Только не с полукровкой (новая редакция) - Вершинин
Внутренности при этом настойчиво подсказывали: идея ужасная, надо бежать в Америку. Вместе с Джинни. А потом забаррикадироваться, чтобы защититься от миссис Уизли — той самой женщины, которая убила Беллатрису Лестрейндж в дуэли.
Гарри тяжело сглотнул. Это тоже звучало как плохой план. Колено нервно дергалось само собой.
Мистер Дэвис взял свиток и развернул верхнюю часть.
— Полагаю, вы глава рода Блэк?
Гарри молча кивнул. Во рту пересохло. Дэвис развернул свиток через весь стол, почти ничего не читая, пока не добрался до самого конца. Его брови резко поднялись.
— Нарцисса Малфой, урожденная Блэк… В тот день вы были…
— Несовершеннолетним. Да.
— Ох, — снова сказал мистер Дэвис.
Он достал палочку и наложил на документ незнакомое заклинание. Свиток засветился светло-голубым, а рядом с подписями проявился сияющий герб Министерства магии.
— Зарегистрирован в Министерстве в тот же день. Чтобы не тратить время: что именно сказал вам мистер Гринграсс?
— Что все это сделали ради безопасности дочерей. Мне нужно знать, что теперь делать.
— Я подготовлю для вас отчет с кратким изложением доступных вариантов как можно скорее.
— Но?
Дэвис помедлил.
— Пожалуйста, не объявляйте Дафну просто «неприемлемой»(2). Она хорошая девушка. На самом деле просто застенчивая. И, боги… из-за такого девушки раньше кончали с собой.
— Это все?
— Я, э-э… выставлю счет роду Блэк?
Гарри поднял руку и показал перстень.
— Это я.
Дэвис кивнул.
— Тогда отчет будет готов как можно скорее.
Он поднялся.
Гарри тоже встал.
— Сохраните контракт.
— Разумеется.
Гарри вышел, аппарировал с Косого переулка на площадь Гриммо, и остаток дня превратился в отвратительную размытую полосу. Дом ощущался тюрьмой. Но он хотя бы не занимался этим, думая о Гринграсс.
Это, по крайней мере, казалось добродетелью.
• • •
Вечером пришел Рон, и они выпили. Точнее, Рон сказал: «Вид у тебя паршивый, давай выпьем и поговорим». Гарри выпил две бутылки и рассказал.
— Ты что?! — Рон выплюнул сливочное пиво через половину кухни на площади Гриммо.
— Моя тетя обручила меня с Дафной Гринграсс.
— С какого хрена твоя тетя решила обручить тебя с какой-то надменной слизеринской сучкой?
— Моя тетя Нарцисса Малфой, урожденная Блэк. После смерти Сириуса она была ближайшей родственницей со стороны Блэков, пока мне не исполнилось семнадцать. Она могла подписывать за меня договоры, — сказал Гарри. — Тетя Петуния продала бы меня за пятьдесят пенсов. И дешевле, если бы покупатель собирался меня избить или убить.
— Тебе надо это отменить, — строго сказал Рон. — У Джинни есть ожидания.
— У меня тоже есть ожидания! — огрызнулся Гарри. — Когда… ну… после войны все устаканится и прочее, мы… ну…
— Обручишься с моей сестрой.
— Да. Вот это.
Ничего другого он упоминать не собирался.
— Сколько заплатили?
— Восемьдесят пять тысяч.
Рон застыл.
— Ни хрена себе. Это… очень много денег.
— Я лучше выберу твою сестру, — сказал Гарри. Хотя от Гринграсс его причинное место действительно слегка реагировало.
— Можешь не говорить это так?! — возмутился Рон. — Мне не нравится представлять, что ты трогаешь мою сестру.
— Я же не… ну, не…
— Очень на это надеюсь. Это моя младшая сестра.
— Она взрослая женщина, — сказал Гарри, вспоминая кое-какие поцелуи и объятия с Джинни.
Это уже было не смутное покалывание, а вполне определенное теплое и твердое ощущение в брюках.
Рон уже открыл рот для очередного возражения, когда в распахнутое окно влетела сова, бросила на стол перед Гарри красное письмо, описала круг под потолком и снова исчезла.
— Это Вопиллер? — спросил Гарри.
— Не тот красный, — ответил Рон. — Это красное письмо.
— Чего?
— Никогда не слышал выражение «красный день календаря»? Ну вот, день, когда приходит красное письмо. Что-то очень важное.
Гарри дождался, пока Кикимер поднимет конверт в воздух, проверит золотым свечением и опустит обратно, а потом открыл.
Письмо было от «Уилкс-Дэвис» и отличалось пугающей простотой. Гарри был помолвлен с прошлого года.
— Ох, зараза, — сказал Гарри, чувствуя, будто потолок только что рухнул ему на голову. — Зараза. Гребаная, гребаная зараза!
Он был совершенно выбит из колеи. Рон выглядел обеспокоенно.
— Полегче, дружище.
— Этот сраный контракт законный и обязательный. И хуже того…
— Хуже обязательного? — переспросил Рон. — Что может быть хуже обязательного?
— Срок уже истек. Я помолвлен с… черт.
Гарри бросил письмо на стол.
Рон встал и наклонился над ним.
— С какого момента? — прочитал. Голос вдруг сорвался. — С прошлого года?
Гарри согнулся, закрыв лицо руками.
— Джинни меня убьет, — простонал он.
— Ты целовался с моей сестрой, будучи помолвленным с другой! — сердито сказал Рон.
— Я, мать твою, не знал! И Гринграссы тоже не знали! Все зависело от дат рождения, а они думали, что получают Малфоя. Он на месяц младше, что странно, потому что я явно гораздо взрослее Малфоя.
Предательский мозг тут же услужливо нарисовал Гринграсс, лежащую на его кровати и надувшую губы. Брюки внезапно стали теснее.
Но Гарри понял главное: придется рассказать Джинни. И ей будет больно. Но это просто очередной случай, когда судьба его ненавидит. Значит… он поступит правильно.
Он ведь Гарри Поттер. Так он всегда и поступал.
— Тебе надо пойти и рассказать маме, — сказал Рон.
— Нет, не надо. Мне надо навестить мою новообретенную будущую тещу. Судя по письму, они хотят устроить нормальную свадьбу как можно скорее. Господи, какая же у меня отвратительная жизнь. Гринграсс меня терпеть не может, а теперь нам придется пожениться.
— Ну, зато ты получил восемьдесят пять тысяч галлеонов, — тактично заметил Рон.
— Рон, представь на секунду, что тебя заставили жениться на Пэнси Паркинсон и дали за это восемьдесят пять тысяч галлеонов.
— Гарри, Дафна Гринграсс выглядит в сто раз