Рыжее счастье для майора - Анна Олеговна Ковалева

— Мам, — я вздохнула, — мне жаль Марину, но если так судить, то нигде не безопасно. На любой работе может случиться ЧП с трагическим исходом. И калеками на производстве становятся, и умирают. Да в принципе жить опасно. Не знаешь ведь, откуда опасность нагрянет.

Сразу вспомнился пережитый недавно кошмар. Я ведь всего лишь зашла пообедать, а могла отправиться в мир иной, если бы не Антон.

Но маму и это не смогло убедить.

— Не спорю. Но у пожарных, военных, сотрудников МЧС риски для жизни гораздо выше. Ты должна это понимать. И потом… У людей с военным прошлым зачастую мозги барахлят. Сильно так барахлят. Психологи и психиатры называют это ПТСР. Это же настоящий ужас для них самих и их близких. Они же буквально в любой момент могут слететь с катушек.

— Мам… — возмутилась я. — Как ты можешь так говорить? Это же неуважение.

— Это обратная сторона медали, дочка. Покалеченная психика у многих из тех, кто побывал в тяжелых боях и выжил. Сколько таких из Афгана пришло? А из Чечни? Совсем молодые, но уже полностью сломанные. Кто спился, кто покончил с собой, а кто в приступе бреда и горячки угробил родных.

И снова меня пробрала дрожь. Но она отступила, стоило вспомнить моего майора: его светлую улыбку, серьезные глаза. Не походил он на того, у кого свистит фляга.

— У Антона всё в порядке с головой. И характер у него нормальный. Возможно, он и любит контролировать и верховодить, но замашек тирана я не заметила.

— Ты его просто плохо знаешь, Катерина! Что можно узнать о человеке за пару встреч? Да ты Рому за четыре года так и не узнала, позволила ему себя за нос водить.

— А вот сейчас обидно было, — психанув, встала из-за стола. А мама тут же засуетилась, поняв, что сказала лишнее.

— Катюш, прости меня, — схватила за руку, удерживая. — Я не хотела тебя обидеть. И обвинять не хотела. Каждый может ошибиться, так что ты ни в чем не виновата. Просто это был пример. Рому ты не раскусила за столько лет. А за этого майора с такой уверенностью говоришь, будто вы уже пуд соли вместе съели. Хотя толком и незнакомы.

Выдохнув для успокоения, я села и улыбнулась:

— Просто Антон — другой, понимаешь? Видна разница в сравнении с Ромой. В общем, чтобы ты поняла, тебе самой надо с ним познакомиться.

— И когда же ты планируешь нас с папой с ним познакомить? — тут же уцепилась за мои слова.

— Это как пойдет. Если свидания перерастут в нечто большее, то познакомлю. А если разбежимся, то и надобность в знакомстве отпадет сама собой.

— Логично. Но всё же скажи честно, он тебе сильно нравится?

— Да, мам. — ответила без раздумий. — Безумно нравится. С Ромой и близко такого не было. Так, игра куличиками в песочнице.

Мама поохала, помолчала, размышляя о чем-то, а потом сдалась.

— Ладно, Катя. Жизнь твоя, тебе партнера по жизни самой и выбирать. Но очень прошу тебя подумать о моих словах. Хорошенько подумать, с расстановкой. Реши, нужен ли тебе такой мужчина и такая нервная жизнь? И желательно до того, как у вас всё слишком далеко зайдет. Чтобы потом жалеть не пришлось.

«У нас уже слишком далеко зашло», — подумала я про себя. А вслух произнесла:

— Я обязательно подумаю, мам, обещаю.

Глава 19

Антон

Время у меня в запасе еще было, так что к семи часам я как раз добрался до жилого комплекса, где жил Даня с семьей.

Даже в детский магазин успел заскочить, ну не мог я приехать к крестнице без подарка. Накупил ей очередную порцию развивающих пазлов и набор начинающего стоматолога в тележке-чемоданчике.

Занимательная практика в домашних условиях, пока папа спит, да.

Дверь мне открыла улыбающаяся Лина, которая закатила глаза при виде пакета для Юли.

— Тош, ты мне Юльку вконец разбалуешь.

— Да прям уж. — фыркнул я. — Тем более я таскаю ей полезные штуки. Пусть развивает мелкую моторику и соображалку.

— Ладно уж, что с тобой будешь делать. Разувайся и быстро дуй мыть руки.

— Слушаюсь, командир! — шутливо ей козырнул и пожал руку другу, вышедшему в прихожую. — Здорово, Дань.

— И тебе не хворать, дружище. — широко улыбнулся Миронов. — Проходи давай.

— Дядя Антон! — стоило только выйти из уборной, как ко мне обниматься кинулась

Юлька.

Смешная такая малявка с двумя косичками и зелёными глазами. Точная копия матери, как и хотел Миронов.

От Данила у нее были только нос, ямочка на подбородке и улыбка. Ну и характер в Даньку пошел, сто пудов. Маленькая командирша растет.

— Привет, егоза. — подхватил ее на руки и покружил в воздухе, вызвав приступ заливистого смеха. — Как у тебя дела?

— Хорошо! — серьезно так кивнула. Кстати, с речью у Юли проблем не было. Она четко выговаривала все буквы.

— Маму с папой слушаешь? Кашу по утрам кушаешь? Зубы чистишь? — строго спросил, а она тут же замерла и приложила ладошку к виску.

— Так точно!

Ну говорю же, вся в отца. Деловая колбаса. Как тут было не засмеяться?

— Ну раз так, тогда у меня для тебя кое-что есть. Хорошие девочки должны получать подарки.

У Юли тут же загорелись глаза и она чуть ли не с головой залезла в пакет, начав вытаскивать и распаковывать подарки.

— Юля, а ты ничего не забыла? — Лина, нахмурившись, посмотрела на дочь.

— Ой, спасибо большое, — малышка тут же встрепенулась, подбежала ко мне и чмокнула в щеку.

— Так, моя хорошая, ужин через пятнадцать минут. Так что не увлекайся. После ужина поиграешь.

— Ууу, — мелкая попробовала возмутиться и выторговать себе время для игры, но после многозначительного хмыканья и строгого взгляда отца тут же сдулась.

А Юля покачала головой и ушла накрывать на стол.

Я, кстати, заметил собранные стопки вещей и походный рюкзак. Очевидно, Миронова дернули в очередную вылазку.

В груди что-то дернуло, защемило. Привык ведь быть рядом в таких командировках. Прикрывать другу спину и идти бок о бок.

Но чертово ранение все перечеркнуло, так что поддержать друга мог только морально.

И то позже, при ребенке не стоит говорить о таких вещах. Они ж все впитывают как губка.

* * *

Ужин, как и всегда в доме Мироновых, прошел тепло и душевно. Вкусная еда от умелой хозяюшки, отвлеченные разговоры, смех и щебетание Юльки, которой не терпелось выбраться из-за стола.

А чуть позже настало время и для мужских