Семейные ценности клана серой смерти - Валерия Веденеева
Кащи я тоже позвал — на всякий случай — но и мой Теневой Компаньон ничего необычного не заметил.
Хотелось махнуть на это рукой и выкинуть из головы, но я помнил, как незначительная вроде ерунда оказывалась предвестником совсем не пустячных последствий, вот как получилось с похищением белыми сектантами. Так что на следующий день я сказал о необычном ощущении Семаресу, проигнорировал его скептический взгляд и терпеливо ждал, пока он проведет полную проверку. Однако в итоге лишь услышал, что я здоров как бык и чист как от всех известных проклятий, так и от демонической скверны.
Понятно, что полную безопасность эта проверка не гарантировала — влияние Янли, скажем, Семарес пропустил — но идей, что еще сделать, у меня не было.
* * *
Форт Достойных Братьев на границе владений Энхард встретил нас образцово. Каждый камень мостовой сиял чистотой, оружие у всех воинов было в идеальном состоянии, и даже одежда выглядела так, будто только что вышла из-под рук портного.
Собственно, во время прошлого визита особого непорядка я тоже не заметил, но сейчас местные просто из кожи вон вылезли, чтобы произвести впечатление.
— Перед вашими визитами в фортах всегда так стараются? — спросил я у Семареса вполголоса, пока мы шли через площадь к центральной башне.
— Нет, — отозвался тот с некоторым недоумением. — Я же постоянно с проверками езжу, давно все привыкли.
Навстречу нам из башни торопливо вышел нынешний комендант — бывший заместитель Дамара, тот самый Лексий Зедар «с душой сплетника». Впрочем, сейчас он вовсе не выглядел человеком, желающим кого-то о чём-то расспрашивать. Скорее у него был вид того, кто что-то прячет и изо всех сил надеется, что об этом не догадаются. Я бросил быстрый взгляд на Семареса, но тот, кажется, ничего не заметил.
Глаза Лексия были прикованы к старшему магистру. Но вот он на мгновение взглянул в сторону, увидел меня и чуть не споткнулся. Выражение его лица стало ещё более загнанным.
Похоже, по точке воздуха ему сообщили только о приезде Семареса.
— Старший наставник, — комендант поклонился главе своего ордена, потом посмотрел на меня. — И, э-э, кузен пресветлого Теагана?
Теперь на меня уставился ещё и Семарес.
— Кузен⁈
— Ну, — сказал я, решив связать старую фразу самого Таллиса и моё с ним отдалённое родство, не так давно ставшее известным. — Я двоюродный внучатый племянник верховного иерарха, а Теаган ему как сын. Так что да, мы с Теаганом в некотором роде кузены.
— Не двоюродный, а троюродный, — поправил меня Семарес, но тут же нахмурился, похоже, сам не уверенный, что точно подсчитал степень родства.
— Понимаю, — во взгляде коменданта мелькнуло любопытство, но тут же погасло, вытесненное неведомыми заботами. — Прошу в ваши покои, — широким жестом он махнул в сторону одной из дальних башен.
— А почему не сюда? — спросил я, кивая на башню центральную, знакомую мне по прошлому визиту — именно там выделяли комнаты нам с Теаганом. Центральная была, по словам охраны, самой защищённой. Разве не в такое место положено селить старшего магистра ордена? Понятно, что в защите Семарес не особо нуждался, но разница мне показалась странной. Да ещё и подозрительное поведение коменданта…
Судя по виду самого Семареса, выбор места ночлега его нисколько не интересовал, и после моего вопроса он лишь бросил на меня короткий раздражённый взгляд, мол, зачем тянешь время? А вот комендант едва заметно вздрогнул.
— Прошу прощения, но там полный беспорядок, — проговорил он торопливо. — Начали делать ремонт. Старший наставник, если…
Забавно, что про беспорядок комендант выдал правду, в отличие от продолжения фразы.
— Думаю, я все же загляну в центральную башню, — сказал я Семаресу. Знаете, всю жизнь мечтал увидеть, как в вашем ордене делают ремонт.
— Что за ерунду ты… — начал было Семарес, но потом оборвал себя, бросил быстрый взгляд на побледневшего коменданта и, похоже, наконец понял, что дело нечисто.
К башне мы подошли вместе. Двери, ведущие внутрь неё, оказались закрыты печатями — хорошими такими печатями, совмещающими стихийную и рунную магию. Снять бы я их точно не смог, только разбить сырой силой. Ну или пройти внутрь сквозь камень, потому как наложить печати на стены местная стража не додумалась.
— Что там на самом деле? — мрачно спросил Семарес у коменданта.
Лицо того стало несчастным-несчастным. Он открыл рот, закрыл, открыл снова и наконец выдавил:
— Рыбы.
Мы с Семаресом несколько секунд помолчали.
— Что за рыбы? — наконец, очень спокойно, спросил старший магистр.
Комендант сглотнул, а потом вдруг кивнул в мою сторону.
— Его. В смысле, рыбы господина Рейна.
— Мои? — повторил я непонимающе. У меня, оказывается, имелись собственные рыбы, да ещё такие, которые оккупировали целую башню? И почему я узнаю об этом только сейчас?
— Ну, те, которые вы призвали вместе с водой, когда тушили огненную ловушку, — пояснил комендант. — Как вы и посоветовали, мы их собрали и, гм, съели. Но несколько штук один из Братьев принёс в башню живыми — хотел показать старшим командирам — а рыбы взяли и… переродились.
— Ты откуда своих рыб вытащил? Из Бездны? — резко спросил у меня Семарес.
— Да вроде нет. — Я пожал плечами. — Из северного океана, как обычно.
Потом я опять повернулся к коменданту.
— Но это произошло ещё в конце осени. Почему вы до сих пор молчали?
— Нет-нет, всё случилось три дня назад! Тогда, осенью, мы, как оказалось, собрали не всех рыб, небольшая часть попала в лесной пруд — он подпитывается горячими подземными источниками и не замерзает. Кроме того, вода там пропитана серой, всё живое дохнет. Выяснилось, что вскоре после вашего отъезда несколько стражников обнаружили в этом пруду живых рыб. И эти придур… Эм… В общем, они поспорили на недельное жалованье, через сколько дней те рыбы умрут! Всю зиму молчком следили и только недавно поняли, что подобной живучести у нормальных рыб не бывает.
Судя по тону коменданта, ставшему под конец речи печальным, он предпочел бы, чтобы его подчиненные до этой гениальной мысли не додумались, а рыбы в том пруду так бы и остались.
Глава 14
— Снимай печати, — велел коменданту Семарес. — Посмотрим, что за