Наследник Тумана. Том 3 - Сергей Витальевич Карелин
В Тумане именно мелочи чаще всего и спасали жизнь.
«Мара?»
Рысь шла рядом в облике собаки, но ее внимание уже скользило по строю.
«Много страха. Много сомнений. Несколько злых».
«Где?»
«Везде понемногу».
Очень полезно.
Люди Семена разошлись по периметру. Артем поднялся на крышу административного корпуса. Лера остановилась у правого края плаца и принялась проверять магический фон. Семен лично осмотрел помост, стол и подходы к нему.
Я поставил футляр на стол, открыл крышку и извлек артефакт. По строю снова прошел шорох. Темный диск с красным камнем не выглядел особенно впечатляюще, но стоило положить его на стол, как воздух стал холоднее, а грифон на моем перстне, наоборот, нагрелся. Потанин вышел перед строем.
— Смирно!
Команда ударила по плацу.
Двести восемьдесят шесть человек одновременно вытянулись. Стук каблуков прокатился между казармами и вернулся глухим эхом.
— Перед вами Михаил Александрович Волконский, — произнес Потанин. — Законный глава рода и держатель родового знака. Завещание оглашено, кровь подтверждена, и полномочия вступили в силу. Сегодня каждый сам решит, кому служит. Главе рода — или никому.
Он повернулся ко мне.
— Ваше сиятельство.
Я занял его место. Все глаза уставились на меня. Как ни странно, выступать перед вооруженным строем было проще, чем сидеть за столом с пятью вилками.
— Я не стану требовать, чтобы вы любили меня, — начал продуманную за дорогу речь. — И не попрошу забыть прежних командиров. Человек, который легко забывает старую присягу, так же легко забудет новую.
Несколько ветеранов едва заметно изменились в лице.
— Но с сегодняшнего дня в роду не будет двоевластия. Клятва — не цепь. Это договор. Вы обещаете не предавать меня, мою семью и род. Я, со своей стороны, принимаю ответственность за людей, которые принесут мне присягу. За ваше обеспечение, семьи и жизнь. Если я отправлю вас в Туман, то буду обязан сделать все, чтобы вы вернулись.
Теперь тишина стала другой.
— Тот, кто не готов, может выйти из строя сейчас. Без позора и наказания. Получит полный расчет и покинет службу. Но после принесения клятвы дороги назад не будет: предательство артефакт отметит. И никакие приказы прежнего начальства не станут оправданием.
Я отступил к столу. Никто не вышел.
Потанин обвел строй тяжелым взглядом, затем подошел к артефакту первым.
— Обряд знаю, — сказал он.
Он снял перчатку и положил ладонь на красный камень. По темному серебру пробежали багровые линии.
— Я, Федор Николаевич Потанин, добровольно приношу личную присягу Михаилу Александровичу Волконскому, законному главе рода Волконских. Клянусь хранить его жизнь, власть и доверенные мне тайны. Не скрывать известной угрозы, от кого бы она ни исходила. Не предавать словом, делом или молчанием. Не ставить чужой приказ выше воли законного главы рода. Если нарушу эту присягу сознательно, пусть родовой артефакт отметит меня как предателя.
Камень вспыхнул ровным багровым светом. На запястье Потанина на мгновение проявился грифон, затем растаял под кожей.
Я неожиданно испытал облегчение.
Перед глазами появилась системная надпись:
Зафиксирована добровольная клятва
Объект: Федор Николаевич Потанин
Тип связи: служебная присяга
Сознательное нарушение условий будет отмечено родовым артефактом
Потанин убрал ладонь.
— Клятва принята, — произнес я.
Он отдал честь и встал справа от меня.
Следом подошел его заместитель. Потом начальник одной из боевых групп, старший маг и командир бронетранспортного подразделения.
Поначалу все шло быстро. Артефакт отзывался ровно. Иногда ярче, иногда тусклее. Один пожилой офицер запнулся на словах о чужом приказе, но все-таки закончил клятву. Камень принял ее тяжелой багровой вспышкой, от которой мужчина поморщился. После двадцатого человека я начал чувствовать усталость. После сорокового по спине потек пот.
Артефакт работал не сам по себе. Каждая новая присяга проходила через родовой перстень и через меня. На плечи будто по одному укладывали невидимые камни. Не подчиненные. Люди, за которых я теперь отвечал.
«Хозяин бледный», — заметила Мара.
«Я в порядке».
«Хозяин лжет».
«Немного».
Семен тоже заметил мое состояние и тихо спросил:
— Может, сделаем перерыв?
— Нет. Пока поле держится ровно, продолжаем.
К артефакту подошел молодой маг. Свет вокруг камня дрогнул, но принял клятву.
Восемьдесят три, восемьдесят четыре, восемьдесят пять. Я перестал считать после девяностого.
И вот вышел тот самый худощавый боец, который слишком внимательно смотрел на артефакт.
На вид ему было около тридцати. Узкое лицо, короткие русые волосы, знак младшего офицера на воротнике.
— Имя? — спросил Потанин.
— Лейтенант Аркадий Викторович Лунев.
Он снял перчатку и положил ладонь на красный камень. Артефакт вспыхнул, но почти сразу потемнел. Лунев вздрогнул.
— Повторяйте, — приказал Потанин.
— Я, Аркадий Викторович Лунев, добровольно приношу личную присягу Михаилу Александровичу Волконскому…
Голос звучал как-то странно, хотя, может, мне это и показалось.
— Клянусь хранить его жизнь, власть и доверенные мне тайны. Не скрывать известной угрозы…
Он запнулся, а красный камень стал почти черным.
Перед глазами вспыхнуло предупреждение.
Внимание!
Обнаружена сознательная ложь при принесении клятвы
Объект скрывает непосредственную угрозу носителю родового знака
Семен шагнул вперед.
— Руку не убирать.
Лунев резко поднял голову и убрал руку. В тот же миг Мара зарычала.
«Сейчас!»
Рыжеволосый маг в строю вскинул обе руки. Между его ладонями мгновенно возникло ослепительно-белое пламя, сложившееся в узкий клин, направленный мне в грудь. Сработало чутье опасности.
Мир замедлился.
Глава 15
Я увидел, как Семен разворачивается к Луневу. Как Потанин тянется к оружию. Как стоящий в третьем ряду боец выхватывает из-под формы короткий арбалет. Как широкоплечий мужчина справа кладет ладонь на рукоять клинка.
Четверо. Нет, возможно, больше. Уйти с линии атаки я уже не успевал.
Вскинул правую руку, словно мог закрыться ладонью от огня. Родовой перстень обжег палец, а в груди что-то болезненно сжалось.
Знакомое ощущение. Так золотая нить отзывалась в Тумане, когда я требовал от нее путь. Только сейчас мне нужен был не путь, а защита.
— Щит! — сорвалось с губ.
Из перстня вырвался зеленовато-серый дым.
Он не рассеялся, а мгновенно сгустился передо мной, превратившись в полупрозрачную стену. В глубине ее клубились тени, напоминавшие переплетенные дороги. Огненный клин врезался в стену. Раздался глухой удар.
Щит прогнулся, по его поверхности побежали багровые трещины. Жар опалил лицо, но пламя не достигло груди. Оно расплескалось по сторонам, облизнуло край стола и подожгло рукав моего пиджака.
Перед глазами вспыхнули строки.
Обнаружена реакция на смертельную угрозу
Вы активировали способность «Щит Тумана».