Охота на кроликов - Рэт Джеймс Уайт

Наконец, когда они дошли до крыльца и Стив открыл входную дверь, Алисия начала отступать. Но она все еще не бежала так, как должна была. Она медленно пятилась от них, задавая вопросы.

- Что случилось? Почему вы с оружием? Мы что-то сделали? Я что-то сделала? Что бы это ни было, что бы я ни сделала, я извиняюсь. Я никогда не хотела никого обидеть. Давайте поговорим. Я уверена, это какое-то недоразумение. Я вас всех поддерживаю. Мы на одной стороне.

Ее голос дрожал и срывался. Она была в ужасе. Слезы текли по лицу Рафика, он уже оплакивал смерть Алисии - смерть девушки, с которой у него было всего несколько настоящих разговоров, не считая обычных любезностей. Она была хорошей девушкой. Она не заслуживала этого. Никто из них не заслуживал. Он снова беззвучно произнес: "Беги", - и показал ей жестом, чтобы она бежала.

- Но я ничего не сделала, - сказала она, глядя на него.

Рашад теперь тоже смотрел на него. Он видел, как Рафик пытается ее предупредить? Рафику было уже все равно.

- Тебе лучше бежать сейчас, - сказал Рафик, пытаясь звучать угрожающе, а не сочувственно. - Мы дадим тебе фору.

- Нет, не дадим, - сказал Рашад, шагнув вперед и замахиваясь топором и целясь ей в колено.

У топора было тяжелое угловатое лезвие, чтобы валить деревья или колоть бревна. Он ударил ее в большеберцовую кость, чуть ниже колена, и разломил кость с мокрым хрустом. Звук вместе с воплем Алисии, разрывающим душу, вызвал у Рафика тошноту. Он согнулся и начал сухо давиться. Он чувствовал, как желудок бьется о позвоночник с каждым болезненным сокращением, будто его раз за разом били под дых. Большой Майк схватил его за шиворот и вздернул на ноги.

- Не раскисай сейчас, пацан. Веселье только начинается.

"Веселье" длилось больше часа - повторяющиеся изнасилования и пытки, в которых Рафика заставили участвовать. Алисия несколько раз звала его по имени во время своих мучений, пока ее избивали и вторгались во все отверстия. Рафик не мог выносить ее криков, ее обвиняющего, разочарованного взгляда, ее мольбы о спасении. Он начал душить ее, просто чтобы она замолчала, когда настала его очередь насиловать. Он сжимал ее горло изо всех сил, отворачивая лицо, чтобы не видеть ее глаз - тех глаз, что умоляли его остановиться, спасти ее, объяснить, почему ее мучают. У него не было для нее объяснения. Ничто из этого не имело смысла.

Он прочитал "Душу на льду", как ему велели соратники по братству. Он слышал их объяснения и оправдания, но не было ничего праведного или революционного в убийстве и изнасиловании женщин, независимо от их цвета кожи или мнимого нарушения кодекса черных мужчин. Это была просто кучка мудаков, получающих кайф от издевательств над женщинами, и он теперь был одним из них. Теперь он был соучастником. Самое лучшее, что он мог сделать, - избавить ее от страданий.

Рафик сжал сильнее, наваливаясь всем весом на ее горло. Он бросил попытки трахать ее изуродованную пизду. Изнасилование не было его темой. Он не мог поддерживать эрекцию, когда она слабо сопротивлялась, кричала и смотрела на него в ужасе. Его вялый член плавал в пенистой похлебке из крови Алисии и спермы его "братьев". Ёбаный в рот, почему никто из них не использовал презерватив? Рафик почувствовал, как под давлением его хватки поддалась подъязычная кость Алисии. Ее хриплые попытки вдохнуть кислород через разрушенную трахею превратились в предсмертный хрип. Рафик отводил глаза, пока булькающие звуки в горле Алисии наконец не стихли. Он медленно разжал хватку и убрал руки от ее горла. Пальцы дрожали.

- Что я сделал?

- Не думал, что у тебя хватит духу, - сказал Рашад, хлопая Рафика по спине. - Видимо, ты все-таки один из нас.

Рафик медленно покачал головой, вынимая свой сморщенный член из жирной пасти между ног Алисии, и наконец позволил себе посмотреть на ее лицо. Капилляры на лбу стали синюшно-багровыми и образовали карту по всему лицу, придавая коже сине-фиолетовый оттенок цианоза. Рот был открыт в беззвучном крике, язык посинел и вывалился наружу.

Рафик не смог сдержаться. Он заплакал.

- Я - убийца.

- Йоу, тебе надо взять себя в руки. Муки и Майк поймали тех двух сучек. Ночь еще не кончилась.

Рафик провел остаток ночи в состоянии фуги[43]. Ему казалось, что он во сне - сне из крови и криков. На следующий день он бросил колледж и уехал среди дня, когда все остальные были на занятиях. Теперь они делали это снова.

У него и некоторых его студенческих братьев были общие друзья в соцсетях. Один из них был в друзьях у Муки и Рашада, так что их посты иногда всплывали в его ленте. Последний пост Рашада был мемом с белым кроликом и датой в подписи. Сегодняшней датой. Рафик понял, что должен что-то сделать, чтобы остановить их, иначе кошмары никогда не кончатся.

Перед тем как отправиться к хижине, Рафик зашел в оружейный магазин.

- Мне нужен пистолет, что-нибудь автоматическое с большой емкостью магазина.

- Вы раньше владели оружием? У вас есть синяя карта?[44] - спросил продавец.

Это был мужчина с толстой талией, мускулистыми руками и пушистой светлой бородой, свисавшей до середины груди. Он носил футболку с американским флагом и орлом и камуфляжные шорты-карго. На бедре у него была коричневая кожаная кобура с огромным револьвером, похожим на тот, из которого Билли Кид грабил поезда.

- Синяя карта? Что это?

- Это значит, что вы прошли федеральную проверку биографии. Только так вы можете выйти отсюда с оружием сегодня. Иначе это займет около двух недель.

- Две недели? Мне нужно сегодня. Я должен идти... на охоту.

Продавец