Двор тьмы - К. Н. Кроуфорд

В глазах Руадана промелькнули тени.

— Я не могу полностью объяснить, почему его тело воспламенилось после того, как я убил его. Но я действительно убил его. Ты уверена, что это был символ Балероса?

Я приподняла рукав своего платья, показывая ему жуткий шрам на внутренней стороне запястья.

— О, я узнала бы его символ где угодно. У меня на коже была такая же отметина. Только, поскольку я была гладиатором, это было клеймо, а не татуировка.

Мощная волна тёмной магии Руадана пробежала по моей коже, и в его глазах проступили тени. Казалось, тема Балероса вызывала в Руадане какую-то первобытную ярость.

— Что случилось с твоим?

— Я, естественно, срезала его. Я не хотела жить с его клеймом.

— Почему нет?

Я стиснула зубы.

— Почему нет? Ты с ума сошёл? Потому что он монстр, который заставил меня думать, что я монстр. Я не хотела, чтобы он контролировал меня больше, чем он уже это делает. Я имею в виду, не больше, чем он контролировал меня в прошлом. Я всегда хотела, чтобы он умер. А ты, чёрт возьми, что думал? — я заставила своё сердцебиение замедлиться, осознав, что потеряла контроль над своими эмоциями.

Ледяная магия Руадана скользнула по моей коже.

— Ты говоришь, что хотела его смерти, и всё же выполнила его приказ и тогда, на арене, оставила его в живых, — в его фиалковых глазах вспыхнул гнев, а в голосе снова зазвучал лед.

— Почему ты так сильно его ненавидишь? Потому что он восстал против Теневых Фейри?

Резкий вздох.

— Что-то в этом роде.

По колебанию в его ответе я поняла, что это неполный ответ. Более того, я предала Институт Теневых Фейри, и он не убил меня.

Как бы то ни было, Руадан скрывал от меня важные вещи. Он доверял мне не больше, чем я доверяла ему.

Глава 13

— Ты так и не объяснила мне, почему тебе не удалось убить его. Я вызвал тьму, как ты и просила, — волна тёмной магии пробежала по моей коже. — Но ты даже не попыталась. Почему?

Знание даёт тебе власть над человеком. Какой властью я хотела наделить Руадана? Я предположила, что он уже знал, что я забочусь о Киаре, учитывая, что я настояла на том, чтобы привезти её сюда. Он уже мог использовать её как рычаг давления, если бы захотел.

— Он забрал Киару, — сказала я. — Он держал её в клетке и собирался убить. Я не убила Балероса на арене, потому что пришла туда, чтобы спасти Киару, и в тот момент я могла сделать только одно из двух. У меня не было железного оружия, и мне нужны были ответы от него. Как только я узнала, где она, я отправилась за ней.

В его глазах блеснуло серебро, и его магия коснулась моего затылка.

— Ты пронзила меня ножом, чтобы защитить Киару.

— Да. Я всё ещё думаю, что «пронзила» — это громко сказано. Это не убило тебя. Это было больше похоже на… ну, знаешь, на задержку, я бы назвала это так.

— Ты задержала меня ножом в грудь, — сказал Руадан с серьёзным выражением лица.

Я было подумала, что это шутка, но Мелюзина предупредила меня, что благородные фейри не способны шутить.

— Ты думала о том, чтобы использовать железо? — спросил он.

Тишину нарушал только шум дождя, пока я не добавила:

— Давай не будем зацикливаться на том, что могло бы быть. Я жива. Ты жив. Давай двигаться вперёд.

Он склонил голову набок, внимательно изучая меня. У меня сложилось впечатление, что он что-то переосмысливает.

Он потянулся ко мне, приподнял моё запястье и провёл кончиками пальцев по шраму на коже в том месте, где я срезала клеймо Балероса. Ощущение его пальцев на моей коже вызвало неприятную волну покалывания по всему телу. Мне было трудно примирить это нежное прикосновение с Руаданом, который назвал меня трущобной фейри и протащил по камням.

— Ты ненавидишь Балероса, — по его интонации можно было предположить, что это было своего рода откровением.

— Конечно, я ненавижу его. Он морочил мне голову с тех пор, как мне исполнилось четырнадцать.

В глазах Руадана промелькнули тени, и его пальцы на моей коже напряглись.

— Именно столько тебе было, когда он поработил тебя?

— Да.

Я поняла, что он всё ещё держит меня за запястье, всё ещё водит пальцем по покрытой шрамами коже. Почему этот шрам так привлёк его внимание? Как бы то ни было, от прикосновения его нежных пальцев к такой уязвимой части моего тела у меня вспыхнули щёки.

Проклятые инкубы.

— И ты думаешь, Балерос всё ещё может быть жив? Что он послал за тобой ассасина? — он наклонился ближе, и его бархатистый голос, ставший чувственным, ласкал мою кожу.

Что не так с этим парнем? Его перепады настроения были просто ещё одним методом контроля?

Я смотрела на гипнотизирующие движения его пальцев по моей коже. Каким-то образом, в глубине души я знала правду. Балероса было бы нелегко убить.

— Я думаю, он жив. Я думаю, он работает с кем-то из Института, с кем-то, кто пытался запудрить мне мозги в тюрьме. С кем-то, кто сообщил ему о сегодняшнем испытании. Само собой, я ставлю на Мэддана, потому что он одно из худших живых существ на Земле. Но вампир поджёг себя прежде, чем у меня появился шанс выпытать из него информацию, так что это всего лишь предположение.

Руадан нежно притянул меня к себе за запястье — жест почти оберегающий.

— В комнате с тобой охранник, и ещё несколько за дверью. Теоретически, ты в безопасности. Но Балерос и раньше засылал своих шпионов в Институт. Не исключено, что кто-то из охранников мог работать на него.

— Он засылал сюда шпионов? В Институт?

— Два последних новобранца, которых я убил.

Мои глаза широко распахнулись.

— О, — в моём сознании начало постепенно зарождаться понимание. — Вот почему ты убил их.

— Когда я впервые увидел, как ты сражаешься с Энгусом, я понял, что Балерос обучал тебя. Я подумывал убить тебя. Потом я подумал, что, может быть, ты приведёшь меня к нему.

Я с трудом сглотнула.

— Я поняла. Ты думал, что я пьяница, недисциплинированная трущобная фейри, но всё равно хотел, чтобы я была здесь и привела тебя к Балеросу.

— Как только я узнал, что ты была