Мертвая тишина. Том 1 - Денис Старый

Я осторожно приподнял голову над бордюром. Картина боя изменилась. Тот оперативник, что стрелял из автомата, всё-таки положил четверых своих обезумевших коллег. Они валялись бесформенными кучами вокруг него.

Но еще двое подранков, несмотря на то, что пули разорвали им брюшину и раздробили бедро, всё равно упорно, с пугающей целеустремленностью ползли и ковыляли к стрелку. Они замедлились, оставляя за собой широкие кровавые полосы, но их глаза по-прежнему горели красным фанатизмом убийства.

— Твою же мать! Что вообще происходит? — прошипел я сквозь стиснутые зубы, стараясь даже дышать через раз, чтобы не привлекать внимание этого акустического кошмара.

Взгляд выхватил матово блеснувший на асфальте пистолет — «Глок», судя по силуэту, — отлетевший в сторону от одного из первых убитых. Расстояние — метра три до него, но на открытой местности.

Мозг отключился, передав управление спинному мозгу и мышечной памяти. Резкий, пружинистый прыжок. Падение. Болезненный, обдирающий локти перекат по шершавому асфальту. Моя рука сомкнулась на теплой, еще хранящей чужое тепло рукояти. Я мгновенно принял положение «с колена», укрываясь за мусорной урной. Магазин проверять не стал — нет времени. Резко передернул затвор, досылая патрон в патронник. Клац.

Оценка сектора. Автоматчик, бледный как мел, трясущимися руками пытался примкнуть свежий рожок. Паника сделала его движения дергаными, неловкими. А один из подранков, тот, что с пробитым животом, внезапно сделал невероятный рывок и оказался уже в двух метрах от парня, протягивая к его горлу окровавленные руки с почерневшими ногтями.

Тяжело в полутьме целиться. Но я смог вывести мушку на переносицу твари. Выдох. Плавный спуск.

— Бах!

Голова безумца дернулась, словно получив удар невидимой кувалдой, и он рухнул под ноги автоматчику. Опер застыл изваянием, обмазанный кровью и мелкими ошметками мозга своего бывшего сослуживца.

— Бах!

Второй выстрел я сделал почти не целясь, рефлекторно разворачивая корпус. Еще один «обращенный», привлеченный звуком моего первого выстрела, круто развернулся и рванул в мою сторону с неестественным, рваным ускорением. Пуля ударила ему в колено. Кость хрустнула, нога подломилась, и нелюдь кубарем, сдирая кожу об асфальт, полетел прямо к моим ногам.

Он попытался вскинуться, клацая окровавленными зубами.

— Бах!

Я всадил пулю ему точно в переносицу с расстояния вытянутой руки. Тело обмякло.

— Справа! — рявкнул я, срывая голос.

Это было адресовано тому единственному оперу, который еще не пополнил ряды мертвецов или этих красных демонов.

Он вздрогнул, наконец-то вогнал магазин и круто развернулся на пятках.

— Тра-та-та!

Короткой, злой очередью из трех патронов он буквально перерубил пополам еще одного обезумевшего, выскочившего из-за второй машины.

На секунду повисла звенящая тишина, прерываемая лишь сипением умирающих и звоном падающих гильз.

И тут железная дверь ближайшего подъезда с грохотом распахнулась. На крыльцо выскочили трое. По одежде — явно не бойцы, обычные жильцы дома: один в спортивных штанах, второй прямо в семейных трусах и майке. Женщина, не молодая, с явным лишним весом и… в бигудях. Фантасмагория.

Но их движения не имели ничего общего с движениями заспанных обывателей. Двое мужчин и одна женщина. Они рванули ко мне, расталкивая друг друга плечами, выкручивая суставы под неестественными углами. Делали они это пугающе быстро.

Не с той дьявольской, звериной стремительностью, с которой кидались на меня обращенные оперативники КГБ минутой ранее, но всё равно слишком резво для обычных людей. В голове кольнула мысль: даже после этой дряни, даже превратившись в безмозглых тварей, они сохраняли базовые физические параметры. То, кем ты был до того, как твоя кровь свернулась, а глаза налились багровым безумием, имело значение.

И все равно движения были куда как быстрыми, чем у нормального человека.

Времени на анализ не осталось. Три пары мертвых, налитых кровью глаз впились в меня немигающим, жадным взглядом. В этом взгляде не было ни капли человеческого. Абсолютная, первобытная пустота. Так оголодавший пес, посаженный на цепь посреди зимы, смотрит на брошенный в снег кусок теплого, кровоточащего мяса.

Я — это мясо. Нет. Ну или то думающее и действующее мясо, которое способно упокоить это.

Сердце, только что колотившееся о ребра как обезумевшая птица, вдруг пропустило удар и замерло. Пришел покой. Эмоции отсекло, как скальпелем. Паника свернулась в тугой, горячий комок где-то в желудке.

Рука с пистолетом, словно отдельный, мыслящий механизм, плавно взлетела, выхватывая на мушку одного из мужиков — здоровенного, пузатого жлоба в разорванной рубашке.

— Бах!

Отдача сушит кисть. Тяжелая пуля калибра девять миллиметров с влажным хрустом чиркнула пузатого по черепу. Кусок скальпа вместе с волосами и костью сорвало, обнажив белесую плешь, брызнула густая, почти черная кровь.

Тварь пошатнулась. Удар был страшной силы, пузатый широко растопырил руки, на секунду перегородив дорогу своим «конкурентам» по пищевой цепочке… но не упал. Мозг оказался не задет. Жлоб лишь глухо, утробно зарычал и, неестественно дернув пробитой головой, продолжил движение ко мне.

— Бах! Бах!

Звук выстрелов — чужих — оказался неожиданным. Громко. Слишком близко. Хлопки донеслись из глубины одной из припаркованных у подъезда тонированных «Мерседесов».

Я не стал тратить драгоценные доли секунды, чтобы выяснить, какой ангел-хранитель решил прийти мне на помощь. Мой палец снова вдавил спусковой крючок.

— Бах!

Пуля нашла цель. Она вошла точно в переносицу пузатому, разворотив затылок. Он рухнул как подкошенный, мгновенно превратившись из смертельной угрозы в кусок гниющего мяса. Женщину в изодранном платье, бежавшую следом, отбросило назад — неизвестный союзник из машины не промахнулся. Третий обращенный споткнулся об их тела.

— Тра-та-та-та!

Длинная, паническая автоматная очередь вспорола воздух откуда-то справа. Пули с визгом рикошетили от асфальта и кирпичных стен, высекая снопы искр.

— Одиночными бей! — заорал я во всю глотку, не оборачиваясь.

У группы сопровождения, приехавшей по мою душу, явно не было с собой цинков с патронами. Расстрелять БК такими истеричными очередями можно за минуту. А дальше что? Отбиваться от этой орды пустыми магазинами?

В этот момент реальность вокруг начала окончательно сходить с ума. Хотя казалось, куда еще больше.

— Бух!

Звук был такой, словно с высоты бросили стокилограммовый мешок с мокрым цементом. Удар заставил асфальт вздрогнуть. Буквально в трех шагах от меня на землю рухнуло тело.

Нет. Не тело. Еще один обращенный.

— Бух! Хрясь!

Еще один. Чуть в стороне.

Я вскинул голову. Окна многоэтажки над нами выплевывали людей. Обезумевшие твари, учуяв свежую