Борцы за изобилие - Михаил Петрович Аношкин

Много сил и энергии затратили животноводы, чтобы выполнить свои обязательства, принятые в ответ на решения мартовского Пленума Центрального Комитета Коммунистической партии. У главного зоотехника есть маленькие записные книжечки, в которые заносятся все данные по животноводству. В книжечках — масса цифр. Они и поведали о том, что 1962 год — первый год после исторического XXII съезда партии — принес замечательные плоды. Выполнив план по всем показателям, совхоз на тысячи центнеров сдал государству животноводческой продукции больше, чем в предыдущем году. И что особенно примечательно — уйские животноводы сдают мясо государству по ежемесячному графику. Здесь давно осужден порочный метод сдавать скот на мясо поздно осенью, к концу года, как это делается еще, к сожалению, в некоторых хозяйствах области.

— Только при строгом соблюдении графика сдачи мяса государству со стороны совхозов и колхозов можно удовлетворить запросы трудящихся в этом ценном продукте питания, — сказал как-то на партийном собрании директор Уйского совхоза Григорий Федорович Дейнеко.

Его поддержали главный зоотехник, члены парткома, управляющие отделениями. График стал законом для животноводов. Контроль за неукоснительным выполнением графика, естественно, возложен на главного зоотехника, хотя об этом не записано ни в приказе, ни в протоколах. К чему формальности, когда очевидна роль главного специалиста в том или ином вопросе?

В совхозе — огромное стадо — около десяти тысяч голов крупного скота, в том числе свыше трех тысяч коров. Здесь более двенадцати тысяч овец, около десяти тысяч свиней, много кур. Забота главного зоотехника, как и всего коллектива, — не только сохранить, но и увеличить поголовье, дать стране как можно больше продуктов животноводства.

Много думает Анастасия Федоровна над тем, как больше получать дешевого мяса. Вот свиноводство — скороспелая отрасль. Но эту «скороспелку» нужно выращивать с умом, чтобы было выгодно государству. Внимание Черенковой привлекло Житарское озеро. Возле него растет тальник, есть березовый перелесок. Место привольное. И однажды Черенкова внесла предложение держать там свиней под открытым небом.

— Да ведь они подохнут или в первую же ночь разбегутся, — говорили некоторые работники совхоза, когда узнали, что главный зоотехник, заручившись согласием директора, решила содержать возле Житарского озера большую откормочную группу свиней.

Привезли, пустили на свободный выпас, где нет никаких навесов, помещений, изгородей. Есть лишь деревянная площадка, самокормушки да на лужайках и между кустов много сочной травы.

Это было весной, а поздней осенью на Миасский мясокомбинат привезли большую группу упитанных свиней. Вес каждой перевалил за сто килограммов. Директору комбината сообщили, что упитанных свиней откормили возле Житарского озера «диким способом».

— Что вы пыль в глаза пускаете? Не верю я, чтобы таких боровков откормили под открытым небом.

— Поезжайте, посмотрите, — предложили директору.

— И поеду…

Он действительно побывал на Житарском отделении и, убедившись, что все сделано «без подвоха», только и сказал:

— Здорово!

И на самом деле получилось здорово. У Житарского озера выращивают восемьсот-тысячу свиней. Себестоимость привеса свинины на свободном выпасе в два раза дешевле плановой.

Одно время среди специалистов животноводства области шла дискуссия о том, какие опоросы выгоднее проводить в условиях Южного Урала. Одни говорили, что лучше применять круглогодовые опоросы, другие высказывались за туровые.

— Поезжайте в Уйский совхоз, тогда узнаете, какие выгоднее опоросы, — посоветовали в обкоме партии участникам дискуссии.

И вот в совхоз зачастили специалисты животноводства, научные, партийные и советские работники. Приедут в летние лагеря, посмотрят, зададут вопросы директору, главному зоотехнику, управляющему. Сделают записи в блокнотах, а на прощание скажут:

— Это вы хорошо сделали.

За последние месяцы в гостях у животноводов Уйского совхоза побывали многочисленные делегации не только Челябинской области, но и Свердловской, Курганской, Оренбургской, Саратовской, Кировской, Кустанайской областей, Башкирской и Удмуртской АССР. Что их так заинтересовало?

Новая, высококвалифицированная доильная установка «карусель», построенная впервые на Южном Урале силами тружеников Уйского совхоза. Никогда еще не было в сельскохозяйственной практике, чтобы за три часа три мастера машинной дойки под руководством оператора подоили более пятисот коров. Причем средний удой каждой коровы составляет восемь-девять килограммов молока, а его жирность — свыше четырех процентов. Такие замечательные показатели стали возможными на Кировском отделении Уйского совхоза, где построена чудесная «карусель».

Главный зоотехник часто бывает на новой доильной установке, и каждый раз тепло улыбаются ее глаза, когда она видит девчат в белоснежных халатах — бывших доярок, теперь — мастеров машинной дойки.

— Я верю, настанет тот день, когда не только в нашем совхозе, но и во всех хозяйствах страны будет построено много «каруселей», навсегда исчезнет тяжелый ручной труд доярок, — говорит Анастасия Федоровна Черенкова.

В Уйском совхозе были организованы курсы операторов «карусели», мастеров машинной дойки, семинар зоотехников совхозов, колхозов, производственных управлений области, партийных, советских работников. И каждый покидал хозяйство в едином мнении — здесь есть чему поучиться.

…Анастасия Федоровна почти не помнит своего отца. Но на всю жизнь сохранила в сердце любовь к этому человеку, отдавшему жизнь за победу Советской власти, за то, чтобы счастливой была жизнь вот этой детворы, что резвится на лужайке, жизнь всех советских людей. И думая о погибшем отце-большевике, коммунистка Анастасия Федоровна Черенкова трудится еще лучше. Она знает, что на пути еще будут трудности, но их можно и нужно преодолеть.

1

Второй раз этого человека я увидел в 1961 году на пленуме Троицкого горкома партии. Долго вспоминал: где же с ним встречался? Но вспомнить не мог. Его густые темные волосы, чуть тронутые сединой, нависали на глаза. Он сердито взмахивал головой, отбрасывай прядь, и, блестя большими, немного лукавыми карими глазами, без тени волнения, спокойно докладывал тогда о ходе весеннего сева в колхозе. Секретарь горкома партии Николай Васильевич Ботвиновский внимательно слушал оратора, делал какие-то пометки в своем блокноте.

Но не всем членам президиума нравилось то, о чем рассказывал выступающий. Нет-нет да и бросят они в его адрес едкую реплику. Николай Васильевич вначале не обращал внимания, а потом не выдержал, одной фразой остановил их.

— Не мешайте человеку высказать свои мысли.

Оратор спокойным и уверенным голосом продолжал рассказ. Лишь в конце своего выступления человек в синем кителе повернул голову в сторону президиума и, как бы между прочим, заметил:

— На острое словцо и я мастак. Только не в словах дело. Будем цыплят по осени считать.

Последнюю фразу я записал тогда в блокнот для памяти. Про себя подумал: «Надо обязательно осенью побывать в этом хозяйстве».

После пленума к нам подошел Николай Васильевич Ботвиновский. Он кивнул в сторону человека в синем кителе.

— Умница. Любого агронома с дипломом за пояс