Преддверие II - Елена Федина
Лесли нанизывал кусочки мяса на очищенный прутик, он не сразу поднял голову, чтобы посмотреть на меня.
– Как это, нет?
– А с чего ты взял, что есть? Почему ты этому так сразу поверил? Почему ты вообще мне веришь? У нас ничего нет, Лесли, кроме неясных догадок и чужих слов. А что такое слова? Ты даже не нашёл того человека, что расспрашивал обо мне. Может, и не было никакого человека?
– Не нашёл? – Лесли взглянул на меня чуть ли не оскорблённо. – Кто тебе сказал? Я его просто не застал. Он куда-то уехал. Я могу тебе сказать его адрес и назвать его приметы. Он существует, Жанет. У него чёрная борода и нет руки… Что с тобой, Жанет? Ты что так побледнела?
– Это человек королевы, – пробормотала я.
* * *
Родовой замок герцогов Тиманских вырос внезапно, как по волшебству. Вдруг кончился лес, я отвела от лица последнюю еловую лапу и увидела перед собой зелёную долину с серебристой рекой и большим красивым замком в окружении пёстрых деревушек. Сердце защемило, словно я пришла в страну обетованную, словно видела её много раз во сне, летала над ней, как птица, и тосковала по ней в разлуке.
– Лесли! – Я растерянно повернулась к нему. – Посмотри, ты только посмотри!
– Дошли, – сказал он с облегчением и взял меня за руку. – Идём, Жанет, переночуем в деревне.
– А как же замок?
– Неужели ты думаешь, что можно просто так попасть в замок?!
Я так не думала, я просто знала, что я там буду. С той самой секунды, как увидела его.
Это только казалось, что замок близко, как на ладони. На самом деле идти пришлось долго. Мы добрались до деревни и постучали в крайний по улице дом только на закате. Жара спала, воздух посвежел, и даже дорожная пыль под ногами остыла.
На крыльце лежала большая рыжая кошка. Я взяла её на руки и прижала к себе, как ребёнка. Я соскучилась в лесу по нормальным домашним животным. Я бы, наверное, и корову расцеловала.
Хозяин пустил нас только после того, как Лесли потряс перед его носом кошельком с деньгами. Тогда он сразу стал ласковым и предупредительным. Нас ждали горячий ужин и чистые постели.
– Нам нужно попасть в замок, – сказал Лесли, выкладывая монеты стопочкой. – Это реально?
Хозяин задумался на минуту.
– В соседнем доме живёт Бенто, он возит в замок свежую рыбу. Попробуй договориться с ним.
Потом мы пошли к этому Бенто, вернулись уже втроём, когда я легла спать, долго ещё сидели за столом, гремя бутылками, и шумно разговаривали. Уснуть под эту болтовню и хохот было невозможно. Я утешалась только тем, что ко мне пришла кошка и тыкалась мне в шею тёплым носом.
«А ты видел там, в Трире, нашу Юлиану? Дочку нашего герцога?» – «Приходилось». – «Вот это красавица! Как увидишь – так забудешь, кто ты есть! Я ещё помню, как она тут девчонкой бегала, с деревенской ребятнёй играла!» – «Она выходит замуж за короля». – «А ты не врёшь?» – «С какой стати? Она ж не за меня замуж выходит!» – «О-хо-хо! Король нашёлся!» – «Смейтесь-смейтесь… А я один раз был у неё в гостях…»
Повисла недоуменная пауза, я прислушивалась что есть силы, чтобы не пропустить ни одного его слова.
– Я птицелов, – весело сказал Лесли. – Стою как-то прошлым летом на рынке, продаю своих щеглов. Тут подваливает целый отряд, меня под руки и вместе со всеми моими клетками к ней в особняк. Я, когда её увидел, чуть не ослеп. «Почём, – говорит, – твои птички?» Никогда бы не подумал, что её лесные птахи интересуют! Ну, мне терять нечего и птиц не жалко, ещё наловлю. «За один поцелуй, – отвечаю, – всех отдам».
– Ну ты наглец! И как? Согласилась?
– Согласилась. Я ей потом молодого сокола принёс и трёх сизокрылок.
– И всё за один поцелуй?
На этот вопрос Лесли не ответил. «Ну и пусть! – подумала я, отворачиваясь к стенке. – А Зарих её всё равно не любит! Только зачем ей понадобился Лесли? Не из-за птиц же, в самом деле?»
Утром Лесли вырядился в рыбацкие сапоги и шляпу Бенто. Меня нарядили деревенским мальчиком. Право, это было нетрудно: никаких женских черт у меня не было. Вот уж действительно существо без пола и возраста! Мы погрузили на телегу корзины с рыбой и поехали. Телега ползла медленно и скрипела, я сидела, свесив ноги в огромных дырявых башмаках, и смотрела ему в спину.
– Ты вчера наврал про Юлиану. Зачем? Думаешь, деревенские дурачки так тебе и поверили?
– Во-первых, они вовсе не дурачки. Во-вторых, я сказал только то, что было. А в-третьих, тебя это не касается.
– Да как это не касается, когда я буквально на каждом шагу сталкиваюсь с этой женщиной? Она везде! Только о ней и слышу! Она уже и до тебя добралась!
– Успокойся, я не пострадал.
Мне нечего было ответить, я стала смотреть на приближающийся замок. Сейчас я увижу логово этой вздорной красавицы! Сейчас я до него доберусь и, может быть, что-то пойму!
Через ворота мы проехали спокойно, корзины с рыбой отнесли прямо на кухню, и, пока Лесли заговаривал зубы повару, я проскользнула во внутреннюю дверь и очутилась в полутёмном каменном коридоре.
Дальше я шла уже по наитию, шарахаясь по углам и замирая от страха на каждом шагу, пока не вышла-таки в господские покои. Роскошное убранство комнат говорило именно об этом. Один раз я чуть не налетела на слугу с подносом, но вовремя присела за напольную вазу.
Жизнь в замке почти замерла: все господа были в Трире. Тишина и запустение царили тут. У меня было странное чувство: будто я всё это уже видела. Я проходила очередную комнату и не удивлялась, что вижу стол на этом месте, а кровать – на этом. Я была здесь! Иначе почему так тоскливо сжимается сердце?
Да, да, да! Это было здесь! Это ужасное, непонятное, то, что я никак не могу вспомнить! Я была здесь. И привести меня сюда могла только сама герцогиня Юлиана. Опять эта женщина! Какая-то роковая женщина в моей судьбе!
Вот за этой дверью будет спальня, потом уборная, потом детская! Сердце готово было выскочить из