Рыжее счастье для майора - Анна Олеговна Ковалева

— Уже не лью, мам. — невольно улыбнулась, а мама охнула и побледнела.

— Катерина! — в голосе послышались сердитые нотки. — Только не говори мне, что ты снова сошлась с Девятовым? Где твое самоуважение, милая? Неужели простила такую подлость? И позволишь ему и дальше ноги о тебя вытирать?

— Да боже упаси! Я скорее в монастырь жить уйду, чем снова буду встречаться с Ромой. Я его два года не видела и дальше видеть не хочу.

— Точно?

— Точно, мам. Я его давно не люблю. Выгорело всё, отболело. Мы давно друг другу никто. И даже если он вдруг явится с извинениями, то я к нему не вернусь.

— Ну вот и славно, — мама вздохнула с явным облегчением. — Вот и замечательно. Таким людям веры нет. Предали раз, и второй раз предадут на голубом глазу. Но все же у тебя кто-то есть, да?

— Мам, — покосилась в сторону двери, ведущей в зал.-

— А, ясно. Не хочешь, чтобы папа пока знал? Ладно, пусть останется между нами, девочками.

Я действительно не хотела ничего говорить папе. И так с трудом удержала его, когда он собрался ехать бить морду Девятову.

А он рвался, да. Даже в тюрьму сесть был готов, но отметелить Рому. Едва с мамой смогли его удержать.

Теперь, боюсь, он любого моего ухажера будет под лупой рассматривать. А с Антоном у нас пока и непонятно ничего.

Ну, кроме того, что мы идеально подходим друг другу в сексе, и он держит данное слово.

Так что рано папе с ним знакомиться.

— Мам, понимаешь. Мы пока не в отношениях как таковых. На нормальном свидании были только один раз. Так что рано пока что-то говорить.

— Но он тебе нравится, да? — зацепилась за мои слова, а мне пришлось признаться.

— Очень нравится.

— Вот! Это самое важное. Так что после ужина останемся вдвоем и поговорим. Пусть все останется между нами, но я хочу знать, кто подбивает к тебе клинья. И не закатывай глаза, Катерина. Станешь мамой, поймешь мое беспокойство.

Глава 18

Допрос с пристрастием мама мне действительно устроила. Уже после того, как сытый и довольный отец ушел в гостиную смотреть футбол, со стола было убрано, а вся посуда перемыта.

Мама плотно закрыла дверь в гостиную, налила нам чай и уселась напротив меня с выжидающим видом.

Ну и мне пришлось рассказать ей про Антона.

Конечно, пришлось немного исказить правду. Рассказывать про нападение психа с ножом и пугать маму я уж точно не собиралась.

Так что пришлось импровизировать на ходу, и в итоге вооруженный псих в моем изложении превратился в обычного незадачливого грабителя.

Сказала, что он меня толкнул и вырвал сумочку, а Мальцев догнал и обезвредил оборзевшего типа. Ну и сумочку вернул.

А потом уже пошла правда: поездка в участок, ужин в ресторане, помощь с потопом.

Ну а про совместно проведенную ночь умолчала, само собой. Мама у меня человек старой, еще советской закалки и такого точно не одобрит.

Они с папой кое-как смирились с тем, что мы с Ромой жили вместе и не спешили регистрировать брак. Сочли это порочным веянием времени, но не стали мешать моему счастью.

Хотя нотаций прочитано было немерено. Особенно на тему того, чтобы я не теряла голову, училась нормально и не спешила с беременностью.

Хорошо хоть после нашего разрыва прессовать меня не стали. Видели, что я и так убита морально.

Мама лишь сокрушенно качала головой и приговаривала, отпаивая меня травяными чаями и подавая салфетки.

— Эх, Катюша-Катюша. Я же как чувствовала, что именно этим всё и закончится. Видно было, что этот твой Рома себе на уме. Хоть и болтал складно да ладно, а в глазах на дне муть плескалась. Что ж, милая, будет тебе первый жизненный урок. Если мужчина не спешит жениться, значит, ты для него не более, чем запасной аэродром.

Вот как-то так было. А ведь Ромка за мной весь первый семестр увивался. Во втором семестре мы стали парой, и только на втором курсе я допустила его до тела.

А тут спонтанный безумный секс после первого свидания. Нет, мама точно не поймет такого.

Так что я старательно обхожу скользкие темы. Чтобы и маме крепче спалось, и мне было спокойнее.

— Так-так-так, — мама задумчиво протянула. — Сотрудник силовых структур, значит, твой новоявленный ухажер. А оно тебе надо, Катюш? Хорошо подумала?

А вот тут я конкретно так опешила.

— А что такого, мам? — непонимающе посмотрела на родительницу. — Ты так говоришь, будто я на отпетого бандюгана запала, а не на того, кто защищает от них страну.

— Можно подумать, это многим лучше. Во-первых, у них у всех сложный характер. Жёсткость, властность, привычки прогибать под себя, контролировать всё и вся. А во-вторых, Кать, это же жизнь в постоянном стрессе. Побудки среди ночи, подъемы по тревоге, вечные боевые выезды в горячие регионы. Риск стать вдовой крайне велик. Причем в любой момент.

— Антон сказал, что в боевых операциях больше не участвует. После серьёзного ранения не смог вернуться. Теперь работает инструктором.

— Вот видишь! — всплеснула мать руками. — И ранение уже было. А насчет того, что не участвует в боях — так это временно. Когда приспичит, сможет наемником пойти туда, где не нужно идеальное здоровье. Бывших бойцов не бывает. Кто долго жил с автоматом в руках, уже не сможет жить по-другому. Для них вся жизнь — это поле боя.

— Мам, ты сгущаешь краски. Причем очень сильно.

— А вот и нет. Просто лично знаю такие случаи. Ты не помнишь, мелкая тогда еще совсем была. В нашем доме, этажом ниже, жила семья. Она бухгалтер, он военный, постоянно на выездах, спецоперациях. Горячие точки, захваты заложников, теракты — везде его дергали. Маринка одна всё время была, в тоске и тревоге, как тень ходила. Мы с ней поэтому и общаться хорошо начали, много разговаривали, она к нам в гости приходила, и мы с твоим папой к ней захаживали. Хорошей женщиной Марина была. Но знаешь, чем в итоге все закончилось?

— Нет.

— Погиб ее муж совсем молодым. Во время вылазки на Кавказ. Посмертно получил звание Героя, только кому от этого легче? Убитой горем вдове или пацану, оставшемуся сиротой? После похорон Марина продала квартиру и уехала, так что не знаю, что с ней сейчас. Но такой жизни не пожелаю никому. А особенно тебе, моя хорошая.

От этой истории меня