Спрячусь от предателя. Он не узнает тайну - София Брайт

— Так вроде ты и так в курсе того, что скоро станешь отцом, — скрещиваю руки на груди и смотрю на его поблескивающие во тьме глаза.

— В смысле? — не доходит, видимо, что я говорю об их со Златой ребенке. — Ты мне ни словом не обмолвилась.

— Брось, Максим, у тебя и так будет один ребенок. Можешь так не напрягаться, никто не заставляет вокруг меня хороводы водить.

— Василиса! Не ерничай, — шипит бывший.

— Даже не пытаюсь.

— Ты можешь нормально поговорить со мной?! — повышает он голос и делает шаг ближе.

— Василиса, все в порядке? — слышу Гришин голос, раздающийся у распахнутой калитки.

Выглядываю из-за Макса и вижу Григория, стоящего с голым торсом и в спортивных штанах и сверлящего взглядом спину моего бывшего.

— Да, Гриш, спасибо.

— А по интонации этого пижона так и не скажешь, — засунув руки в карманы спортивок, сосед заходит к нам во двор.

Свет фонаря падает на его мускулистый торс, и я подвисаю.

— Максим в шоке. Моя мама рассказала ему все новости, — шумно выдыхаю.

Сосед переводит взгляд на меня и смотрит как-то хмуро.

— Ты уверена, что все нормально? — слышу неподдельное беспокойство в его голосе.

— Да. Нам надо поговорить, — выдыхаю, смирившись с реальностью.

Григорий еще пару мгновений оценивает ситуацию между мной и бывшим.

— Хорошо. Если что, зови. Я во дворе.

— Спасибо, Гриша, — жду, пока он скроется из поля зрения, а затем перевожу взор на Макса.

— У тебя с ним что-то есть? — тут же нападает на меня бывший.

— С кем? С Гришей? Нет же! Он мой сосед и начальник.

Макс плотно сжимает челюсти, явно не испытывая восторга от этой информации.

— Начальник? — переспрашивает он, и в его голосе слышится ядовитая насмешка. — И что, он всех своих подчинённых так… опекает?

Я закатываю глаза.

— Максим, хватит. Ты приехал не для того, чтобы выяснять, кто мне сосед.

— А для чего, по-твоему? — он делает шаг ближе, и я выставляю руку вперед, чтобы сохранить между нами дистанцию.

— Не знаю. Ты сам решил, что тебе срочно нужно примчаться сюда и устроить сцену.

— Сцену? — его голос дрожит от ярости. — Ты скрыла от меня, что беременна! Это не сцена, Василиса, это мой ребёнок!

— Твой? — я сжимаю кулаки, чтобы не дрожали. — А ты уверен? Может, проверишь сначала?

Его лицо искажается от гнева.

— Ты что, намекаешь, что…

— Ничего я не намекаю, — резко обрываю его. — Просто странно слышать подобное от человека, который сделал ребенка другой, пока мы были вместе.

Максим замолкает, но его взгляд становится холодным.

— Ты права, — неожиданно соглашается он. — Я должен быть уверен, что он мой. И если это так, то ты вернешься в город.

Меня будто обливают ледяной водой. Я не думала, что он действительно усомнится.

— Хорошо, — говорю тихо. — Делай тест. Но даже если он подтвердит твоё отцовство, это ничего не изменит.

— Как это ничего не изменит? — он снова повышает голос. — Ты что, собираешься растить его одна?

— Да.

— Нет уж, дорогая, — он качает головой. — Так не пойдёт.

— И что ты собираешься делать? — поднимаю подбородок. — Силой утащить меня обратно?

— Если понадобится — да.

Сердце замирает. Именно поэтому я не хотела, чтобы он был в курсе.

— У меня есть деньги, связи, которые сделают жизнь малыша лучше. А у тебя что? Работа в какой-то дыре?

Я чувствую, как кровь приливает к лицу.

— У него буду я! — голос звучит чужим. — И ты не сможешь заставить меня делать то, чего я не хочу.

— Я решу, как лучше поступить, когда увижу результаты теста. Но если это мой ребёнок, ты не отмахнешься от меня так просто.

— И что ты сделаешь? Второй женой назначишь? Будем жить впятером?

Мы стоим в темноте, и мрак делает его черты резкими, почти чужими.

— Ладно, — наконец говорю я. — Делай тест. Но сейчас тебе здесь нечего делать. Уезжай.

— Я никуда не уеду, пока мы не обсудим твое возвращение, — упрямо заявляет он.

— Тогда ищи себе гостиницу.

— Василиса…

— Всё, Максим. Я не буду это обсуждать. Я устала.

— Ладно. Но завтра ты объяснишь, на каком основании утаила от меня эту информацию. Потому что я могу использовать этот факт против тебя.

Он смотрит на меня еще несколько секунд, затем резко разворачивается и идет к своей машине. Дверь хлопает с таким грохотом, что я вздрагиваю.

Я остаюсь на крыльце, дрожа от адреналина и ночного ветра.

— Василиса? — снова раздается голос Григория. — Ты в порядке?

Я оборачиваюсь и вижу его у калитки. Он все так же без майки.

— Нет, — признаюсь. — Но я очень надеюсь, что буду.

Он молча кивает, потом подходит ближе.

— Он уехал?

— Пока нет. Наверное, поедет искать ночлег.

— Хочешь, я с тобой посижу? — предлагает он неожиданно.

А я смотрю на него, устало улыбаясь.

— Спасибо, но… мне нужно побыть одной.

Гриша понимающе кивает.

— Ладно. Но если что, зови. В любое время.

— Спасибо, — шепчу.

Когда он уходит, я возвращаюсь в дом. Анфиса Петровна уже ждет на кухне с чашкой чая в руках.

— Ну что, отбилась? — спрашивает она.

— Пока нет, — вздыхаю. — Но я не сдамся.

— Уверена, ты справишься, — упрямо говорит она и протягивает чашку. — Пей. Успокоишься и на боковую.

Я беру чай, и он кажется мне самым вкусным в мире.

Глава 28

— Готова? — подъезжает с утра к нашему домику Макс.

— Василиса? — вырастает с другой стороны от меня Гриша и озадаченно переводит взгляд с меня на Макса и обратно.

— Григорий Иванович, доброе утро! Мы едем делать генетический анализ крови.

— Я думал, что я сам тебя отвезу, — заявляет он хмуро.

— Да как-то неудобно беспокоить вас по такому поводу. К тому же работа… — чувствую, как краснеют