Другая женщина. Она хочет забрать мою семью - Оксана Барских

— Дай мне телефон.

Отдаю ему его экраном вверх, разблокировав сообщение.

Он снова смотрит на него, читает. Как будто ждет, что там что-то поменяется. А может быть, подбирает слова, чтобы оправдаться? Это довольно сложно, потому что сообщение недвусмысленное. Внимательно слежу за мимикой и эмоциями мужа, но снова терплю фиаско. Он умеет прятать эмоции. И мне нравилось, что он такой сдержанный, спокойный, но я не думала, что однажды это станет проблемой.

— Я понял, это сообщение было не мне, — невозмутимо отвечает муж и устало трет переносицу, откидываясь на спинку сиденья.

— Что? — язык еле шевелится, когда я переспрашиваю.

Не знаю, чего я ждала, но только не этих нелепых объяснений.

Нора перепутала абонентов?

Случайно отправила сообщение не тому человеку? Он думает, я в это поверю?

— Подожди, подожди, ты хочешь сказать, что Элеонора отправила сообщение не тебе?

— А ты утверждаешь обратное?

Он смотрит на меня в упор, и в его глазах кристальная искренность, а еще недоумение по поводу того, что я заподозрила его в связи с Элеонорой.

— Получается, Элеонора отправила сообщение какому-то любовнику?

— А что тебя удивляет?

— Ты серьезно, Марк? Что меня удивляет? У нее есть любовник!

— Если даже она имеет десять любовников, это никак меня не касается, у нас только деловые отношения. Ее муж немолод, а у нее есть потребности. Если ты понимаешь, о чем я.

Я чувствую себя полной дурой, причем в полном смысле. То ли я дура потому, что придумала себе всякую чушь насчет связи Марка с этой женщиной. То ли он делает из меня дуру, обманывая меня на голубом глазу.

— Хорошо. Допустим, ты прав, и это не наше дело. Даже если это сообщение отправлено не тебе, тогда зачем же она прислала мне платье и сказала, что мы будем семьей?

— Может, просто хочет наладить отношения? Она пытается быть вежливой. С платьем ошиблась, но с кем не бывает.

— Ты ее оправдываешь? — сиплю. — Она сделала из меня посмешище.

— Вряд ли она хотела этого. Тебе просто не следовало надевать его, вот и всё. Ты могла позвонить мне, уточнить, присылал ли я тебе платье. Да и просто подумать, что дресс-код более строгий. Но ты решила прийти в этом золотом недоразумении, — показывает он на платье и морщится, — в один из самых важных для меня дней.

— Ты намекаешь, что я испортила твой день? — спрашиваю с обидой, и Марк, надо отдать ему должное, считывает мой посыл. Смягчает тон, разговаривает со мной без агрессии, ведь он знает мою болевую точку. Знает, что если задеть мою внешность, это сильно ударит по мне. Я спрячусь, закроюсь, уползу в свою раковину.

— Милая, платье красивое и тебе идет. Но оно не для таких мероприятий.

— Не идет, не ври, — тихо скулю, жалея себя из-за того, что всё это случилось со мной.

Что я опозорила Марка.

Выставила себя посмешищем.

Что гадина Элеонора подставила меня!

— Вик, всё в порядке, — убеждает меня Марк, смотря на меня с теплотой, — давай забудем это. Как вышло, так вышло. В конце концов, это всего лишь платье. Есть вещи поважнее, например, твоя уверенность в себе. Бери пример с Кати, вот у кого нет проблем с уверенностью.

Он приводит в качестве эталона мою подругу. Катя и правда активная, деятельная, она не парится из-за пары лишних килограммов. И я очень ее люблю. Марк не сказал ничего особенного, вот только я так взвинчена, что не могу удержаться от колкости:

— Или с Норы? Она-то явно не страдает комплексами.

Обида душит меня, слезы близко, сердце сжимается так, что больно.

— Знаешь, Марк, вы совсем не похожи на деловых партнеров, — откровенничаю, потому что нет сил прятать свои подозрения. — Ты целовал ее в щеку, она обнимала тебя. Вы слишком близко общаетесь.

— Тебе показалось. С чего вдруг проснулась такая ревность?

— А думаешь, не с чего?

— Я понимаю, милая, ты сейчас накрученная из-за того, что твоя подруга разводится с мужем, но пойми: не все мужчины такие. Всё, о чем я сейчас могу думать, это наше слияние, ты не представляешь, сколько у меня работы.

Он проводит рукой по лицу, на нем вселенская усталость.

— Из-за этого корпоратива пришлось отложить несколько важных договоров. Мне придётся работать сегодня ночью.

Если он будет работать, то, значит, он будет с ней с той женщиной, которая явно имеет любовника. С женщиной, которая не считает зазорным собственнически обнимать моего мужа. Та, что унизила меня с помощью платья, что бы там ни говорил Марк.

— Ты уедешь? — смотрю на него с опаской.

Я было пытаюсь уговорить мужа остаться дома, так как уже вечер и поздно, и кто вообще работает после корпоратива, но он меня не слушает. Настаивает на том, что у него много работы, отложить ее он никак не может.

— Милая, надо немного потерпеть, и скоро я буду проводить все вечера дома.

Он правда именно это и обещает, а я…

А мне плакать хочется из-за того, что он снова ставит работу превыше семьи, но я, как обычно, сглатываю и опускаю взгляд в пол. Не хочу показывать ему, насколько сильно меня подкашивает его поведение, сжимаю зубы, признаваясь себе в том, что ревную его. И от этого чувствую себя жалкой.

— Кто еще будет с тобой работать? Элеонора? — выпаливаю я как раз перед его уходом, а затем прикусываю губу, коря себя за то, что снова раздуваю скандал.

Пусть Марку и кажется, что мы всё обсудили и он сказал всё, что хотел. Только вот я не чувствую, что наш разговор окончен.

Меня никак не отпускает одна мысль.

А что, если Элеонора хитрит?

И все слова Марка, что у нее есть более молодой любовник, всего лишь отмазка?

В груди всё равно сжимается от нехорошего предчувствия, но я не могу сказать об этом мужу, так как интуицию и предчувствие он считает ерундой.

Марк практичный, четкий, правильный и разумный. Он мыслит совершенно другими категориями, в рамках терминов и законов, руководствуется логикой, в отличие от меня. Я всегда это знала и понимала, что мы разные, так как я живу эмоциями, в то время как он старается мыслить