Свирепая одержимость - Мила Кейн

Я сделала глубокий вдох, с силой втягивая воздух в парализованные легкие.

Раздался электронный писк, и, к моему изумлению, мудак достал из заднего кармана телефон и уставился в экран, в то время как бедная Лиза подпрыгивала на коленях и изо всех сил старалась заставить его кончить.

Он набрал ответ, казалось, совершенно не обращая внимания на девушку, которая благоговейно терлась грудью вдоль его члена. Слава богу, из-за её движений и мелькающих частей тела я не могла ничего толком разглядеть. На самом деле, я не видела настоящего, живого голого мужского тела больше года. Ни в интернете, ни в реальной жизни... Четырнадцать месяцев без фаллосов, и я этим гордилась.

— Блядь, да, — прорычал он низким и хриплым голосом. 

Непрошеная волна мурашек пробежала по моей коже.

— Тебе нравится, малыш? — промурлыкала Лиза, явно воодушевившись.

— Рынок вырос на два гребаных пункта, — ответил он.

Этот парень кайфовал от роста своих инвестиций, пока шикарная девушка массировала его член своей грудью. Я не сдержалась и рассмеялась. Это было просто слишком нелепо.

Я зажала рот рукой, чтобы подавить смешок. И мне, возможно, сошло бы это с рук, если бы у мудака не оказался слух как у собаки или вроде того.

Он резко повернул голову, и наши взгляды встретились.

Что ж, это было немного неловко, учитывая, что я просто стояла у края стеллажей и пялилась, но теперь ничего поделать было нельзя. Он увидел меня, и от его взгляда возникло чувство, будто меня пригвоздили к стене. Властный. В какой-то мере удушающий. Будто его руки потянулись и схватили меня за горло.

Его ореховые глаза встретились с моими в тот самый момент, когда его рот приоткрылся и из горла вырвался гортанный стон.

Его брови сошлись на переносице, челюсть сжалась, и он выругался одновременно с тем, как Лиза ахнула.

Он кончал.

Вены на его сильной шее пульсировали, а полные, чертовски грубые губы выплевывали поток ругательств. Внизу живота кольнула искра жара.

Это чувство разрушило чары его взгляда, и я отступила, потянув за собой тележку, а затем свернула к соседнему стеллажу, отрывая внимание от этого плотского зрелища. Шокирующая вспышка жара, когда я смотрела на него, разрушила тот проклятый паралич, который накатывал на меня чаще, чем я могла вынести. Этот парень — не он. Просто какой-то случайный студент, который вёл себя как придурок в библиотеке. Мужчина из моих кошмаров мёртв. 

Я спокойно расставила две оставшиеся на тележке книги и направилась к лифту. Интересно, как выглядит финал подобного перепихона, учитывая, каким мудаком казался этот тип.

Я выдернула второй наушник, чтобы лучше слышать. Никогда не могла пройти мимо сплетен. Это у меня в крови. Послышался тихий голос девушки, а от него — ни звука. Урод. Он хоть помог убрать за собой? Я дошла до лифта и несколько раз хлопнула по кнопке вызова.

— Придержи лифт, — окликнул глубокий голос позади меня.

Лифт приехал, и я вошла внутрь, затягивая за собой тяжелую тележку. Теперь я его видела: он уверенно шагал ко мне вдоль стеллажей.

— Я сказал, придержи лифт, — повторил он, когда я даже не попыталась нажать на кнопку удержания дверей.

Вместо этого я порылась в кармане и достала пачку бумажных салфеток.

— Сначала убери за собой, Уолл-стрит, — сказала я и швырнула упаковку.

Она пролетела по воздуху и с меткостью, о которой я даже не подозревала, угодила ему прямо в голову.

Я не смогла сдержать смеха от выражения его лица, когда двери начали закрываться, и он был слишком далеко, чтобы успеть.

Упс.

1.Селена



НЕДЕЛЮ СПУСТЯ

Прослушивание.

В следующую пятницу в 10:00.

Театральная кафедра Университета Хэйд-Харбор представляет:

«Много шума из ничего».

Листок был приклеен скотчем к двери кабинета театральной кафедры. Не совсем по центру, висел слегка криво и держался на трех полосках скотча. Я знала это, потому что за последние несколько дней пялилась на него больше пятидесяти раз.

Я распахнула тяжелую дверь со стопкой книг в руке и крикнула, чтобы кто-нибудь подошел и забрал их. Я устроилась на подработку в библиотеку. Это была должность из жалости, которую мне подкинула университетский психолог, проводившая со мной собеседование перед академическим отпуском в прошлом году.

Тогда я была не в лучшей форме. Мой очевидный нервный срыв, должно быть, произвел впечатление.

Теперь прошла уже почти неделя с моего возвращения в университет на второй курс. Все мои друзья теперь были на третьем, но я взяла год отпуска, чтобы уползти в Калифорнию и зализать раны.

Психолог надеялась, что я вернусь полностью исцелившейся и восстановившейся. Что родина эзотерики поможет мне воссоединиться со своей внутренней богиней или вроде того, но этого не произошло. Даже близко.

Она, мягко говоря, была разочарована отсутствием у меня прогресса. Работа в библиотеке была подачкой от администрации, лишь бы занять меня хоть чем-нибудь, а деньги мне действительно были нужны, так что жаловаться я не могла. Ну, вообще-то могла бы, но не стоило. 

— Эй? Куда это положить? — спросила я, оглядывая пустой кабинет.

Ответом на мой вопрос стала тишина.

Ну ладно. Я хотя бы попыталась.

Я без всякого изящества свалила книги на один из столов. Боже, какие тяжелые. Когда-то давно такая маленькая стопка не показалась бы мне обузой. Я была молодой и сильной, мое тело было натренировано чирлидингом.

Теперь воспоминания о тех днях казались какой-то шуткой.

Я вышла из кабинета и бросила взгляд вдоль коридора.

Дальше виднелись еще двери. Что там такое? Любопытство все-таки взяло верх. Единственным, что я сделала в Калифорнии и что имело хоть какой-то позитивный эффект, было вступление в театральный кружок. Они собирались в комнате отдыха местной церкви, сразу после герлскаутов и прямо перед собраниями анонимных алкоголиков. Я начала ходить туда в надежде, что однажды смогу просто остаться на своем месте и посмотреть, как проходит следующее собрание, но так далеко я не зашла. Не ожидала, что найду покой на курсах актерского мастерства, но, с другой стороны, вряд ли стоило удивляться тому, что притворяться кем-то другим оказалось таким облегчением.

Это было скромное место. Скрипучие металлические стулья и видеокамера, которая была старше меня. Группа тоже собралась эксцентричная, но меня это не смущало.

Было приятно оказаться наименее странной в компании. Освежающая перемена.

Но у нас никогда не было ни сценариев, ни костюмов, ни даже прослушиваний.

Я