Первая капля - Роман Золотов
Никита усмехается и, ничего не говоря, запрыгивает в машину. Может, всё же и изобрели?
Глава 10
Лимузин шёл почти бесшумно. Бронированные стёкла приглушали звук двигателя до едва слышного гула. За окном мелькали стволы сосен и елей, солнце слабо пробивалось сквозь кроны, ложась на дорогу рваными пятнами. Пахло хвоей и нагретым асфальтом. Я приметил, что дорога двухполосная, и лимузину будет тяжело развернуться тут. Но всё же позволил себе расслабиться. Далековато моё поместье, конечно.
Никита сидел напротив, развалившись на кожаном диване, и лениво крутил в пальцах серебряную зажигалку. Григорий сидел слева от меня и о чём-то размышлял, пока вдруг не спросил Никиту:
— Готов к академии? С аномалиями будет трудно, — сообщил он как данность. — Там тебе сопли подтирать не будут. Только ты и твой меч.
Я прислушался к разговору. Всё же интересно, куда мне нужно ехать.
— Я-то готов, — отмахнулся Никита. — Тем более нас не бросят сразу в пекло. Всё же там будет множество аристократов, и, если нас всех положат в первый день, рода, стоящие за нами, не останутся в стороне.
Григорий покачал головой; краем глаза я заметил его напряжённость. Решил помочь старому полковнику.
— Никита, — не стал я добавлять отчество, — послушай, что говорит Григорий Алексеевич. Наверняка он не хочет просто так напугать тебя.
«Ты прав, — вклинилась Сима. — Он явно хочет сказать больше, но не может по какой-то причине».
«Угу, — мысленно кивнул я. — Записывай разговор, потом обработаем: может, узнаем чуть больше».
В это время Никита задумался, видимо принял мои слова всерьёз. М-да, слишком уж он хочет показать себя перед наставником.
— Я приму это к сведению, — немного смущённо кивнул он, — но тогда ты мог бы сказать и побольше.
Никита посмотрел на Григория, но тот лишь покачал головой.
— Не могу. Его сиятельство запретил, а его настойчиво попросила сама академия, — уточнил он, и я увидел, как его взгляд неодобрительно скользнул по мне. Суровые тут способы обучения: не допёр сам — значит, не судьба.
— А как мы будем туда добираться? — решил я перевести тему, пока меня взглядом не сожгли. — На самолёте?
— На поезде, — объяснил Никита. — Общий сбор в Москве через полторы недели. Там надо пройти регистрацию и ожидать распоряжений. — Он немного недовольно поморщился. — Понять не могу. До этого всегда на дирижабле летали, а сейчас — в объезд, по краю аномальной зоны.
А это интересно. Академия темнит перед абитуриентами, но при этом честна с их родами. Значит, что-то задумали.
— Что они…
Я не успел договорить, как передний автомобиль сопровождения взорвался. Взвизгнули колёса нашего лимузина, и меня протащило по салону. Я успел сгруппироваться, поэтому не ударился головой о дверь. Среагировал быстро.
Григорий успел схватиться за подлокотник и удержал равновесие. Никита ударился плечом и негромко застонал.
«Сима, что произошло? — мысленно крикнул я. Не успела она ответить, как задний внедорожник откинуло ещё одним взрывом. — Твою мать. Напали».
«Да, — резко отозвалась она. — Скорее всего, гвардейцы в машинах погибли или контужены: сила взрыва была солидная. Вы остались втроём».
— Вывези нас отсюда! — заорал Григорий водителю, буквально пробив кулаком стеклянную перегородку. — Пришёл в себя? Быстро!
Ошеломлённый криком водитель вдавил педаль в пол и начал разворачиваться. Машина оказалась маневреннее, чем я предполагал. Вошла в крутой вираж буквально с места и разогналась до приличной скорости. За окном потянуло гарью — острой, химической, смешанной с запахом раскалённого металла.
«Рома! — мысленно крикнула Сима. — Кто-то использует магию. Я чувствую излучение из леса».
— ТОРМОЗИ! — заорал уже я на водителя, видя, как перед машиной поднимается бетонная стена. — Сука…
Водитель не успел. Мы на всей скорости влетели в бетон. Единственное, что я успел, — упасть на пол между сиденьями и потянуть за собой Никиту. Треск сминаемого металла заполнил уши. Меня толкнуло, больно ударило по голове. Из отключки я вынырнул через пару минут. Надо мной висело лицо Никиты; он бил меня по щекам.
— Очнись, очнись, чёрт тебя дери! — Какой же Никита вежливый: даже в такой ситуации не матерится. — Вставай, кому сказал!
— Да очнулся я. Хватит меня хлестать, или добить решил раньше, чем эти уроды? — не выдержал я.
Поднялся и осмотрелся. Григория нет, двери закрыты. Наклонился посмотреть, что с водителем. Он был пристёгнут, подушка сработала. Через дар я чувствовал, что сердце его бьётся, но сам он не реагировал. Вырубился.
«Сима, отчёт по моим травмам».
«Всё не так плохо: очень лёгкое сотрясение, но оно уже заживает, — порадовала она меня. — Переломов и растяжений нет, ты вовремя среагировал».
— Где Григорий? — уточнил я у Никиты. — Вышел?
— Да, но там ещё боевики подключились. — И правда: я слышал глухие выстрелы и взрывы. — Связь глушат, не могу связаться с отцом.
— Тогда надо помочь твоему охраннику. Если он сдохнет, нас точно пришьют или схватят. Я так понимаю, он с «каменщиком» бодается? — уточнил я на всякий случай. — Если так, сначала разберёмся с боевиками.
— Чем? У меня ничего нет, — отстранённо напомнил Никита. — Что делать?
— Ты маг или нет? Очнись уже. Мы в бою. Тут либо мы, либо нас, — приводил я его в чувство, видя, что он паникует. — Приди в себя. Пора становиться взрослым. Или сиди здесь. Я всё сделаю. Но потом будешь корить себя. Хотел боевого опыта — так получай.
Перестал обращать на него внимание. Пусть подумает над моими словами. Сквозь разбитую перегородку перелез к водителю и отстегнул кобуру с пистолетом. Проверил магазин: полный, и второй запасной. Вставил, снял предохранитель, передёрнул затвор. Хорошо хоть подсмотрел, как гвардейцы это делали. Иначе остался бы безоружным. Как стрелять из этого металлолома?
Вернулся к Никите и глянул на него. Вроде пришёл в себя. Молодец.
— Если готов, я первый, ты за мной. Цепляй свой «чёрный плащ» и поехали. Я с одной стороны, ты с другой. Сразу дуй в лес и сливайся с тенями.
— Подожди, — он щёлкнул скрытую кнопку у двери. Отъехало потайное отделение, и в руках Никиты появился меч. Заметил: работа качественная, но сейчас не до этого. — Теперь готов.
Посмотрел в бронированное окно; в него тут же прилетело несколько выстрелов, но стекло стойко выдержало попадания. Ситуация оказалась гораздо хуже, чем я думал. Огненный человек сражался с каменным. Летели огненные шары и копья; каменный отвечал булыжниками и изменением поверхности. То земля жидкой станет, то стены поставит. Строитель, сука. К тому же огненного поливали беглым огнём.
«Сима, траектория выстрелов и количество напавших, —