Деликатное расследование - Вершинин
— Рон, для маглов это была Вторая мировая, — сказала Грейнджер. — Простите. Он вырос среди волшебников.
— Вторая мировая была из-за злого волшебника? — спросил Симеон, уже представляя Гитлера с волшебной палочкой.
— Ну, у него были магловские союзники, — сказала Грейнджер. — Грин-де-Вальд заключил с маглами соглашение... хотя, поскольку его программа предполагала магическую автократию, в конце концов он все равно собирался их предать.
— Туповаты они были, раз поверили, — сказал Уизли.
Симеон мысленно удалил из воображения волшебного Гитлера.
Позднее он выяснит, что за прошедший век магических Гитлеров было вообще-то двое, после чего выпьет слишком много виски.
— Рон, он был провидцем. Видел будущее, — сказала Грейнджер. — И, конечно, мог конфундить маглов. Они, наверное, искренне считали, что все придумали сами.
— А как убить человека, который видит будущее? — спросил Симеон.
В их совершенно будничном рассказе о мировой войне это выглядело очевидной логической дырой.
— Наш старый директор пошел и надрал ему задницу, — сказал Уизли. — Дамблдор был невероятно сильным волшебником.
— И бывшим любовником Грин-де-Вальда, так что там, возможно, было не без обмана, — добавила Грейнджер, слегка покраснев.
Симеон совершенно не хотел представлять, как магического не-Гитлера прикончили в постели, поэтому вернулся к «работе».
Он открыл инструкцию на разделе создания новой карточки, взял досье отца Дафны Блэк и раскрыл его. С фотографии на него презрительно смотрел мужчина средних лет с совершенно сатанинской внешностью. Черно-серая полосатая эспаньолка, ради всего святого.
— Господи боже, — невольно вырвалось у Симеона.
— Ага. Аристократический засранец, — осуждающе сказал аврор Уизли.
Уркхарт быстро просмотрел документы. С полицейской точки зрения этот «Сайрус Гринграсс» выглядел профессиональным контрабандистом.
— Тут написано «импорт-экспорт».
— Они делают грузовые порталы. Крупные партии товаров в страну и из страны, — объяснила Грейнджер. — Э-э... магический аналог транспортной компании.
— Доставляют тоже или только склады?
— Доставляют. И вообще-то он соблюдает все действующие правила Министерства и платит довольно внушительную ежемесячную пошлину.
— Я думал, вы занимаетесь существами.
— Я его проверила, когда Гарри женился, — сказала мисс Грейнджер. — Он выглядит мошенником потому, что мошенник и есть. Вся история со свадьбой Гарри была одной большой мутной схемой.
Но, судя по тому, как быстро оба оставили тему, не незаконной.
Симеон как раз создавал карточку сестры Дафны Блэк, которая, оказывается, носила фамилию Малфой, хотя за Малфоем не была замужем, когда зазвонил телефон. Не обычный настольный. Белый дисковый аппарат в запертом ящике — тот самый, звонок которого обычно означал новый выезд.
Уркхарт вытащил телефон, поставил поверх бумаг и поднял трубку.
— Уркхарт, Отдел взаимодействия.
Настроение тут же испортилось. Этот телефон хороших новостей не приносил.
В трубке фыркнули.
— Долиш. Что вы сделали с моим аврором?
— Уизли все еще здесь. Они принесли много файлов, а наши системы скоростью не отличаются.
— Полагаю, — нехотя признал Долиш. — Не забудьте поставить флаги на карточки Грейнджер и Уизли.
— Что?
— Войну выиграли именно эти трое: Поттер, Уизли и Грейнджер. Все получили орден Мерлина первой степени — высшую награду Министерства, — устало пояснил Долиш.
Симеон посмотрел на вышибалу и женщину, занимавшуюся законодательством по учету фей. На ту самую пару, которая вошла в его кабинет как спецназ.
Потому что, если Долиш не шутил — а Джон Долиш за все годы ни разу не продемонстрировал наличия чувства юмора, — оба были опасны на уровне «убить Темного Лорда».
Симеон с трудом сглотнул. Людей из дипломатической охраны он встречал. А Грейнджер уже призналась в вещах, рядом с которыми обливиаторы выглядели кружком любителей котят. И вот они сидели по другую сторону его стола.
Тут случился один из тех мерзких моментов, когда отдельные детали внезапно складываются в целую картину, после чего обратно уже не развидеть.
Файл Гарри Поттера, файл его жены, ее семьи, мисс Грейнджер и аврора Уизли были настолько секретными, что в магическом эквиваленте их вынесли из Министерства обороны в наручниках, пристегнутых к курьеру. А охраняла их... готовая к немедленному бою ударная группа.
После внесения в PNC самых условных записей не должно было остаться даже пепла, а на каждую карточку ставился флаг, чтобы Отдел взаимодействия получал сообщение, если кто-нибудь хотя бы чихнет рядом с их данными.
— Это все, Джон? — спросил Симеон.
— На сегодня пока да.
— Спасибо за напоминание, сэр.
Телефон один раз звякнул, когда Долиш отключился.
Долиш — законченный, абсолютный козел, — подумал Симеон.
Он убрал телефон обратно в стол, не поднимая глаз на двух живых охранников секретных файлов.
— Долиш просто проверял, не ушли ли вы в отпуск, аврор Уизли.
— Чаю можно? — неожиданно по-нормальному спросил Уизли.
— Чай у нас так себе, — признал Симеон. — Я почти закончил.
— Ваши системы работают довольно медленно, — сказала Грейнджер таким тоном, от которого пахло частной школой и уверенным средним классом.
— Каждый проект по замене PNC выходит за бюджет, а потом полностью проваливается, — повторил Симеон. Опять.
— PNC? — спросил Уизли.
— Police National Computer. Национальная полицейская компьютерная система.
— А. То есть вот этот один компьютер? — спросила Грейнджер.
— Это терминал. Терминалы стоят в каждом полицейском участке страны. Десятки тысяч.
— О, — сказала Грейнджер. — Столько людей одновременно.
Она помедлила.
— У моих родителей стоматологическая практика, и у папы был... есть компьютер.
— Ты же должна знать такие вещи! — возмутился аврор Уизли. — Это магловское. Ты разбираешься в магловском.
— Прости, Рональд, но то, что у моего отца в кабинете стоял компьютер, когда мне было одиннадцать, не делает меня чертовым специалистом! — огрызнулась она.
— Одиннадцать? — переспросил Симеон.
— Когда рождаешься маглорожденной, как я, обычное образование заканчивается в одиннадцать. Потом переходишь в магическую школу. Компьютеры рядом с активными пользователями магии работают ненадежно.
— А-а, — сказал Симеон.
И еще одна часть их мира внезапно стала