедил он, подаваясь вперед. Атмосфера между нами мгновенно накалилась.

— А ты до сих пор считаешь, что я хрен с горы? — я презрительно усмехнулся, не отводя взгляда. — Я майор государственной безопасности, Капитан. А не залетный бандит. Так склад существует?

Мент промолчал, играя желваками, но по его глазам я понял: да. Существует.

Мой мозг стремительно отматывал время назад, на двадцать семь лет. Гомель. Конец девяностых. Я вспомнил тяжелый, густой запах баллистола и оружейной смазки, стоявший в подземных бункерах. Это были не склады, а пещеры Али-Бабы для любого военного историка или маньяка. Там было свалено всё, как на балконе у Плюшкиной: трофейное, ленд-лизовское, эхо войны.

Я сам был там в девяносто восьмом. Помню, как в тире отстреливал тяжелую снайперскую «мосинку», как руки дрожали от отдачи тяжеленного «Томпсона», как пахло гарью от финских «Суоми» и родных дисковых ППШ. На тех стеллажах пылились немецкие «Вальтеры», американские «Кольты» и тяжеленные «Смит-энд-Вессоны».

Оружие свезли со всей области еще в начале пятидесятых, когда Гомельский гарнизон перевооружали на новые АК-47. Свезли — и забыли, законсервировав в солидоле.

Я знал о них не понаслышке. В конце девяностых, перед моей командировкой в Югославию, местные ребята из республиканского КГБ разрабатывали целую операцию вокруг этого склада.

Гомельские братки — отмороженные на всю голову ублюдки, которых, по моему убеждению, надо было просто отстреливать в посадках, а не играть с ними в Уголовный кодекс, — пронюхали про этот арсенал. Они искали к нему подходы, пытались купить прапорщиков, искали вентиляционные шахты. И, судя по всему, тогда они обломали зубы.

Если этот антикварный, но смертоносный клондайк всё еще там, под землей, и если мы сможем до него добраться… Мы вооружим небольшую армию.

— Значит, существует, — резюмировал я, читая ответ по бледному лицу Капитана. — Отлично. Это наш билет в будущее. Но для начала… мы идем потрошить местных охотников. Подъем. Не думаю, что время для отдыха.

Моргнувший и на пару секунд свет показал, что торопиться нужно. До утра подъезд должен быть нашим. Утром можно пробовать выходить на улицу. Магазины… Выжившие… Оружие…

Свет моргал. Раздался гулкий звук остановки лифта. Словно бы тросы оборвались в нем. Электричество умирало. Оно словно бы цеплялось за этот мир,