Срочно ищу жену. Обращаться к некроманту - Татьяна Новикова

Но сегодня, подойдя к лавке, обнаружила вторую табличку, прибитую аккурат под основной.

«Находится под защитой рода Вирнгольдов».

Чтобы убедиться, что у меня нет галлюцинаций, я даже потрогала ее рукой. Настоящая. С гербом — серебряная ветвь, обвитая черной лентой. С крошечными рунами по краю, которые мягко светились в утреннем свете.

— Арсений! — прошипела я в никуда.

Муж предлагал мне официальную защиту, но я отказалась от нее. Как-то же справлялась раньше, без него.

Видимо, семейство Вирнгольдов считало иначе.

Первые покупатели подтянулись к десяти. Это были те же люди, что ходили ко мне годами, — но сегодня они вели себя иначе. Господин Лумм, кузнец, который обычно вваливался с порога, требуя мазь от ожогов и попутно жалуясь на конские ценники, сегодня вошел на цыпочках, поздоровался шепотом и сказал: «Будьте так добры, госпожа Вирнгольд, если вас не затруднит»

Меня, конечно, не затруднило, но разница в общении была поразительная.

Госпожа Лейн заглянула через полчаса. Она минут пять мялась у порога, разглядывая табличку, потом набралась храбрости и вошла:

— Мирочка, дорогая, я всегда верила в твою невиновность. Ты же знаешь?

— Конечно, госпожа Лейн.

Угу, верила она. До меня уже доходили слухи о том, как эта старая перечница заверяла всех, что меня по заслугам лишат дара. Вот-вот лишат. Совсем уже скоро, за все мои грехи и за то, как я обсчитывала покупателей.

Но ладно, обид я не таю.

Руководство гильдии зельеваров вон тоже то откреститься от меня пыталось, то намедни прислало извинительное письмо, в котором трусливо заискивало и говорило, что поможет в решении любых конфликтных ситуаций.

Как всё-таки удобно быть женой некроманта. Ты сразу становишься значимой персоной.

— Этот ужасный человек, — госпожа Лейн понизила голос, — тебя не обижает?

— Нет.

— Ох. — Она покосилась на табличку. — Ну, тогда ладно. Мне ромашку, пожалуйста. И зверобой. И, может, что-нибудь для нервов. У меня после всей этой истории нервы ни к черту.

Я взвесила ей ромашку, зверобой и успокоительный сбор — молча, с улыбкой. Женщина опасливо сглотнула и забрала заказ.

Может, не так уж эта табличка и плоха. В другое время престарелая сплетница бы замучила меня расспросами и пересказала бы все слухи в округе. А тут вон как замечательно. Оплатила и ушла.

К полудню пришел Арсений.

Квартал внезапно затих, смолкли голоса, а какой-то мужичонка сплюнул через плечо и поспешил удалиться из моей лавки. Выглянув в окно, я увидела, как мой муж чинно идет по мостовой, плащ развевается за его спиной, на лице застыло скучающее выражение. При его появлении люди замолкали. Какая-то девица прижалась к стене. Сапожник с дочкой сделали вид, что очень заинтересованы витриной, хотя та была пуста.

Арсений остановился у двери и усмехнулся, оценивая табличку. Только потом вошел.

— Добрый день, госпожа Вирнгольд, — произнес он, и от его низкого голоса у меня потеплело в груди.

Какой же он ух.

Даже описать сложно. Восхитительный мужчина, сводящий меня с ума.

— Это ты повесил табличку? — спросила я, указывая на дверь.

— Ну, не совсем. Но по моему распоряжению, да.

— Зато без моего разрешения.

— А ты бы разрешила?

— Нет!

— Вот именно. — Он обошел прилавок и встал рядом, приобняв меня за талию. — Теперь каждый, кто войдет в эту лавку, будет знать: ты под моей защитой. Это сэкономит нам время.

— Ты распугал мне покупателей, — сообщила я хмуро. — Вон, господин Верт топчется у входа и не решается войти.

— Господин Верт? — Арсений проследил за моим взглядом. — Каменщик?

— Да. У него от стройки вечная аллергия. А теперь стоит и, кажется, молится, чтобы ты ему привиделся.

Арсений хмыкнул. Потом повернулся к двери, распахнул её и исключительно доброжелательно гаркнул:

— Господин Верт! Заходите. Мирослава только недавно приготовила свежий настой от аллергии.

Верт влетел в лавку, не рискнув перечить некроманту. Бледный, взмокший, с круглыми от ужаса глазами.

— Д-добрый день, госпожа Вирнгольд. Господин Вирнгольд. Я, э-э-э настой да Если можно. Пожалуйста.

— Сейчас принесу, — я нырнула за прилавок, стараясь не расхохотаться.

Когда заказ был оплачен, Арсений проводил каменщика взглядом и вдруг сказал:

— А знаешь, мне нравится.

— Что именно?

— Помогать тебе в лавке. Может, обслужим ещё парочку клиентов?

— Ты?.. Собираешься обслужить клиентов?..

— А что такого? Я отличный переговорщик.

— Ты некромант! Ты до смерти их запугаешь!

— Запугивание — тоже форма обслуживания, — он взял с прилавка флакон с перечным гелем от перхоти, повертел в пальцах. — Вот, смотри. Заходит покупатель. Я говорю: «Добрый день. Вам перечный гель или, может быть, что-то для бодрости духа? У нас есть зелья, которые поднимут даже мертвого». Покупатель в восторге.

— Покупатель скорее упадет в обморок, — поправила я.

— Значит, ему понадобится нюхательная соль. А она у тебя как раз есть.

Я фыркнула, и в этот момент дверной колокольчик звякнул снова. На пороге вновь стояла госпожа Лейн. Тетка точно пришла за свежими слухами, ибо зачем ей ходить ко мне по два раза на дню. Лицо её выражало сложную гамму чувств — от испуга до жгучего любопытства.

— О! — только и смогла произнести она.

— Госпожа, — Арсений склонил голову в приветствии, — позвольте порекомендовать вам микстуру для крепкого сна.

Госпожа Лейн открыла рот, чтобы отказаться. Она явно не планировала еще покупок. Но Арсений покашлял, напоминая о себе, и дама закивала:

— Да, пожалуй три упаковки

Когда дверь за ней закрылась, я повернулась к мужу и уперла руки в бока:

— Ты что творишь?

— Помогаю, — он пожал плечами. — Ты же сама говорила, что репутацию нужно восстанавливать.

— Ты превращаешь мою лавку в аттракцион «Поговори с некромантом»!

— Отличная идея. Можно брать плату за вход.

Я закатила глаза, но губы предательски растянулись в улыбке. Арсений тоже улыбнулся.

— Кстати. Я ведь зашел не просто так. У меня случайно образовался перерыв между отловом умертвий и их упокоением. Составишь компанию на обеде?

— Ладно, — сказала я, снимая фартук. — Только если пообещаешь никого не запугивать.

— Ну, всё зависит от того, насколько хорошо готовят в том ресторанчике, куда я собрался тебя позвать.

Я закрыла лавку на обеденный