Сиятельный феодал - Михаил Владимирович Баковец

— А-а, чёрт тебя дери, ублюдок! — заорал барон. Он перенес вес тела на здоровую ногу. Белый чулок на раненой конечности стремительно окрашивался алой кровью. Мне показалось, что даже увидел, как кровь толчками льётся из раны.

— Господа, господа! — закричал секундант барона. — Полагаю, что на этом поединок окончен.

— Нет! — барон заревел, как дикий зверь. — К чёрту! Я убью этого выскочку!

Он рванул вперёд бешеным вепрем, застав врасплох Стажарского. Мой визави вновь пошёл на поводу у кодекса. Например, во время дуэли после каждого ранения (в том числе и лёгкого) следовало прекратить бой и отдать раненого в руки врачей. А уже тот решает нужно ли ему дальше сражаться. В нашем случае такое решение должны принимать секунданты. Но барон решил наплевать на все правила.

Стажарский по своей наивности и вере в правила едва не получил рубящий удар по шее. Сумел уйти в последний момент от смертельной раны, но не без потерь. Кончик чужого клинка прошёл по вооружённой руке от плечевого сустава до середины бицепса.

Шаг, шаг, шаг…

Соперники буквально танцевали смертельный танец, пытаясь достать друг друга. Не повезло вновь барону. Позабыв про рану в ноге или ослабнув из-за потери крови, он во время атаки оступился и отвёл оружие в сторону, на долю секунды открывшись. Стажарский немедленно воспользовался этим. Его шпага стремительной молнией метнулась к правому боку соперника.

— А-а!

Остерман уронил оружие, схватился за бок и медленно опустился на одно колено.

— Стой! — крикнул я Стажарскому. Тот не нашёл ничего лучше, как опустить своё оружие и сделать два шага к врагу. Что-то он ему сказал, но я не смог разобрать. Своим криком я едва не сделал только хуже. Парень отвёл взгляд от барона и посмотрел на меня. И в этот момент Остерман левой ладонью зачерпнул горсть земли и метнул её в Стажарского. Прямо в лицо. А затем поднял шпагу и ударил того в живот.

В мыслях я уже видел наивного парня, проткнутого насквозь. Но тот вновь удивил своей ловкостью. Он смог изогнуться и прикрыться своим клинком так, что шпага соперника прошла почти в притирку с телом, проскрежетав сталью о сталь.

Отбив подлую атаку, Стажарский то ли на автомате, то ли из мести рубанул шпагой, как тесаком по голове барона. Кровь из глубокой раны брызнула во все стороны. Но вряд ли удар убил его. Всё-таки дрались соперники на лёгких дуэльных клинках, которые предназначены для уколов и парирования таких же клинков.

Так и оказалось. Остермана оглушило на несколько секунд. А потом он зашевелился и стал подниматься с земли.

— Всё, хватит! — крикнул я и быстрым шагом пошёл вперёд. Движением руки поставил между поединщиками Ледяную стену. — Дуэль закончена неоспоримой победой дворянина Стажарского.

Барон уткнулся в ледяную глыбу, упёрся в неё обеими ладонями, постоял секунды две и сполз на землю, оставляя на льду кровавые полосы в лучших традициях голливудского триллера.

— Что стоим? — вновь рявкнул я, обращаясь к своему коллеге. — Помогай барону, пока он кровью не истёк.

К раненому бросились сразу несколько человек. В том числе и зрелая дамочка. А мой визави в это время просто стоял столбом, не зная, что ему делать дальше. Пришлось взять его под руку и отвести к Планше. Вручил ему пузырёк с гномовской лечебной настойкой, после чего забрал шпагу, всё ещё сжимаемую рукой, и вернулся к секунданту барона.

— Бой был честным. Сейчас я покидаю вас, и надеюсь, что среди вашей компании не найдутся горячие головы, которые решат отомстить господину Стажарскому, — произнёс я.

— Вы оскорбляете меня и моих спутников подобными словами, — встал в позу тот. Наверное, в любое другое время он попытался бы вызвать меня на дуэль, но вспомнил мою ледяную стену, недоступную слабым магам и промолчал.

— Прошу прощения, если невольно обидел, — равнодушным тоном ответил я ему, показывая, что это не более чем норма вежливости, а не искренние извинения. — И ещё раз хочется попросить помнить о чести. Ведь это может быть не последняя наша встреча.

И не став дожидаться ответа, резко развернулся на каблуках и пошёл обратно под деревья.