Первая капля - Роман Золотов
Говорю искренне. Не хочу её обманывать. Да и незачем.
— Ты угрожал мне, — замечает она. — И видел то, что не должен был.
— У нас с вами это было взаимно. Вы атаковали меня заклинанием, — напоминаю я. — И я немного не сдержался. За это извиняться не буду. Насчёт второй вашей претензии — тут я уже ничего исправить не могу. Считаю, что целесообразно будет считать это ничьей.
— Я была готова убить вас, — Женя накручивает на палец локон. — Но чувствую, вы говорите искренне. И если вы не против, давайте перейдём на простую речь. Высокий слог хорош исключительно для светских приёмов и деловых встреч… или извинений, как в вашем случае.
— Да, вы правы, — киваю я. — Я сам не большой поклонник подобного стиля общения. Он кажется мне слишком… фальшивым.
Прокашлявшись, подхожу к дивану и сажусь напротив неё. Женя ждёт, пока я присяду, и говорит вполне открыто, хотя в голосе ещё слышится остаточное напряжение:
— Короче, ещё раз такое повторится — я за себя не ручаюсь.
Надо же, её речь резко контрастирует с обликом: кукольная внешность и такой характер.
— Простила я тебя только потому, что ты вроде как и правда не виноват. Я не доглядела. Ты не доглядел. Но ты всё ещё козёл и должен мне.
Она встаёт, подходит ко мне, кладёт руку на плечо и замолкает. Сима тут же рапортует:
— «Она осматривает твоё тело. Как Фёдор Ильич. Она лекарь, Ром».
— Хм… Видимо, я не попала, — она осматривает меня с подозрением. — Нервы целы. Нигде не болит?
— Только уязвлённая гордость. — Она награждает меня испепеляющим взглядом. — Прости, прости.
— Ты тоже, — извиняется она. — Я это не специально… Ну, специально, конечно… Короче, ты понял, — сбивается она. — Я баронесса Евгения Олеговна Трофимова, младшая дочь рода Трофимовых.
Женя протягивает руку. На среднем пальце красуется аккуратный женский перстень с гербом, изображающим мордочку енота. Взглянув на него, я встаю и представляюсь:
— Роман Борисович Годунов. — короткий полупоклон. — Нынешний глава рода Годуновых.
— О… — протягивает она. — Как там Фёдор Ильич? — но к концу фразы она как-то подозрительно смолкает.
— Рома? — она смотрит на меня, как будто в первый раз. — Годунов? Ты же пропал… тогда… в аномалии. Этого не может быть.
Она вскакивает и ходит из стороны в сторону. Мой взгляд выражает полное непонимание. О чём она?
— Женя? — зову я её. — Что случилось-то? Ты чего так разволновалась?
Она останавливается и внимательно всматривается в моё лицо, ничего не говоря. Я шумно сглатываю от такого пристального внимания. Больше минуты её взгляд скользит по моему лицу, пытаясь найти какой-то нужный только ей ответ. Я молчу, не отвлекая её.
— Ты же пропал, — вдруг говорит она. — Ты обещал мне. Обещал, что… — она снова замолкает.
— Ты знаешь меня? — спрашиваю я. Если это так, ничего хорошего не выйдет. — Что я тебе обещал?
— Неважно. — Она мотает головой из стороны в сторону. Светлые локоны разлетаются. — Ты ведь ничего не помнишь, да? Ты вернулся с той стороны?
— Женя, я ничего не понимаю! — вскакиваю с дивана. — О чём ты говоришь? Да, я вернулся с той стороны, где-то две недели назад. В чём причина-то?
Её руки дрожат. Взгляд бегает по комнате, пытаясь зацепиться хоть за что-то. Она нервно ходит туда-сюда, закусив губу, пока не натыкается взглядом на моё лицо. Делает глубокий вдох и успокаивается, широко улыбнувшись. Её смена поведения выбивает меня из привычного ритма.
— Забей. Ничего такого. — Она разворачивается и идёт к двери. — Я перепутала тебя с другим человеком. Я есть хочу. Ты со мной?
— «Вот это поворот… — оживает Сима, которая сидела с открытым ртом последние пять минут. Попкорн высыпался из ведра, но она рефлекторно потянулась за ним. — Чёрт, закончился. Как мне на это без снеков смотреть?»
******
Примечание от автора:
Дорогие друзья, мне бы хотелось узнать ваше мнение о сюжете и персонажах. Это важно потому что вы можете помочь мне понять что вам больше нравится, кто вам больше нравится. Так что приглашаю вас к обсуждению, в котором я буду активно участвовать.
Глава 17
— Дим, а ты давно учишься? — спрашиваю я, отправляя в рот фрикадельку. — Ты с парнями довольно неплох в рукопашке.
Парень ненадолго задумывается, поднеся вилку к губам, и неспешно отвечает:
— Да уже выпускной курс. Четыре года… — делает глоток компота, вытирает рот салфеткой, нарочито аккуратно для академической столовой. — А что?
Никита с любопытством переводит взгляд то на меня, то на Диму. Даже Женя, до этого тихо ковырявшая свой салат, перестала над ним издеваться и прислушалась, не поворачивая головы.
— Ты наверняка знаешь, как можно выйти в город? — понизив голос до шёпота, интересуюсь я. — Не хотелось бы уехать в Сибирь, так и не посмотрев столицу.
Дима откладывает вилку и осматривается. Пару секунд смотрит в сторону офицерского стола и наконец отвечает:
— Да знаю. А тебе зачем? — он наклоняется ближе. — Ну, по-настоящему? И сразу предупрежу, вы меня не знаете, — подмигивает он мне.
— Само собой, — дважды стучу пальцем по столу. — Хочу дойти до магазина… Со всякими магическими штуками. Может, понравится что-то. В Москве и выбор побольше должен быть.
— Ой! — тихо вскрикивает Женя. Мы с парнями награждаем её осуждающими взглядами, которые она старательно игнорирует. — Я мелки для артефакторики дома забыла. Можно мне с вами?
— Ты его вообще не слушала? — тыкаю в её сторону куском огурца. — Хочешь проблем? А вдруг нас поймают — проблем не оберёшься.
— Жень, он прав, — вклинивается Никита. — Зачем тебе оно, а? Давай ты просто скажешь, что купить, и я принесу.
— Значит, ты идёшь, а мне нельзя? — вспыхивает она, но тихо, как это только у неё получается. — Я. Иду. С вами. Точка. Да и правила эти — дурацкие.
Она бросает на меня быстрый взгляд, который тут же отводит. Ждёт моего ответа, что ли?
— «Рома, Рома… — Сима появляется за Женей и гладит её по голове. — Донжуан, одним словом».
Я игнорирую, но уголок моих губ непроизвольно дёргается. Вот что за привычка у неё появилась? Ладно, пускай играется.
— Хорошо, но тогда ответственность, если что, на всех, — поворачиваюсь обратно к Диме, который терпеливо ждёт, пока мы закончим перепалку. — Дим, ну так что там за способ? Рассказывай быстрее.
Дима многозначительно замолчал, оценивая, можно ли нам доверять. Посмотрел мне в глаза, прищурился, но всё же решился:
— Короче, тут можно пройти через интенданта, — быстро и просто говорит он. — Мы с парнями как-то спасли ему жизнь. Там долгая