Мертвая тишина. Том 1 - Денис Старый
Я отвернулся, толкнул тяжелую подъездную дверь и шагнул в утреннюю сырость. Навстречу «Волку». И не сомневался, что он зверь и есть. Не только чуйка моя вопила об этом, но и рассказы полковника. Таких волков только спусти с поводка… А после обрушения системы, поводки слетели у всех. И как-то вдруг оказалось, что с ними было все же комфортнее, безопаснее, правильнее.
Может быть, само время в этом разрушенном мире сжалось, ускорив свой ход. Здесь больше не было роскоши долгих раздумий, некогда было прислушиваться к себе, неделями анализировать свои чувства и играть в романтику. Я просто знал, как неоспоримый факт: я уже влюблен. А может, на это повлияло жесткое осознание того, что выбора-то особо не осталось. И таких девчонок — умных, отчаянно смелых, красивых даже с въевшейся в кожу пороховой гарью — нужно забирать себе сразу, не раздумывая. Если, конечно, они сами не против. Жизнь теперь могла оборваться в любую секунду, и тратить ее на сомнения было глупо.
Я проверил снаряжение. Тяжелый бронежилет привычно давил на плечи. Автомат наперевес — холодный, смазанный, готовый к бою. За спиной в ножнах покоилась сабля. Достать ее быстро в случае огневого контакта было почти нереально, но я взял ее намеренно — для антуража. В этом новом, диком мире визуальное устрашение работало не хуже пули.
Окна и двери первого этажа мы забаррикадировали наглухо, поэтому наружу я спускался по толстой альпинистской веревке со второго этажа. Ноги мягко коснулись сырого, усыпанного битым стеклом асфальта.
Я замер, превратившись в статую, не издавая ни единого звука. Утренний туман лежал низко, цепляясь за колеса брошенных во дворе машин. Краем глаза я уловил движение: метрах в ста от меня, у покореженной детской площадки, начали нервно дергать головами двое Молчанов.
Твари принюхивались, пытались уловить сквозь туман вибрации наших шагов. Если сейчас начнется огневая заварушка, грохот выстрелов сработает как гонг, и я был уверен — из всех щелей их повылазит столько, что мало не покажется. В голове билась холодная мысль: когда же мы наконец выжжем эту заразу из нашего микрорайона окончательно?
Я стоял на месте, опустив ствол автомата вниз, но держа палец на спусковой скобе. Смотрел, как ко мне приближается мой визави. «Волк» шел вальяжно, вразвалочку, изо всех сил демонстрируя хозяйскую уверенность. Но его выдавала пластика — он ступал излишне мягко, хищно сканируя окна, пытаясь сбалансировать понты с животным страхом получить пулю в лоб.
А затем из-за его спины вынырнула еще одна фигура.
— Сука… мент, — процедил я одними губами, не изменившись в лице.
Тот самый ублюдок. Тот, которого мы из жалости не добили, вернее не успели, который тянул наш отряд на дно, сеял разлад и панику. Теперь он стоял по левую руку от главаря бандитов. Пазл сложился. Потенциальные конкуренты мгновенно превратились в самых реальных, информированных врагов. Мент наверняка сдал им всё: нашу численность, расположение, наличие оружия и, скорее всего, моральное состояние группы.
«Волк» остановился метрах в пяти от меня. Ему было глубоко за сорок, может, даже ближе к пятидесяти. Типичный реликт девяностых — массивная челюсть, бычий затылок, кожаная куртка поверх дорогой тактической разгрузки. В руках он уверенно держал серьезный аргумент — навороченный импортный карабин на базе AR-15, обвешанный планками, коллиматором и тактическим фонарем. Игрушка явно не из дешевых.
Он растянул губы в широкой, издевательской ухмылке, сверкнув в утреннем полумраке абсолютно неестественными, фаянсово-белоснежными винирами. Наверняка до конца света вливал в эту улыбку десятки тысяч долларов у элитных стоматологов. На фоне разрухи и крови этот голливудский оскал смотрелся жутко и гротескно.
— Ну вот, так мне тебя и описывали, — прохрипел «Волк». Голос его звучал глухо, с хрипотцой человека, привыкшего «решать вопросы». — Молодой да дерзкий, как понос резкий.
Я не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул на моем лице.
— Саша, значит? Тебя же так зовут? — продолжил он, покачивая стволом своего карабина.
— А у тебя, кроме погоняла звериного, нормальное имя осталось? — ровно, ледяным тоном ответил я вопросом на вопрос.
«Волк» тихо хохотнул.
— Да ты представляешь — такое же, как у тебя. Тоже Александр. — Он сделал театральную паузу, его глаза сузились. — И знаешь… не находишь, что двух Сашков на один этот микрорайон — как-то многовато будет? На двоих и девок не хватит и ништяков. Если оба будут на вершине пищевой цепочки. Но ты можешь быть на ступень ниже. И живи… подбирай, что от меня останется.
Говоря это, он на секунду скосил взгляд вверх и вправо. Я знал, куда он смотрит. Там, на балконе второго этажа, из-за бетонной плиты хищно торчала тупая зеленая морда гранатомета РПГ.
Улыбка слегка сползла с лица бандита, взгляд стал жестче, оценивающим. Он понял намек.
— Я погляжу, вы тут упакованные плотно сидите, — голос «Волка» потерял часть издевательских ноток, став сухим и деловым. — Ну так чтоб ты понимал: мы тут тоже не с дубинами по кустам бегаем. Бойцов у меня хватает, майор. Так уж вышло, что гуляли мы в ту самую ночь, когда мир долбанулся. А как началось веселье — сразу взяли местный райотдел милиции. Весь арсенал оружейки под чистую подняли. Броники, каски, цинки с патронами. Да и у самих кое-какие запасы имелись. Так что зубы у нас острые.
Мужик замолчал. Взял тяжелую, давящую паузу. Его блеклые, холодные глаза впились в мое лицо, пытаясь считать реакцию. Он ждал, что я дрогну, начну оправдываться или предложу мир. Он прощупывал меня на слабость, как хищник прощупывает жертву перед прыжком.
— Ты это с таким пафосом вещаешь, «Волк», будто для меня твои слова должны хоть что-то значить, — я позволил себе легкую, почти скучающую усмешку, глядя прямо в его блеклые глаза. Никакой агрессии. Только абсолютное, ледяное равнодушие. Для таких вожаков это хуже пощечины.
Ухмылка на лице бандита дрогнула, уголки губ поползли вниз.
— А ты, Саша, не будь строптивым. Жизнь укоротишь, — прохрипел он, и в его голосе зазвучала неприкрытая угроза. — Я ведь сюда не лясы точить пришел и не уговаривать тебя. Я пришел взять свое. По праву сильного. Понимаешь? И кто у тебя там в бойцах сидит, я прекрасно знаю.