Присвоенная - Виктория Борисовна Волкова
Мурад даже уладил вопрос со старцами и признал моего будущего племянника членом семьи Хафизовых.
— Скажем так, — неохотно цедит Мурад, снимая с меня сорочку. Касается губами плеча, целует ключицу. — Я дал возможность Климову проникнуть на территорию. За ним следят. Там внизу, — кивает на темнеющий за окном сад, — идет спецоперация. И если твоя сестра простит отца своего ребенка, то кто мы такие, чтобы препятствовать? — философски разводит руками мой муж. Помогает мне лечь.
— А если нет... — вскидываюсь испуганно. — Он же ее украдёт! Гуля нам никогда не простит.
— Наши люди вмешаются, — усмехается криво Мурад. Ложится рядом. — Там под каждым кустом по бойцу. В гостевой — адвокаты. Пусть только рыпнется, сразу вкачу проникновение со взломом...
Широкая ладонь мужа подныривает под мою ночнушку и снова оглаживает живот. А Мурад словно размышляет вслух.
— Но я надеюсь, они помирятся. Ребенок должен скоро родиться, и его первым должен взять на руки отец. Так положено, Белла.
— Ты романтик, Мурад Мусаевич, — тянусь к мужу, утыкаюсь губами мужу в ключицу. Приподнявшись на локте, трусь щекой о небритую щеку.
— Нет, моя гурия. Я — прагматик и циник, — целует меня в макушку муж. — Но самый счастливый циник на свете. И хочу, чтобы другие тоже были счастливы. Хотя бы в моем окружении. Так проще живется. А твоя сестра и этот Савва... слишком гордые и упрямые. Режут по живому, истекают кровью и снова режут. Лютая у них любовь какая-то. Вот я решил их немного подтолкнуть...
— И что же ты сделал? — во все глаза таращусь на мужа.
— Савве кажется, что он умнее меня. А я не спорю, — довольно фыркает муж. — Он подкупил одного из наших бойцов. Мне тут же доложили. Сам парень признался. Я решил воспользоваться и немного поиграть. Согласись, в нашей жизни не так много радостей. Но дело зашло в тупик. Эти двое уперлись как бараны. И тогда я позволил слить инфу, где находится Гуля. Вот Клим и прискакал. Жутко предсказуемый тип. Аж неинтересно. Но твоя сестра так просто не сдастся. Нервы ему на кулак намотает...
— Ты невозможный, — улыбаюсь довольно. Только бы сестра помирилась с Саввой.
Любит она его. Страдает.
— Ну что делать, Белла? Во все приходится вникать самому, — целует меня в висок муж. Прижимает к себе. — Из меня, конечно, психолог так себе. Но даже мне понятно, когда любишь — даже дышится легче.
— Я люблю тебя! — переплетаю наши с мужем руки. И завороженно смотрю на безымянные пальцы, прижавшиеся друг к другу. Любуюсь оказавшимися рядом одинаковыми кольцами. Внутри каждого — наши имена.
Мурад и Белла. Вместе навеки.
Конец
История Саввы и Гули "ЛЮТАЯ ЛЮБОВЬ"
Заметки
[
←1
]
История с танцами Наины - в романе «Удобная жена».