Мертвая тишина. Том 1 - Денис Старый

Но нет. Бетон под руками был шершавым, кровь тварей — липкой, а запах гари — удушливым. Всё реально. И от осознания этой реальности становилось еще паршивее.

— Дай меч, — тихо, ледяным шепотом потребовал я от этого странного гибрида реконструктора и толкиниста.

— Не дам! — упрямо мотнул головой он, прижимая к груди клинок.

Я шагнул к нему вплотную и навис сверху.

— Тогда иди, встань у окна. Если кто появится — руби головы. Этим оркам. Но не вздумай кричать. Старайся делать это тихо, чтобы не привлекать других… Иначе мы сдадим Цитадель Светлых сил. Понял меня? — произнес я, глядя ему прямо в глаза.

Парень перестал пыжиться. Он медленно моргнул и выпучил на меня глаза, явно пораженный тем, что я заговорил с ним на его языке.

— С виду вроде нормальный мужик, а говоришь, как дешевый киношник, как… — пробормотал парень с мечом, недоверчиво косясь на меня.

Он не высказал свою мысль до конца, но по его обиженному лицу я всё понял. Оказывается, говорить пафосными фразами и играть в ролевую игру в этом подъезде имеет право только он один. А все остальные взрослые мужики, если вдруг начинают ему подыгрывать, автоматически становятся в его глазах придурками в не меньшей степени, чем мы сейчас считаем таковым его самого.

— Бах! Бах!

Неожиданный, резкий грохот выстрелов ударил по барабанным перепонкам. Стреляли совсем рядом, прямо над нами, с площадки третьего этажа.

Я тут же взметнулся вверх по ступеням, перепрыгивая через две, держа Калашников наготове. В нос ударил резкий, кислый запах сгоревшего пороха.

Дверь одной из квартир распахнулась настежь, ударившись ручкой о стену, и на лестничную площадку, шатаясь, вышел человек.

Этот мужик совершенно не был похож на тех измененных нелюдей, с которыми нам уже пришлось сражаться внизу. Но в этот момент он и мало напоминал живого, мыслящего человека. Совершенно пустые, остекленевшие глаза, судорожно сжатый пистолет Макарова в дрожащей руке, неестественно нахмуренные, словно сведенные судорогой, брови…

И тут, прямо на моих глазах, он начал медленно, неотвратимо заносить ствол пистолета к собственному виску.

Время будто сжалось. Я сделал несколько стремительных шагов вперед и с размаху, жестко ударил прикладом автомата прямо в плечо мужика.

— Бах!

Прозвучал третий выстрел. Оглушительный хлопок в тесном пространстве площадки. Но пуля ушла мимо, выбив фонтанчик бетонного крошева из потолка.

Мужик охнул, выронил оружие и вдруг страшно, навзрыд залился слезами. У него подкосились ноги, и он кулём оплыл по грязной стенке, закрывая лицо дрожащими ладонями.

— Лейтенант, контроль! — рявкнул я, не оборачиваясь, лишь указывая стволом автомата на рыдающего мужика.

Сам же быстро нагнулся, подобрал с бетона его табельный пистолет, привычным движением отщелкнул магазин, проверил наличие патронов и дослал обратно. Затем, перехватив автомат поудобнее, я осторожно шагнул в ту самую полутемную прихожую, из которой только что звучали выстрелы и откуда вышел этот, возможно, уже навсегда лишенный рассудка человек.

Прямо в коридоре, на залитом кровью линолеуме, открылась такая чудовищная картина, что покажи подобные ужасы в самом дорогом голливудском фильме — всё равно будет казаться недостаточно достоверно. Жизнь всегда страшнее.

Девушка, скорее даже подросток лет шестнадцати… точнее, одна из «измененных», лежала на спине с простреленной головой. Черная кровь медленно растекалась по полу, смешиваясь с мозговой тканью.

А совсем рядом с ней, в неестественной позе, лежала растерзанная женщина. Судя по возрасту и домашнему халату — скорее всего, мать.

В голове тут же сложилась четкая, до тошноты логичная картинка того, как всё это могло происходить. Наверняка этот мужик — а он, судя по форменному серому кителю, небрежно висевшему на вешалке в прихожей, был ментом — очень долго сомневался. Стоял и смотрел. Не мог заставить себя стрелять в собственную дочь, которая вдруг на его глазах превратилась в нечто, лишь отдаленно напоминающее человека, и то — исключительно внешне. Он ждал до последнего, пока эта тварь не набросилась на мать…

Теперь понятно. Понятны те пустые, мертвые глаза на лестничной клетке. Понятно то непреодолимое желание покончить с собой. Малодушное желание. Жить нужно всегда, при любых, даже самых кошмарных обстоятельствах. И, может быть, чуть позже у меня появится возможность лично вразумить этого мента, жестко вбить ему в голову эту простую истину. Ну, если, конечно, он к тому времени окончательно не сойдет с ума от пережитого.

Тем не менее, одна квартира на этаже была зачищена. Нам нужен был плацдарм.

За моей спиной послышались легкие шаги. В прихожую зашла Настя. Хотя, по всей вероятности, лейтенант должен был остановить ее на площадке — не женское это зрелище. Но я не стал выговаривать ни ему, ни ей.

Я просто молча следил за реакцией этой девушки. На вид она казалась типичной столичной белоручкой, из тех, что падают в обморок от вида сломанного ногтя. Но сейчас она смотрела на растерзанные трупы и залитый кровью пол такими спокойными, знающими, оценивающими глазами, словно бы побывала далеко не в одной кровавой передряге, а то и вовсе повоевала в горячих точках. Ни крика, ни истерики.

— Тела нужно выкинуть, — ровным, лишенным эмоций голосом резонно сказала она.

— Ну так бери летёху. Сделайте это, — бросил я. Возможно, это прозвучало даже излишне грубо и цинично.

Она, конечно, на секунду замерла от удивления. Ещё бы. С такими выдающимися внешними данными девушка наверняка привыкла к тому, что мужики перед ней буквально стелются и мгновенно выполняют даже то, что еще не произнесено вслух — по одному лишь повелительному взмаху ресниц. А тут какой-то грязный мужик в изодранном костюме предлагает ей замарать холеные ручки в чужой крови и таскать трупы. Явно же грязная, мужская работа, которую, как она рассчитывала, покорно сделаю я.

Но тут сработал иной фактор. Наверняка эта красавица была из тех, кто привык доказывать свою независимость. Пусть я и удостоился от нее быстрого, уничтожающего взгляда из-под прищуренных карих, пронзительных глаз, но Настя не произнесла ни слова возмущения. Она молча шагнула вперед, брезгливо, но крепко ухватила убитую девочку-мутанта за лодыжки и потащила ее волоком вглубь квартиры, оставляя на паркете широкий кровавый след. Видимо, к балкону.

Я вышел из пропахшей смертью квартиры на лестничную площадку и коротким кивком приказал лейтенанту, чтобы он немедленно пошел следом и помог Насте с тяжелой работой.

Сам же я остановился у перил. Не то чтобы я растерялся, не зная, что мне делать дальше, но сейчас приходилось