Первая капля - Роман Золотов
«Это чудесные новости, — отвечаю без тени лжи. — Тогда перейдём к следующему. Тебе удалось что-нибудь выяснить про магию? И как нам дальше быть?»
«У меня есть теория, — она помедлила. — Но она мне не нравится».
«Какая?»
«Твой источник — не просто сосуд. Он записывает. Как... как носитель. Когда я «перезаписывалась», он принял меня. И часть меня — мои данные, мои протоколы, всё, что я знала — он впитал. И преобразовал. — Пауза. — Металл, Рома. Это отпечаток. То, что осталось от меня. Но если он может записывать...»
«То... что он ещё может записать?»
«Я не знаю», — сказала она. И в её голосе была неуверенность.
Пара минут тишины. Каждый из нас думал о своём. Странный источник — не принесёт ли это каких-то проблем? Чёртова магия. Ничего не ясно. Я лежал на кровати, глядя в потолок. Сон не шёл. В голове крутились слова Симы. «Записывает». «Отпечаток». «Не знаю».
«Сима, — внезапно позвал я. — Я хочу попробовать».
«Попробовать что?»
«Магию. Начнём с металла. Я должен понять, как это работает».
Она помолчала.
«Хорошо. Но аккуратно. Если я скажу „стоп“ — ты остановишься. Договорились?»
Закрываю глаза и пытаюсь обратиться к источнику. Как им управлять-то? Темнота внутри была давящей. Я чувствовал источник в груди. Он был объёмным и тяжёлым. Заполненным до краёв. Я ощущал маленькие трещинки на его стенах.
«Тяни, — приказал себе. — Просто потяни».
Мне нужен был металл. Кровь я трогать пока боялся. Что удивительно, когда я прислушался к себе, то ощутил, как она пульсирует в венах, отзываясь на близость Источника, требуя выхода. Но нет. Только металл. Только холодное железо.
Я сделал глубокий вдох, представляя, как сила поднимается из сердца, проходит через грудь и устремляется к рукам. В теории это выглядело просто. На практике...
Первый поток маны вышел из источника. И яростно воткнулся в сердце. Я почувствовал лезвие. Между рёбер. Под лопаткой. Я согнулся, хватая ртом воздух. Боль была холодной. Словно по венам пустили жидкий азот.
— Чёрт, — прошептал, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Чёрт, чёрт...
Боль была настолько сильной, что я не реагировал ни на что. Где-то на грани сознания кричала Сима. Сейчас не до неё.
Я не отпустил. Я упал на пол и открыл глаза. В балке надо мной торчал тот самый нож, который метнула Анисья. Мой дар откликнулся, но он был голоден. Он хотел крови, чтобы смазать шестерёнки этого механизма, а я давал ему пустую ману.
Моя кровь начала тянуться к мане.
— Нет, — выдавил из себя с хрипом. — Сейчас не время. Стой.
Я не знал, как отделять дары. И пришлось импровизировать. Сфокусировался на ноже. Вместо того чтобы тянуть из Источника ещё, я попытался использовать то, что уже взял.
Я направил ману в ладонь. Рука вспыхнула. Словно я схватился за раскалённое железо. Нервно дёрнулся. Каналы прорастали как корни в моём теле, только по направлению, куда я направлял ману. Я сжал кулак, а затем разжал его. Каналы проросли к моим пальцам, и из них вырвались пять невидимых нитей. Они хотели крови и метнулись к единственному живому, кто был в комнате. Ко мне.
Сима всё ещё что-то говорила. Что — я не расслышал. Отвёл руку от своего тела и направил её на нож. Нехотя, слишком нехотя, нити развернулись и метнулись к нему.
Звук металла, выходящего из дерева, в этот день запомнится мне надолго. Нож дёрнулся. Он не взлетел, не закружился в воздухе. Но выпал из балки и под собственным балансом полетел в меня остриём вниз. Если бы я не успел дёрнуть головой, этот металлический предмет проткнул бы мой глаз.
Я лежал, пытаясь отдышаться. Грудь горела, как после долгого бега. Внутри всё было перекручено. Нож торчал в сантиметре от уха. Если бы я не дёрнулся — он был бы в глазу.
«Рома? — голос Симы был тихим. — Ты как?»
«Нормально», — соврал я.
На самом деле — нет. Я чувствовал, как источник дрожит. Как что-то внутри изменилось.
«Ты прокусил губу, — сказала она. — И у тебя трясутся руки».
Я посмотрел на ладони. Они дрожали.
«Это нормально?»
«Не знаю, — честно сказала она. — Но в следующий раз...»
«Что?»
«Не смей так делать больше».
«Думаю, у нас нет выбора», — говорю правду, и она это понимает.
Боль медленно отступала, оставляя после себя тупую, ноющую пустоту.
— Анализ, — хриплю я.
Мана снова начинает закручиваться в источнике, но на этот раз не покидает его.
«Непонятно... От сердца, там, где источник. К левой руке у тебя прорезались какие-то новые вены. Или не вены. У них странная двойная структура. Они и материальные, и нематериальные одновременно. Как будто... Да, они такие же, как твой источник. Из той же энергии».
Сука. Непросто же быть магом. Что это за каналы? Каждый раз будет так больно? Может, ну его?
«А источник опустел примерно на четверть. Но, как я вижу, большая часть ушла именно на эти «каналы», — продолжает она, не обращая внимания на то, что я затих. — Пока не пробуй дальше. Дай им закрепиться».
«Знаешь... пока я не горю желанием».
Остаток утра я провёл в тишине. В собственных размышлениях. О прошлом, о будущем, о том, как не сдохнуть в этом мире, и об этой магии. Пока что от неё одни проблемы. А я думал, что стану сильным магом просто пробудившись.
Наконец я смог встать и сделать зарядку — проверил, на что теперь способно моё тело. Результат не разочаровал: на два подхода больше, чем до пробуждения источника. Но левую руку всё ещё заметно трясло.
Пока разминался, глянул на пол. Метательный нож всё ещё торчал. Одним движением достал его и сунул в карман — пригодится. Я уже заканчивал, когда в дверь постучали.
— Господин Годунов, — раздался голос Анисьи. — Вас ожидают в малой гостиной. Фёдор Ильич уже готов приступить к процедуре.
Я сел на полу, чувствуя, как в голове отзывается тихое:
«Ну что, Ромашка? Пойдём превращаться в дворянина?» — я не отвечаю, да и выбора-то у меня нет. Но страшно, блин.
— Анисья, зайди, пожалуйста, — сказал я, поднимаясь с пола и отряхивая штаны. — Я должен извиниться за то, что переборщил в схватке.
Дверь приоткрылась. Анисья стояла на пороге, глядя на меня с лёгким удивлением — видимо, не ожидала, что я буду