Гонка с дьяволом - Брайан Смит

и Деннису приходится пригнуться, чтобы избежать попадания стеклянного снаряда. Однако он все же получает порцию теплого пива в лицо, прежде чем бутылка разбивается о его приборную панель. Слышны крики удивления и возмущения со стороны Стива и Майка, но до Денниса они почти не доходят. Его охватывает мимолетный инстинктивный страх, но чувство почти сразу же сменяется взрывной яростью. Стиснув зубы и пенясь от гнева, он переводит рычаг коробки передач в положение "парковка" и начинает выходить из машины.

Он слышит смех из салона Z28, когда его дверь начинает открываться, - звук, за которым следует очередной рев двигателя Z. Прежде чем Деннис успевает распахнуть дверь шире и поставить хотя бы одну ногу на асфальт, Z28 уносится прочь, шины визжат, а заднюю часть заносит на мгновение, прежде чем машина выходит на прямую. Мгновение спустя ее задние огни исчезают за одним из многочисленных крутых поворотов дороги.

Ярость все еще кипит в нем, Деннис смотрит через лобовое стекло на теперь уже пустой открытый участок дороги впереди. Просто отпустить их - вот разумное решение. Никто не пострадал, и самый верный способ сохранить это положение - просто, нахуй, забыть. Они могут продолжить свой вечер по плану и списать все на странное происшествие, над которым можно будет посмеяться позже. Все может принять действительно плохой оборот, если он сделает что-то еще.

Он это знает.

Глубоко внутри, где-то в самой глубине, он это прекрасно понимает - гребаное знание никуда не спрятать.

Но уровень алкоголя в крови и лютый гнев, все еще сжимающий его горло, создают взрывоопасную смесь. Он сознает, что друзья что-то ему говорят, но его разум не воспринимает это нормально. Голоса - просто шум. Он видит, как его руки дрожат на руле, и знает, что есть только один способ избавиться от ярости, заполняющей его, как ядовитый токсин.

Надо отомстить. Я должен, блядь, отомстить.

Он приоткрывает дверь чуть шире, затем захлопывает ее с гораздо большей силой, чем необходимо.

Деннис рывком переключает рычаг и вдавливает педаль газа в пол.

Облегчение, которое Майк испытал, когда Z28 умчался и исчез за поворотом, было таким огромным, что на миг лишило его всех сил. Всю ту короткую перепалку он просидел, подавшись вперед и смотрел в просвет между передними сиденьями. Теперь он откинулся назад, с шумом выдохнул, сполз по сиденью и сделал большой глоток пива. Раз уж глупая драма осталась позади, можно снова сосредоточиться на действительно важных вещах - надраться до чертиков и отыскать ту самую эпичную хэллоуинскую вечеринку.

Он повернул голову и снова глянул на Дэйва Робинсона. Тот все еще был в отключке и храпел теперь еще громче - дешевая пластиковая маска вибрировала с жутким дребезжанием, будто кто-то играл на казу[3]. В этом было даже что-то комичное. Майк наклонился и сильно ткнул парня в плечо. Попытка разбудить не удалась.

Он уже собирался попробовать снова, но тут Деннис захлопнул дверцу и вдавил газ. "Камаро" на скорости влетел в поворот, и Майка опять швырнуло из стороны в сторону. Дэйв навалился на него, и Майк, отпихивая друга, пытался задвинуть его поглубже на сиденье, чтобы того не мотало по салону, как ебаную тряпичную куклу. Получалось так себе - отчасти потому, что Деннис, похоже, был полон решимости гнать, как безумный одержимый Марио Андретти под кайфом. Маска Спадса Маккензи на Дэйве съехала набок, и Майк заметил тонкую струйку слюны, свисающую с уголка его рта. Пластиковый кувшин между ног наклонился, и струя высокооктанового спиртового пунша полилась на пол. Майк попытался его перехватить, но промахнулся - очередной крутой поворот бросил его на другую сторону машины.

Спереди Стив орал на Денниса, требуя сбавить скорость и перестать выделываться. Эта смена ролей была настолько разительной, что Майк на миг почувствовал себя в каком-то странном параллельном мире - как в старом эпизоде "Звездного пути". Когда он наконец выпрямился, его охватила тревога, почти такая же сильная, как недавнее облегчение. Деннис не заявлял о своих намерениях, но Майк, блядь, и сам о них догадывался. Все шансы на то, что он пропустит ту выходку мимо ушей, разбились вдребезги в тот самый миг, когда в "Камаро" влетела пивная бутылка. Единственное, на что Майк теперь мог надеяться, - чтобы вся эта херня не обернулась серьезными травмами или чем похуже.

Через мгновение с другой стороны заднего сиденья раздался дикий кашель - такой громкий, что Майк чуть не подскочил. Он резко повернул голову налево и увидел, как Дэйв пытается сесть. Тот очнулся, и по звукам было ясно: его желудок восстает против адской смеси из спиртового пунша, теплого пива и буррито из закусочной. Этот ужасный кашель - он пытался извергнуть из себя целую волну рвоты, что в его положении было нелегко. Дэйв скулил, и в этом скулеже Майк слышал настоящий страх. Парень боялся захлебнуться собственной блевотиной и уйти, как рок-звезда, - и страх был небезосновательным, учитывая, как глубоко Майк его запихнул.

Майк простонал и скривился.

- Ох, блядь.

Самый громкий приступ кашля прозвучал как выстрел. Ужасный звук, но он заставил утихнуть перепалку спереди. Стив обернулся и просунул голову между сиденьями.

- Какого хера там творится? - сначала на его лице было только раздражение, но оно быстро сменилось выпученными от ужаса глазами. - Господи, блядь!

Машина чуть сбавила ход, и Деннис вставил:

- Что случилось?

Стив взглянул на него.

- Гребаный Дэйв задыхается, вот, блядь, что случилось. Боже.

Верхняя часть туловища Дэйва дернулась вверх, и из отверстия маски Спадса Маккензи выплеснулась бурая жижа. Майк сорвал маску - тонкая резинка с громким хлопком лопнула. Нижняя часть лица Дэйва была покрыта этой мерзкой коричневой массой, которая, судя по всему, состояла в основном из начинки буррито. Похоже, парень сожрал четыре этих чертовых штуки, не меньше. Бросив маску, Майк наклонился, схватил Дэйва и принялся усаживать его прямо. Дэйв все это время стонал и скулил, по щекам текли слезы. Майка терзала совесть. Друг не мучился бы так, если бы Майк не задвинул его вниз. Ну да, он сделал это в отчаянной попытке решить другую проблему, но факт остается фактом - доля вины лежала и на нем, так что теперь он обязан был не дать этому тупому мудаку захлебнуться.

Когда Майк наконец усадил Дэйва, на миг показалось, что все обойдется, без дальнейшего бардака. Лицо Дэйва было ярко-красным и блестело от пота,