Бессмертие. Том 1. Воздух - Ха Ян
Ян Си пропустил это мимо и просто спросил:
– Те люди действительно были невиновны?
Человек усмехнулся:
– Месяц назад он обвинил человека… хотя сам…
– Понятно.
На самом деле все это не так сильно интересовало Ян Си. Вместо этого он спросил:
– Твоя техника преображения. Как ты собираешься использовать ее дальше?
– Это не моя техника. Ничего я не собираюсь делать, просто уйду. Мое дело закончено.
Ян Си напрягся. Если человек не лжет и техника принадлежит не ему, тогда кто за этим стоит? Человек легким движением выскочил через окно и скрылся в тени многочисленных домов, Ян Си решил не продолжать погоню, считая поступок незнакомца справедливым, а дело закрытым.
У городских ворот Лань-нянь подошел к двоим людям. Соломенная шляпа, которую он постоянно придерживал, пропала где-то среди деревни; стоя здесь, с распущенными волосами, он довольно взглянул на двоих людей.
– Даже если нас раскроют сегодня, мы заслуживаем медали.
Двое слегка качнули головами. Все это время они скрывались в толпе: один из них был тем, кто выкрикивал слова, а второй – тот, кого отпустил Хэ Янг. Вскоре их нагнал четвертый.
– О, они почти догадались.
Лань-нянь повернулся к нему:
– В смысле?
– Да я все порешал и увел тему. Отрицать было бы слишком заметно.
– Смотря как. Потому что, если брать в учет, что ты, к примеру, не виновен, то ты так и так скажешь, либо же подумаешь: какого черта подозревают меня? Там по-любому есть путь отрицания.
Человек безразлично взглянул на него:
– Ну, так-то я и не виновен. Это ты на сцену вышел, я стоял рядом и говорил «вон тому вдарь».
Лань-нянь рассмеялся.
– Можно и не мучиться в раскаянии, а сначала всех порубить, а потом с вами сдаваться. Хотя нет, к черту сдаваться. Я знаю, как растворять трупы, не имея ничего, кроме домашнего.
– Рассказывай. Я знаю только, что можно свиньям скинуть, от трупа ничего не останется.
– Тогда нам будет проще и эффективнее добраться ночью до свинарника. Коллеги, всем выпивки за мой счет!
После этой шалости ситуация в городе кардинально переменилась. После того как Судья был разоблачен, страх перед ним улегся – люди перестали бояться и начали открыто высказывать свое мнение. Ли Цифэн пришлось пережить немало публичного позора, прежде чем он начал понемногу исправляться, – он больше открыто не судил других и, во всяком случае, перестал говорить столь агрессивные вещи. Зачинщиков этого так и не поймали – некоторое время Ли Цифэн подозревал другого человека, но пройдет еще достаточное количество времени, прежде чем эта история позабудется, и в деревню вернется долгожданное спокойствие. Сидя за столом и поедая свои порции, Ян Си сказал:
– Люди, живущие здесь, не могли пойти сопротивлением из-за страха перед Судьей. Неудивительно, что для восстания им потребовались люди извне. Один составлял текст, второй сыграл роль. Что насчет других?
– Еще двое изучали личность Судьи, чтобы скопировать его манеры и речь. Пока один был среди толпы, подыгрывая им, второй контролировал, чтобы все шло по плану.
– Но что насчет лица? Как они смогли сделать это? Сегодня они придерживались благих намерений, но что насчет завтра?
Положив палочки для еды, Хэ Янг полез в рукав и, достав что-то, кинул это Ян Си. Перехватив рукой, он раскрыл пальцы, рассматривая подвеску.
– Это не техника, а зачарованный предмет, меняющий внешность. Я забрал его у одного из тех людей. Больше они не смогут применить это, это был их единственный план.
Ян Си хмыкнул и убрал это к себе под возмущенный взгляд Хэ Янга:
– Эй? Эта вещь может быть полезной.
Некоторое время он молча смотрел на медальон.
«Если бы родился девочкой, жизнь сложилась бы иначе? Стала бы семья счастлива?»
Хэ Янг молча отвел взгляд.
«Нет.»
Отец исполнил бы свою травму и ушел первым. Он не знал материнской любви, он только видел, как женщина уходит. На этом все.
Для него любить – значит бросать.
Не любить – бросать.
Все одно, все равно.
Нет никакого другого исхода.
Ему нравилось, что у него отчасти был женский характер. Не эмоциональность, но глубокая внутренняя сила.
Возможно, он ничего кроме их силы просто и не видел.
Что такое мужское начало?
Это очевидно. Хрупкая тонкая натура.
Которая ломается от каждого звука.
Настоящий мужчина?
Ну, об этом он только читал.
Хэ Янг только тяжело вздохнул, снова беря палочки для еды.
Ему вспомнились слова того человека.
«…я не хотел этого. По правде говоря, мне просто было скучно. Моя подруга рассказала мне эту историю. Я не особо был знаком с А-Цао, только немного. Он не был плохим парнем. Он поступил некрасиво, но стоит ли вторгаться в их личную жизнь? Я просто останусь при своем мнении. Но еще больше меня возмутил факт «народного суда». Разве человек имеет право так поступать? Это было бы нормально, соверши над ним это его жена, но Ло Цифэн…»
«У тебя с ним были счеты?» – спросил его Хэ Янг.
«Нет, – человек слегка улыбнулся. – Вообще-то, я почти никогда не говорил с ним. Был только один раз, когда мы пересеклись, и тогда он показался мне интересным. У меня не было плохих намерений по отношению к нему. Сначала я просто хотел написать глупый стих про него и повесить на доску – никто бы не понял, что это он, кроме косвенных намеков, но потом… Я поделился этим желанием с моей подругой и спросил, какой Ло Цифэн человек, чтобы подобрать нужные метафоры. А она обратилась к человеку, знакомому с Ло Цифэн. Тот человек раньше был другом Ло Цифэн, но они перестали общаться из-за каких-то разногласий. Заинтригованный моей идеей, он пошел спрашивать еще у кого-то, так он наткнулся на своего давнего знакомого, Лань-нянь. Прошло так много лет с их ссоры, но Лань-нянь решил не упускать возможности отомстить Ло Цифэнь за свои обиды. В каком-то смысле я был тем, кто его сподвигнул. Опять же, я не хотел, но…»
– Ты мог остановить это.
– Очевидно, –