Бессмертие. Том 1. Воздух - Ха Ян

Может, он хотел поиграть, а может, он был просто жестоким.

Вэй Шэньву взглянул на него.

Но он больше не хотел уходить.

Он подумал: «Если я живу с этими мыслями, почему они не могут?»

Подумал: «Им тоже надо подумать».

Детям надо думать больше.

Теперь и эта деревня была заражена. Никто не мог приблизиться к нему, и никто не мог убить его; рядом с ним люди были настолько погружены в тяжкие думы, что их больше ничего на свете не волновало.

– Но несколько недель назад его убили. Это все, что мне известно.

Хэ Янг не знал, что на это сказать. Порыв сильного ветра ударил его же волосами ему по лицу.

Внезапно поднялся бушующий ветер. Он был так силен, что им пришлось зацепиться за край пещеры. Дрожащий прозрачным телом, Дух Ветров произнес:

– …мир разрушается; и я не знаю способа остановить это. Если вы еще успеете… можете спасти своих товарищей.

Порыв пронесся меж ними, и пещера задрожала. Грохот бушующего ветра разнесся по всей долине, вся пыль с камней поднялась вверх. Ее клубы лавиной направились к деревне, из которой они пришли.

«Будда!»

– Дома долго не выдержат, бежим! – крикнул ему Ян Си.

Низкочастотный треск разрывающейся тверди обрушился на долину, и их сердца замерли. Под порывом хлещущего ветра они увидели проваливающийся в бездну разлом, приближающийся прямо к ним. Призвав мечи, они вскочили на них, ловя невидимую волну воздуха, устремились к деревне.

– О небеса, что это такое?

Мир рушился.

Все, что их окружало, распадалось на глазах.

Горы и скалы, достигающие небес, низвергали эти небеса на них.

Здесь не было спасения.

Воздух пронизывал жгучим холодом легкие, драл с каждым вдохом.

«Он сказал, что мы можем на это повлиять. Он, черт возьми, сказал, что мы можем! Как? Как здесь вообще можно что-то сделать?»

Воздух оставлял на трахее ссадины, рвал – как он мог быть таким жестоким… Камни рушились под ногами. Они бежали так быстро, как только могли, – склоны, подъемы, склоны и подъемы, обрывы и уступы, узенькие тропинки и широкие, полные грязи дороги.

Да был бы проклят этот Будда!

Здесь не было ни капли святости – здесь не было ни капли совести.

Долина Монахов, самое спокойное до этого место, разворачивалось огромной бурей, следующей за ними по пятам. Порывы ветра обрушали тысячелетние скалы, камни летели вниз. Лавируя между ними, культиваторы летели вперед наперегонки с бурей. Еще немного. Еще чуть-чуть. Если они успеют, то смогут… смогут…

Развернувшаяся картина внизу заставила сердце устремиться в пятки, сжавшись в тисках. Половина деревни уже была разрушена. Под оглушающим воем стихии обломки домов уносились вдаль, несколько домов дрожали, грозясь обрушиться. Мертвые тела лежали среди обломков, но некоторые из них волочились по земле, будто ухваченные щупальцами невидимой огромной морской медузы.

Закручивающийся вихрь приближался к одиноко стоящему человеку посреди руин.

Стоя перед лицом великой, но при этом неосязаемой погибели, Юн Гунь выглядел так жалко и так сломлено, словно не мог поверить в произошедшее.

Как все могло так обернуться?

Весь его неимоверным трудом отстроенный рай рухнул в одночасье.

Он хотел создать хорошее место. Он просто хотел создать лучшее место.

Разве люди заслуживают этого?

Почему судьба так не мила к добрым побуждениям?!

Вся эта огромная буря, все это стихийное бедствие обрушивалось на головы несчастных людей, а у него не было возможности что-либо предпринять.

Он просто был беспомощным и жалким, он был слабым, оставшись один на один с этим ужасом.

Почему он ничего не мог сделать?!

Даже… Даже если он приложит здесь все свои силы, поможет ли это… Что насчет людей? Он не успеет уследить за щепками и деревяшками, он не сможет поймать сам всех откинутых людей. Сказать им бежать?

Но куда им бежать?

Куда эти люди смогут уйти под таким сильным ветром?

Смотря на приближающийся смерч, Юн Гунь был в отчаянии. Это были боль и стылость, обреченность и неверие, он не мог смириться, он не хотел мириться, почему он был таким жалким, почему он был таким беспомощным!

Все это было похоже на сон.

Рай, о котором он мечтал, рушился на глазах.

Он построил его сам. Своими кровью и по́том, голыми руками он отстраивал дома наравне со всеми. Он отдал свои сокровища, чтобы отремонтировать эти заброшенные хижины, и он играл музыку, чтобы заработать денег на еду.

Каждую неделю он возвращался сюда, чтобы накормить всех нуждающихся, и он собирал сюда всех людей, кому требовалось помощь.

Он изучил основы медицины, чтобы заниматься сбором лекарственных трав. Собирал, лечил, кормил, пел, строил. Снова… и снова.

Но все это было снесено в один момент, все унесено ветром.

Половина людей, которым он протягивал руки, уже являлись лишь бездыханными телами.

Его охватил ступор.

Он ничего не мог сделать.

Стоя перед лицом надвигающейся бури, он чувствовал себя обреченным переживать это вечно.

Кто-то тронул его за плечо, заставляя двинуться. Он не мог расслышать слов. Пребывая в шоке, он не разбирал ни слова, все вокруг исказилось – он наблюдал, как один человек уводит его назад, а перед лицом бури появились двое других, отражая удар.

Их энергия слилась воедино, развеивая всепоглощающую бесплотную погибель.

Его полные ступора и отчаяния глаза слегка расширились, наблюдая это. Кто-то… как кто-то?..

– Юн Гунь. Очнись. Очнись!

Хлесткий удар пощечины вернул ему чувство реальности.

Они могли… что-то сделать?..

Динь Фанлинь тряханула его, заталкивая внутрь дома, под защитный барьер. Она говорила ему прийти в себя.

– Нет времени, надо спасать людей. Все получится, слышишь? Никто не умрет больше!

Выбежав обратно, она обратилась к сошедшему с меча Хэ Янгу и Ян Си. Их энергия отбила вихрь, но ветер не становился тише.

– Что происходит?

– Я не знаю! – вскрикнула она. – Смерч похож на магический. Мы делали, что могли! Но их все равно настигло…

Все ее тело дрожало от ветра и холода; было видно, как она еле держится.

– У меня такое чувство, что это была только Первая Волна. Юн Гунь не в себе, он создал защитный барьер в самом крепком доме и велел всем прятаться там. Пару часов назад сюда прибежали люди Ян Си, они помогли нам, но они тоже на пределе. Может, в долине Монахов…

– Там обвал, – крикнул он ей в ответ, – здесь больше нет безопасного места. Сколько щит Юн Гунь продержится?

Ее голос был полон невысказанной боли, она просто не позволяла себе