Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

В общем, лорд Аррен интересовался своим младшим братом и его болезнью. Он описал симптомы и просил помочь, пока брат не «надел деревянный макинтош». Было видно, как сложно ему обращаться к чужаку — видимо, его мейстер уже не справлялся. Я ничего не обещал, так как Альдис на первом триместре и ей нужно наблюдение, о чем я и сообщил. Но если выпадет случай — заеду.

Наконец, когда я освободился от всех социальных обязанностей и уже думал, что поговорю с единственным человеком с зачатками интеллекта, меня настигло ЭТО. Живая карикатура на образ аристократа-вырожденца по имени Оуэн Мерривезер. С бешеными глазами и двумя кубками в руках, которые он в алкогольном делирии принял за мечи, он искал меня. При этом он ГРОМКО на весь пиршественный зал орал о моей никчемности и трусости. Зрелище страшное, сродни наблюдению за кентаврами: такое же отвратительное и нелепое, вызывающее жгучее желание взорвать ЭТО на максимальном отдалении.

Судя по лицам окружающих, со мной были согласны абсолютно все. К счастью, я нашел лорда-десницу, который вел разговор с королевой и ее фрейлиной. С грацией толсторога вклиниваюсь в их разговор, чтобы наконец отдохнуть от этой социальной пытки:

— Ваше Величество, чудесная миледи, имени которой я не знаю, лорд Тайвин.

— Сир Марк, скромным рыцарем вас называть все сложнее и сложнее.

— Виноват, Ваше Величество. Дела не ждут, а некие особы жаждут моей крови, так что мне приходится мужественно прятаться за внушительные плечи лорда Тайвина и не такие внушительные, но величественные — ваши и вашей фрейлины.

— Чудесную леди, как вы говорите, зовут Джоанна Ланнистер.

— Лорд Тайвин, эта чудесная леди с волшебным голосом — ваша жена?

— Да, сир Марк.

— А вы храбрец, лорд Тайвин. Я бы на вашем месте к леди Джоанне приставил минимум десяток телохранителей, чтобы быть уверенным, что безумцы вроде меня рядом с ней не ошиваются.

— Вы эксцентричны, сир Марк, но безумным вас сложно назвать, учитывая, как ловко вы прошлись по самолюбию короля.

— Всегда считал вас умным человеком, а теперь считаю не просто умным, а умным и с безупречным вкусом в женщинах, учитывая ваш выбор жены. Но я целенаправленно искал вас, если честно.

— Чем корона может вам помочь?

— Корона — разъяснениями. Вы лично и ваша вотчина — возможностью заработать.

— Выходи, трус! Лорд Длинного Стола лично вырвет твои алые глазенки! — лорд Мерривезер, как и любой алкоголик, был храбр на оскорбления.

— И вы не ответите на эти оскорбления?

— Что вы, Ваше Величество. Оскорбления могут исходить только от равного. Да, если честно, к лорду Мерривезеру я бы не притронулся и двадцатифутовой палкой — брезгую.

— Неожиданный взгляд на вопросы чести и достоинства, но он мне импонирует.

— Я могу задать коллективный вопрос как человек, не участвовавший до этого в таких пирах и не разбирающийся в их нюансах?

— Конечно, сир Марк.

— А это нормально... ну, ситуация с лордом Мерривезером?

— Корона экономит на шутах. Когда он всем надоест, стража сопроводит его из замка.

— Спасибо за разъяснения, лорд Тайвин. Вернемся к нашим браминам. Я могу узнать насчет своего выигрыша на турнире?

— Вы еще его не забрали?

— Нет. А надо было?

— Да, сир Марк.

— В следующий раз буду иметь в виду. Надеюсь, штрафы взиматься не будут?

— По поводу выигрыша не беспокойтесь. Я позабочусь, чтобы вам все выплатили. Заверяю это как десница. А теперь: что вы хотели от Запада?

— Соли и её доставку на Медвежий остров.

— Сколько вам нужно?

— Я пока не считал точно, но думаю, около тонны.

— Вы понимаете, сколько она будет стоить?

— Не имею ни малейшего понятия, но думаю, вы не станете меня откровенно обманывать с ценой.

— Сама соль стоит недешево, но доставка на Медвежий остров обойдется в разы дороже.

— Как хорошо, что я теперь не бедный.

— Это вы верно заметили. Я слышал, что лорд Мандерли хранит у себя ваш выигрыш от ставок, это верно?

— В некоторых отношениях лучше довериться толстым людям.

— Ваше право. А теперь, если позволите, у нас велась беседа, которую вы прервали.

— А где мы можем продолжить наш разговор?

— Ждите меня в тронном зале, я распоряжусь, чтобы вас пропустили.

— Спасибо, лорд Тайвин. Ваше Величество, чудесная леди Джоанна, вы сегодня обе ослепительны.

— Прежде чем уйдете: можете сказать нам, что такое брамин? — интерес к зоологии от чудесной леди.

— Двухголовая корова.

Варис

Детство Вариса прошло на улицах Лиса в труппе бродячих актеров. Там, наблюдая за жизнью людей, он выучил одну простую истину: у каждого человека есть своя роль. Некоторые просто рождены для того, чтобы исполнить её, некоторые не осознают своих талантов, а другие играют просто отвратительно. Но свою роль Варис знал прекрасно: постановщик теней. Следить, чтобы каждый актер был на своем месте и играл роль, что ему назначили. Можно сказать, он прекрасно справлялся со своей работой и даже гордился ею. Пока новый актер не начал портить его постановку. Но новый актер может быть полезен — или даже, чем судьба не шутит, получить ведущую роль в пьесе. Таких актеров нужно опрашивать самому, без посредников, чтобы быть уверенным, что они осознают свою роль.

Что и говорить, он был интересен. Он не думал как житель Вестероса и не напоминал никого из Эссоса. Он был в высшей степени странен и слегка безумен. Перехваченный пират из команды Пайка называл его Штормовым Богом прежде, чем умереть. Когда такое говорят пираты с негостеприимных Железных островов, стоит призадуматься.

Сам сир Марк Иувар стоял в тронном зале и задумчиво смотрел на Железный трон. Интересно, какие мысли возникают, когда смотришь на символ державы? Почет, уважение или желание самому на него сесть? Пора бы это узнать.

— Что вы думаете, глядя на трон?

— Почему он не заржавел? — это было совсем не то, что ожидаешь услышать. Все, абсолютно все выражали что угодно, только не это.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, влажный морской воздух плохо влияет на железо, а