Мертвая тишина. Том 1 - Денис Старый
А еще в метрах трехстах послышался лай собаки. Грозный, басистый — такой, от которого любой кабысдох сбежал бы, поджав хвост, от мощного собрата.
Повернул голову. Увидел, как та самая симпатичная спортивная девушка невероятным, нечеловеческим усилием выковыривает тротуарную плитку с дорожки и с яростным криком бросает ее в двух наседающих обращенных.
А впереди их не пускает к хозяйке именно тот пёс — здоровенный, мускулистый кане-корсо. Да, наверное эта порода все же. Он намертво вцепился в ногу одного из зверей, с рычанием оттягивая того подальше. А в это время морду псины остервенело царапает другая обращённая. По всей видимости, это была та самая девица, которая при жизни отрастила себе километровые акриловые ногти, и сейчас с мерзким хрустом ломала их о плотную шкуру животного, пытаясь выдавить псу глаза.
— Сюда беги!! — рявкнул я, вскидывая трофейный автомат.
Пробовал прицелиться и чем-то помочь, но тщетно. И темно и сама девица закрывала вектор стрельбы. И далеко было.
— Помогите!! — резанул по ушам истошный, срывающийся вопль.
Я вскинул глаза. На балконе четвертого этажа билась женщина. Она уже перекинула ногу, готовая прыгнуть вниз, сломать ноги, разбиться — что угодно, лишь бы спастись.
Но тут в ярком свете горящей настенной лампы вынырнул изменённый. Бывший мужик, сейчас тварь, существо, в заляпанной кровью майке. Его мышцы бугрились, руки стали неестественно багровыми, а вены вздулись так, словно готовы были лопнуть прямо сейчас. Тварь вцепилась в волосы женщины, рванула на себя, повалила её на бетонный пол балкона и…
Чавкающий, влажный звук разрываемой плоти долетел даже до нас. Крики женщины захлебнулись в бульканье и навсегда оборвались.
Сколько еще таких историй придется увидеть сегодня, завтра. Если оно только наступит.
Увидел, что девушка со своей собакой все же смогли оторваться от нелюдей и на всех порах, а псу приходилось останавливаться и замедлять погоню, спортсменка бежала в мою сторону.
— Пробиваемся в подъезд! — бросил я своей жалкой команде.
Команде из двух человек: перепуганной девчонки-оперативницы, которая явно протирала штаны в кабинетах и не уделяла должного внимания огневой подготовке, и зеленого лейтенанта, который, судя по остекленевшим глазам, форму надел без году неделя.
— Бах! Бах! — пули полетели в сторону твари, показавшейся на втором этаже.
Потом я перенес огонь на тварей, наседающих на девушку с собакой. Две короткие вспышки. Голова обращенной «модели» с длинными ногтями разлетелась, как гнилой арбуз, щедро окатив собакина черной кровью. Второй пулей я попал в ногу твари. Нелюдь упад и ударился о припаркованную машину и сильно замедлился, давая все шансы девчонке и ее героическому псу спастись. Надолго ли…
— Собачница! Ко мне! Живо! — снова заорал я, делая шаг навстречу.
Девушка не заставила себя ждать. Тяжело дыша, с изодранными в кровь руками, она рванула к нам. Пёс, припадая на переднюю лапу и оставляя на снегу красные капли, тяжело скакал следом, не переставая глухо рычать.
И тут реальность окончательно сорвалась с цепи.
— Дзынь! Бух!
Окно на пятом этаже разлетелось вдребезги. Тело в деловом костюме, не издав ни звука, вылетело наружу в облаке стеклянной крошки. Обращенный рухнул прямо на крышу припаркованной «Шкоды», сминая металл, как фольгу.
Удар был такой силы, что лопнули шины. Тело сложилось пополам, позвоночник хрустнул с тошнотворным треском, вылез наружу… но тварь тут же заскребла руками по искореженной крыше, пытаясь сползти на землю.
— Бум! Бум! — раздавались звуки повсеместно падающих с окон нелюдей.
Они словно бы закончили какие-то для них важные дела в квартирах и стали уже массово выходить наружу. Не хотелось даже думать, какие именно дела завершали эти твари.
Еще один. И еще. Обезумевшие от запаха свежей крови и звуков выстрелов, они просто шагали в пустоту. Двор превратился в мясорубку. Вновь твари падали, ломали конечности, превращались в кровавое месиво, но те, у кого оставался цел мозг, упрямо ползли к нам, клацая зубами.
— В подъезд! За мной! Летеха, кроешь тылы! — скомандовал я.
Девушка с кане-корсо влетела в наш хлипкий периметр.
— Идем! Идем! — истерично закричала оперативница, размахивая своим пистолетом так, что я побоялся, как бы она не прострелила мне спину.
Мы рванули к спасительному зеву подъезда. Спасительную ли?
На ступенях, привалившись спиной к косяку, лежала Лена. Моя жена. Тварь, которая минуту назад была моей женой. Кровь из пробитой головы уже начала застывать на бетоне. Я стиснул зубы так, что заболели челюсти, перешагнул через нее, стараясь не смотреть на знакомый халат, и шагнул во мрак подъезда.
Подъезд. Да, это замкнутое пространство, где нас может поджидать всё что угодно, и мы наверняка столкнемся с этими тварями нос к носу. Можно было бы остаться на улице, будь у нас хоть какая-то фора в скорости. Но эти мрази, пусть и двигались неравномерно, неизменно оказывались быстрее любого нормального человека.
— Бах! Бах! Бах!
Я ударил тремя одиночными по нелюдю, который только что вывалился из окна. Тварь явно переломала себе ноги при падении, но всё равно, жутко прихрамывая, упорно рвалась к входу в подъезд. Две пули нашли цель: одна вошла точно в голову, другая пробила сердце. Животное, еще недавно бывшее человеком, тяжело рухнуло на асфальт. Интересно, что именно его остановило? Разрушенное сердце или пробитый мозг?
— Быстрее! — прикрикнул я, подгоняя спортивную девицу.
— Бух! Бух! — донесся сверху, где-то с уровня третьего этажа, глухой звук выстрелов.
Значит, мы в этом доме не одни. Это уже радовало — есть еще кто-то живой, кто прямо сейчас отстреливает зараженных. Моя уверенность в том, что нужно срочно заходить в подъезд и зачищать лестничные клетки от мразей, только укрепилась.
Я пропустил внутрь тяжело дышащего летёху, а следом за ним юркнула девица. В руках пистолет, а на плече — два трофейных автомата. Ай да умница! Не впала в панику, подобрала бесхозное оружие. Плюс десять ей в карму.
Запахи здесь ударили в нос с новой силой. Затхлость старого мусоропровода, хлорка и густой, железистый смрад свежей крови. Тусклая лампочка на первом этаже истерично мигала, выхватывая из темноты куски реальности.
— Тра-та-та! — лейтенант у дверей дал короткую очередь по двору и, тяжело дыша, ввалился внутрь. — Они идут! Их там десятки!
Я с силой захлопнул тяжелую металлическую дверь. Магнитный замок щелкнул, но я не знал — сдержит эту массу железная дверь. Нужна баррикада. Но сначала — зачистка.
Сверху, из темноты лестничного пролета, раздался леденящий душу звук. Шарканье подошв. Влажное,