Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка - Оксана Барских

– А это правда, что по телевизору про тебя показывают и говорят? Неужто бизнесмена обхитрила? Не заигрывалась бы ты, девочка.

– Во-первых, я вам не девочка, – резко выпаливаю я, не собираясь терпеть ее нравоучения. – Во-вторых, не ваше это дело. И не лезьте к моей семье, нечего стервятничать.

Я убегаю вниз по лестнице, не собираясь сто лет ждать лифт. Соседка что-то кричит мне вслед, но у меня нет ни времени, ни желания ее слушать, так что я стараюсь особо не заморачиваться.

Перед выходом из подъезда осекаюсь и останавливаюсь, понимая, что там наверняка до сих пор караулят журналисты, но в этот момент внутрь входит отец и останавливает меня.

– Не глупи, дочь. Тебе не стоит появляться в клинике. Мы с адвокатом уже там были и добыли доказательства, которые пригодятся нам в суде.

– Добыли? – выдыхаю я, чувствуя облегчение.

– Да. Сестру Антона, которая подделала документы, уволили, но клиника не успела замести следы. Понимают, что им тоже грозит обвинение в мошенничестве, это ведь их сотрудник провернул у них такое под носом, да еще и используя их логотип и имя.

– А что с Кариной? Мне ее вернут?

– С этим сложнее, но мы подадим иск об установлении материнства. Хмельницкий уверяет, что такие случаи – редкость, но постарается сделать всё, что в его силах.

Выражение лица отца мне не нравится. Категорически.

– В чем дело, пап?

– Он советует пойти на мировую с Юдиным. Установить его отцовство и твое материнство с обоюдного согласия. И договориться о совместное опеке.

С одной стороны, меня радует, что никто уже не отберет у меня Диану, а с другой, я понимаю, что договориться с Юдиным после того, что он думает обо мне, будет практически невозможно. А уж если к нему вернулась жена, то они вовсю вдвоем будут стараться опорочить мое имя и отобрать детей.

– Пап, еще кое-что нужно сделать. Антон подделал какие-то записи, на которых я якобы с ним в доле и сама согласна на суррогатное материнство и хочу выкачать деньги с Юдина.

– Не переживай. Я уже в курсе. Был у меня разговор с этим Юдиным, и телефон твой мои знакомые спецы проверили. Работал настоящий профессионал, это не уровень Антона. В суде эту липу не примут, это подделка, хоть и очень высокого уровня, и мы уже работаем над тем, чтобы определить источник проблем.

Эта новость вызывает у меня облегчение, но мысль о том, что кто-то стоит за спиной Антона и еще хочет мне насолить, навевает на меня тревогу.

– А у Михаила Агафонова есть такие возможности, пап? – делаю я догадку, и судя по тому, как хмурится отец, он обладает такими ресурсами.

– Обладать, обладает, но у семьи Агафоновых давно установились ровные отношения с Юдиным. Поделили сферы влияния и не лезут друг к другу. Да и смысл им вмешиваться в личные дела Юдина и уже тем более Антона? Михаил хоть и его одноклассник, но не тот уровень близости.

Я прикусываю губу и смотрю на отца таким взглядом, что ему сразу становится понятно, что есть кое-что еще.

– Антон встречается с Алиной Агафоновой, пап. Так что он наверняка их будущий зять.

В воздухе повисает догадка, которая была настолько очевидной, что я сокрушаюсь, как не подумала об этом раньше. Антон ведь всегда был трусом, так что не удивлена, что и сейчас прячется за чужой спиной.

Матвей

– Зачем нужна другая няня? – капризно заявляет мне уже не в первый раз утром Жанна, чем вызывает очередную головную боль.

– Она распускает руки в отношении детей, а ты, видимо, забыла, что мои решения в этом доме не обсуждаются! – резко обрываю ее нытье, не собираясь больше говорить на эту тему, но Жанна всегда была из тех женщин, которые не слышат слова нет.

И если раньше меня не волновали ее истерики и попытки добиться желаемого хоть нытьем, хоть истерикой, то после того, как мы развелись, весь мой былой запал пропал. Да и в принципе не скажу, что наш брак изначально был основан на любви.

Жанна была красивой женщиной, а я уже подошел к тому возрасту, когда пора было обзаводиться женой и детьми. Не глупая, как многие девчонки, крутящиеся в кругу бизнесменов, чтобы скрасить наши вечера. С эффектной фигурой и аппетитными формами. С высшим образованием, которое хоть ей и не пригодилось, но сам факт его наличия меня вполне устраивал. Как и ее нежелание самой вынашивать ребенка, поэтому мы и обратились в клинику суррогатного материнства.

Это уже потом начал всплывать ее истинный характер, который ей, видимо, надоело скрывать. И детей она не хотела, и детские крики не переваривает. А потом сама же и сбежала, уехав в Москву за лучшей жизнью. Соврала мне, что хочет пожить пока временно одна, держала меня за дурака, считая, видимо, что моя охрана не засекла ее с одним магнатом из столицы.

Не сказать, что я жалел, когда она уехала, так как к тому моменту уже знал от нее же, что биологической матерью Карины Жанна не является. Так что как таковой потери и не возникло по итогу, ведь с ребенком она виделась максимум один час в неделю, и то для галочки.

Я совершил ошибку, выбрал в жены никчемную мать для своего ребенка.

– Тебе не кажется, что, как мать, я имею право голоса в выборе няни? Лена, конечно, та еще штучка, но я умею такими управлять. Еще неизвестно, что из себя представляет эта Тамара Васильевна. Она же старая.

– Ей всего сорок, Жанна, – обрываю я очередную попытку Жанны надавить на меня.

Я откладываю в сторону документы на подписание, которые с утра привез секретарь. Со всеми проблемами с детьми пришлось переложить свои рабочие обязанности на зама и заняться более важными делами.

– Она тебе нравится! – делает она нелепое предположение, и я откидываюсь на спинку кресла. Насмешливо ухмыляюсь, даже не удивляясь тому, что она ведет себя по-собственнически.

– Жанна, может, ты забыла, зачем я тебе плачу? – вздергиваю бровь.

Это для других мы с ней снова планируем стать единой семьей, да и по документам Карина официально ее дочь, поэтому и