Русский мотор - Виктор Гросов
— Здесь полку не надо. Женщина в широкой юбке заденет, листы посыплются.
Лаптев вычеркнул пометку и спросил, куда она намерена класть образцы. Лиза указала на простенок. Аркадий вынул складную мерку и записал ширину на обороте старого конверта.
— Сюда зеркало. Без зеркала никто примерять не станет. Узнаю, нет ли подержанного. Только раму с золочеными завитками не обещаю.
Розен улыбнулся и напомнил, что прежде зеркала нужны вещи. Лиза согласилась, однако снова подошла к стене, встала вполоборота, подняла руку к воротнику. Лаптев попросил дождаться подсчетов. День, когда начнем устраивать комнату, так и не назначили.
После обеда я зашел за Верой, как условились позавчера. На этот раз билеты купила она. О Лизиных рисунках заговорили уже за чаем; в вагоне Вера показывала знакомые дома на берегу. Я проводил ее обратно к магазину. У дверей мы еще постояли, хотя у меня уже подмерзали уши.
— А про трамвай вы мне так и не объяснили, — напомнила Вера.
— Могу сейчас.
— В следующий раз.
Она улыбнулась и скрылась за дверью. Я постоял на ступеньке, потом пошел к заводу. Уши совсем заледенели, зато настроение было такое, что я едва не засвистел. По пути заглянул в книжку: когда же выкроить этот следующий раз?
Вечером с Корнеевым и Лаптевым свели окончательную смету для Панова — с передачей, доставкой и установкой двигателя. Я попросил указать день заводской приемки.
— Двадцать четвертого, — сказал Корнеев.
— Завтра уже пустите?
— Соберем и пустим. Если на пробе ничего не вылезет, к вечеру со сборкой управимся. А на двадцать четвертое оставим проверку под нагрузкой.
Судя по списку, оставалось немного. Однако в прежней мастерской доводка уже собранного мотора иной раз занимала недели.
Дома я дочитал газету, которую забрал у Ракитина, и задержался на известиях о войне Японии с Китаем. Пришлось достать карту. Началось все с борьбы за влияние в Корее, но японские войска уже переправились на китайский берег; еще минувшей осенью они взяли Порт-Артур. Я долго искал его на Ляодунском полуострове. Привык связывать это название с русской крепостью, а в январе 1895-го русских там еще не было.
От Кореи до наших дальневосточных владений на карте оказалось совсем недалеко. Япония теснила Китай у самого края России, а через девять лет начнет войну с нами. В школьном учебнике между этими войнами лежало несколько страниц; здесь на подготовку оставались годы, которые уже шли.
Я подвинул лампу и стал разбирать мелкий газетный шрифт. Интересовало теперь другое: откуда японцы взяли корабли, чем снабжают армию, как перебрасывают людей через море. В цехе я видел, чего стоят сорванный срок и недостающая деталь. Только здесь из-за такой задержки могли погибнуть люди. Объявления пришлось оставить до утра.
Утром двадцать третьего я отодвинул домашний стол и расстелил на полу склеенные листы. Начертил в полный размер место водителя, оси колес, площадку под небольшой груз. Края прижал книгами, чтобы бумага не сворачивалась.
Встал внутрь чертежа, примерил, где окажутся ноги. Руль-баранку рисовать не стал: первые машины управлялись рычагом, такой здесь можно изготовить. Для первых опытов можно было собрать мотор из отцовского задела. Затем надо облегчить установку, приспособить охлаждение к работе в пути и сделать передачу на колеса. Сами колеса с осью я рассчитывал взять экипажные; раму и привод придется изготовить под наш мотор. Когда все соберем, проверим, как машина трогается, поворачивает и останавливается.
За границей работали Бенц, Даймлер, французы. В прошлом году состоялся пробег Париж — Руан; машины с двигателями Даймлера уже ходили по обычным дорогам. Соперничать надо с людьми опытными.
Такую машину можно было предложить складам и мастерским для срочной доставки небольших грузов. Но Панов справедливо напомнил об извозчике: сперва мне надо доказать, что с мотором перевозка обойдется дешевле или пойдет быстрее. По прежней работе я знал, сколько возни будет с ремонтом первых автомобилей. Сломается пустяковая деталь — и экипаж простоит, пока мастер выточит замену. Если нужные части можно будет получить у нас, а машину быстро вернуть в работу, у нее появится шанс и рядом с привозной.
В книжке я наметил два срока: осенью этого года — собственный выезд, весной следующего — первый оплаченный груз. Ниже, с нажимом, приписал: «До нижегородской выставки». Я помнил, что Яковлев и Фрезе привезут туда свой автомобиль.
Уже представлял подпись под фотографией: «Первый русский бензиновый автомобиль. Завод Ладогина». Потом перевернул лист со сметой и взялся считать. Фотографа пока можно было не звать.
При реставрации я заранее знал, где искать износ, какое крепление обычно трескается и что потом мучительно трудно разобрать. Теперь можно было сразу оставить доступ для ключа, поставить сменную втулку, не прятать масленку за рамой. Я дорисовал лючок возле передачи и примерил его ширину ладонью. Вот это преимущество у меня точно было.
Ближайшим делом значился мотор для тарной мастерской Елисеевых. Из платы за него надо покрыть оставшиеся расходы, выдать жалованье и отложить сто рублей Бурову к первому февраля. На экипаж мог пойти лишь остаток. Найдется покупатель — удачный двигатель можно повторить для другого хозяина, а часть заработка понемногу откладывать на собственные опыты.
Я еще подсчитывал, сколько времени займет изготовление деталей для экипажа, когда вошла Лиза с папкой. Следом принесли от Лаптева расчет расходов по комнате.
— Давай на этой неделе начнем ее готовить, — предложил я. — Стол перенесем, остальное понемногу.
Лиза положила папку на стул, повозилась с застежкой и достала сложенный лист.
— Коля, я завтра выхожу на работу.
Я отложил карандаш.
— Куда?
— К Бурову. На две недели, на пробу. Вот, прочти.
Я перечитал имя Бурова. Четыре дня назад этот человек собирался увезти наш станок, а завтра к нему отправится сестра! Лиза прижала папку к коленям. Я уже знал это движение и заставил себя разжать пальцы: смял край ее соглашения, даже не заметив.
Прочел имя Бурова и поднял глаза на сестру.
— Что ты у него будешь делать?
— Рисунок броши. В галантерейном отделении принимают заказы на украшения и передают мастерам. Он показал альбом, велел выбрать цветок и переделать. Покупательнице готовый рисунок не нравится.
— Давно договорилась?
— Я еще семнадцатого ходила, со своими рисунками. О пробе условились до того, как ты предложил комнату. Вчера вечером прислали письменные условия. Вот они.
За две недели Лизе полагалось десять рублей. Нужно было приготовить рисунок в натуральную величину, сделать