Хранитель Замка. Том 3 - Виктор Молотов
Степаныч перевёл глаза на мою ладонь на стене. Лицо у него медленно вытянулось, и он даже понизил голос.
— Блуждающая жила… — уважительно прошептал он.
И попятился на цыпочках, прижимая папку к груди, чтобы не спугнуть жилу.
— Хорошо, — так же тихо добавил он уже издалека. — Утром подойду.
Шаги его стихли в конце коридора.
— Блуждающая жила, — восхищённо прошептала Альбина. — Вы это только что придумали?
— Он сам придумал. Я только не стал спорить.
— Полминуты, хранитель! — прогудел Конрад и скрылся в кладке.
Мы нырнули в нишу и задёрнули портьеру. Ткань пахла пылью и нафталином, и Альбина прижалась ко мне плечом, чтобы край её куртки не торчал наружу.
Из-за поворота коридора показались двое.
Мишка шёл в чёрной футболке и старательно смотрел под ноги. Рядом с ним плыла Клементина. Проявилась она ради него полностью, до последней кружевной складки на сорочке, почти как живая. Шла она чуть впереди.
— А здесь Генрих Карлович однажды ловил мышь три ночи подряд, — рассказывала она дальше, указывая на дверь библиотечной лестницы. — С протоколом. Вслух.
— П-поймал? — спросил Мишка.
— Мышь сама пришла сдаваться. Не выдержала протокола.
Мишка тихо засмеялся. Альбина прыснула в кулак.
— А я тебе завтра покажу, как на северной кладку ведут, — сказал Мишка, осмелев. — Степаныч камни по воздуху гоняет. Красиво. Тебе понравится.
— Мне понравится, — согласилась Клементина и чуть наклонила голову, отчего роза за ухом качнулась. Голос у неё стал мягким, совсем непохожим на тот, каким она разговаривала со мной. — Мне нравится всё, что ты показываешь.
Со стороны они выглядели до странного обыкновенно: парень с девушкой гуляют по вечернему коридору и смеются над чем-то своим. Если не знать, что сквозь девушку просвечивает стена.
— Если она его использует, — едва слышно выдохнула Альбина, — я её сама изгоню. Без всякого экзорциста.
Мы спрятались как могли. Они прошли мимо нашей ниши так близко, что я почувствовал запах Мишкиного парфюма. Клементина скользнула взглядом по портьере и ничего не заметила.
У двери моей спальни она остановилась. Протянула руку к ручке, и ладонь её упёрлась в пустоту в паре сантиметров от дерева. Кружево на рукаве смялось, будто наткнулось на стекло.
— Вот сюда я не могу зайти, — указала она.
Мишка поднял голову и уставился на дверь.
— В спальню В-виктора Александровича? — растерянно переспросил он. — А что ты там хочешь?
Клементина сперва молчала.
— Я думал… — Мишка потёр затылок. — Я думал, ты хочешь полюбоваться каким-то красивым местом в замке. Ну, вдвоём. Одни…
Он не договорил. Видно было, что он и сам не понимал, чего она хочет, и ответ, который начинал проступать, ему не нравился.
— Мне нужно достать кое-что, — тихо сказала Клементина. — Оно там. Под полом.
Альбина рядом со мной дёрнулась к портьере, явно собираясь немедленно выскочить и устроить обоим разнос, какого замок не слышал со времён Конрада.
Я перехватил её за локоть.
— Подожди, — еле слышно губами сказал я. — Иначе она никогда не расскажет, что именно ей там нужно.
Альбина беззвучно, но выразительно скривилась.
— Хорошо, — так же тихо ответила она.
По лицу её было видно, что ей категорически не нравится то, что делает Клементина. Губы сжаты в нитку, а пальцы вцепились в край ткани.
— Что это? — спросил Мишка у двери.
— Я не могу описать, — Клементина покачала головой. — Оставь дверь открытой. Я тебе скажу, где. И ты достанешь.
— Но что это хотя бы?
— Не знаю, как это называется, — повторила она. — Знаю, где лежит. Помню, как его туда клали.
Клали. Значит, кто-то живой когда-то спрятал это под полом моей спальни. Знать бы ещё, кто и зачем.
Мишка переступил с ноги на ногу.
— Это же комната начальника, — неуверенно сказал он. — Я туда без спроса… Ну, как-то…
Мишка нахмурился.
— Скажи хотя бы: это артефакт? Что-то магическое?
— Нет, — ответила Клементина.
Она помолчала, глядя на дверь. Роза за ухом дрогнула.
— Единственное, что могу сказать: благодаря этому живые больше не будут использовать меня.
Кулаки у неё сжались, и на секунду она стала прозрачнее, чем была: контуры пальцев поплыли.
Живые. Я ведь тоже вызывал её через Систему, когда мне было нужно. Отправлял приглашение, и она являлась, хотела того или нет. Свобода от «Бастиона» обернулась для неё свободой на поводке. А поводок держал я.
Не говоря уже о наказании взаперти.
Альбина разжала пальцы. Кажется, она подумала о том же.
Вмешиваться я пока не стал. Мне нужно было услышать, что он ответит.
Мишка долго смотрел на неё. Лицо у него стало серьёзным и каким-то взрослым, таким я его не видел даже на верхнем ярусе лесов. Потом он сглотнул.
— Значит, это что-то опасное, — сказал он тихо.
Глава 12
Альбина опять рванулась к портьере, и я её удержал. На этот раз за плечо, покрепче.
— Виктор Александрович, — зашептала она, или скорее зашипела. — Он же сам сказал: там что-то опасное. Мне вообще начинает казаться, что Клементина готовит против нас какой-то заговор. С самого начала она мне казалась мутной!
— Мне она тоже не нравится, — так же тихо ответил я. — Мне вообще много кто не нравится. Но сперва надо разобраться. Поспешишь, и никогда не узнаешь, из-за чего весь сыр-бор.
Альбина поджала губы, но вырываться перестала.
У двери моей спальни Мишка о чём-то тихо спорил с Клементиной. Слов отсюда было не разобрать, только интонации: его неуверенная, её мягкая и настойчивая.
— Может, она там вообще какой-то амулет при жизни спрятала, — предположил я. — Который должен сулить ей удачу. Её обманули, а она и верит до сих пор.
— Вполне возможно, — раздалось прямо из стены у меня над ухом.
Альбина подпрыгнула так, что портьера колыхнулась. Я едва успел придержать ткань.
Из кладки неторопливо выплыла Эльза, с неизменной чашкой в руке, и устроилась в нише рядом с нами. Места в нише от этого не убавилось, но ощущение тесноты появилось сразу.
— Вы портите нам спецоперацию! — яростно прошипела Альбина. — Режим тишины для призраков!
Эльза хмыкнула.
— Лучше бы вы соблюдали режим тишины для людей, юная леди. Вас слышно на два коридора.
Альбина открыла рот для ответа, но графиня уже продолжала, глядя в сторону моей спальни:
— Я к тому, что в моё время дамы были очень мнительные. По себе знаю. Я десять амулетов с собой таскала. От сглаза, от дурного глаза. Половина из них была нерабочей.
— От сглаза и от дурного глаза это одно и то же, — не удержалась