Наследник Тумана. Том 3 - Сергей Витальевич Карелин
Потанин подоспел через секунду. Увидев лежащего противника, он лишь коротко кивнул, затем развернулся к строю.
— В моем отряде, — прорычал барон, — против главы рода⁈
Лера стояла на краю плаца, удерживая перед собой раскрытые ладони. Воздушная воронка вытягивала магическую завесу вверх. Дым редел, открывая происходящее. Огненный маг лежал под лапой Мары. Лунев хрипел возле помоста, прижатый коленом Семена.
Арбалетчика и бойца с амулетом связывали люди Потанина. Еще один заговорщик без сознания лежал у моих ног.
— Всем оставаться на местах! — прогремел Потанин. — Оружие на землю! Без команды не двигаться!
На плац один за другим падали клинки.
Я выпрямился. Перед глазами плавали темные пятна. Внутри оставалась пугающая пустота, словно туманные удары вырвали из меня нечто важное.
Система немедленно подтвердила опасения.
Критическое истощение внутреннего ресурса
Способности «Щит Тумана» и «Туманный удар» заблокированы
Для стабилизации требуется контакт с аномальной средой либо продолжительный отдых
Правое плечо горело. Рука слушалась плохо, обугленный рукав прилип к коже. Во рту чувствовался металлический вкус, но на ногах я стоял.
Семен посмотрел на меня и выругался.
— Сядь. Ты ранен.
— Потом, — покачал я головой.
— Обряд прекращаем.
— Нет.
— Михаил…
— Именно поэтому нет.
Он сжал челюсти, но спорить не стал. Только быстро осмотрел меня, убедился, что раны не такие уж серьезные, и поднял Лунева на ноги. Я подошел к нему. Каждый шаг отдавался болью в плече, но останавливаться на глазах у строя было нельзя.
— Кто приказал?
Лейтенант усмехнулся разбитыми губами:
— Вы все предали службу.
Артефакт на столе вспыхнул. Черные линии на запястье Лунева стали ярче.
— Какую службу?
— Настоящую. Мельников предупреждал… Говорил, что ты уничтожишь все, что строилось десятилетиями.
По плацу прокатился рокот. Эти слова слышали все, и это было хорошо.
Семен ударил его под колено, заставив опуститься ниже.
— Имя организатора.
Лунев стиснул зубы.
Кондратьев уже обыскивал остальных. У огненного мага он обнаружил плоский служебный амулет со стертым грифоном.
— Старый канал СБ, — сообщил он. — Код центрального управления.
Мельников. Почти на сто процентов. Но меня грызли сомнения: подобное нападение было слишком грубым для Дмитрия. Он предпочел бы яд, аварию или юридическую ловушку. Здесь же несколько озлобленных людей попытались решить вопрос огнем и клинками. Личная инициатива бывшего начальника СБ, или именно так все должно было выглядеть?
— Уведите их, — приказал я. — Раздельно. Огненного мага — к лекарю, но руки зафиксировать. Лунева не выпускать из поля зрения. Проверить зубы, одежду и амулеты. Если у них есть средство самоубийства, найдите раньше, чем они им воспользуются.
— Сделаем, — ответил Семен.
На плацу повисла мертвая тишина. Порядок после рыка Потанина был восстановлен, и сотни глаз вновь смотрели на меня. На обугленный рукав. На дым, еще стелящийся вокруг сапог. На мужчину, которого я только что вырубил собственными руками. И в этих глазах я видел то, что меня не могло не радовать. Уважение.
Мара встала рядом. На ее боку темнела узкая царапина.
«Хозяину надо лечь».
«Скоро».
«Сейчас».
«Если уйду, значит, нападавшие достигли своих целей».
Рысь недовольно оскалилась, но осталась рядом. Я снова поднялся на помост вместе с Семеном и бароном, которые встали по обе стороны от меня, и положил ладонь возле артефакта. Красный камень отозвался слабой вспышкой. Серый дым на пальцах уже исчез, но мне все еще казалось, что где-то под кожей шевелится холод.
— Вы только что увидели, на что способна старая клятва. И сейчас кто-то еще считает, что я неправ, заставляя вас приносить клятву именно главе рода? — Я обвел строгим взглядом плац.
Голос прозвучал хрипло. Пришлось сделать вдох и продолжить громче:
— Приказы отдает командир. Но есть те, кто прячется за чужими спинами и называет предательство службой. Я не стану заставлять вас выбирать вслепую, но теперь вы увидели цену этого выбора. Кто не готов присягнуть, выйдите из строя сейчас. Вас разоружат, проверят и отпустят после окончания расследования. За отказ никаких преследований или обвинений не будет, это я вам обещаю. Кто готов — подойдет к артефакту и закончит начатое.
Несколько секунд никто не двигался. Потом из третьего ряда вышел пожилой майор.
— Разрешите обратиться, ваше сиятельство.
— Говорите.
— Майор Колесников. Я служил прежнему князю двадцать шесть лет. И не считал новую клятву необходимой.
Он бросил взгляд на Лунева, которого уводили люди Семена.
— Теперь считаете?
— Теперь считаю. Разрешите принести присягу первым.
Он поднялся на помост и положил ладонь на камень. На этот раз слова прозвучали так, что их услышал весь плац. Артефакт ответил яркой ровной вспышкой. Следом подошел еще один боец. Потом третий.
Теперь никто не мялся — люди произносили клятву громко. Не из страха перед увольнением и не потому, что приказал Потанин. Они только что увидели предательство своими глазами и сделали выбор.
Трое все же покинули строй. И я сдержал слово: их отвели в сторону без наручников, но под охраной.
Обряд продолжался еще почти час.
К концу я едва держался на ногах: артефакт вытянул из меня все силы. Плечо пульсировало, перед глазами временами темнело, но я не ушел. К тому же вернулись те самые четырнадцать человек, что стояли на постах. Их сменили уже принесшие клятву. Когда последний из них принес ее и, дождавшись вспышки, вернулся в строй, Потанин повернулся ко мне.
— Обряд закончен. Присягу принесли двести девяносто два человека. Всего трое отказались. Пятеро задержаны за участие в нападении.
Двести девяносто два. Не просто бойцы рода Волконских, а мои бойцы. Но от осознания этого легче не стало.
— Клятва принята, — произнес я. — Служите достойно. Со своей стороны обещаю, что не стану разменивать ваши жизни ради чужой прибыли или красивого отчета.
Потанин отдал честь. Вслед за ним это сделали остальные. Единый стук ладоней о грудь прокатился по плацу.
Только после этого я позволил себе сесть. Лекарь базы разрезал обугленный рукав. Ожог оказался неприятным, но неглубоким, как и порез. Кожу обработали охлаждающей мазью и наложили повязку. К тому же меня подлечили магией, после чего я почувствовал себя более-менее сносно. Мара все это время сидела рядом и смотрела на лекаря так, словно предупреждала, что съест его при первой ошибке.
Когда перевязку уже заканчивали, появился Семен. Мой начальник СБ был мрачнее тучи.
— Что случилось? —