Шоколадное счастье дракона, или Развод не повод для знакомства - Ольга Иванова

– Пойду посмотрю… В общем, отойду на минутку. – Я выскочила из-за прилавка и торопливо пошла вперед вдоль торгового ряда.

В последнее время за работой и всякими бурными событиями я почти не вспоминала о своих комплексах с фигурой, а тут они вдруг отчего-то вернулись в самый неподходящий момент и стали разрывать меня с новой силой.

И, кажется, виной этому был Драконштайн.

Когда все разногласия между нами были решены и правда о том, кто я на самом деле, вскрылась, я против воли стала вновь смотреть на него как на мужчину. Привлекательного мужчину. И тем больнее было осознавать, что я, такая вот, могу быть ему неинтересна. А если еще вспомнить, что настоящая Марго некогда была его женой и он к ней точно не испытывал никаких симпатий… То на что я могла рассчитывать?

Вот если бы мне удалось похудеть, изменить свою внешность…

Я не заметила, как дошла до рыночной площади, где проходило цирковое представление: акробаты делали невероятное сальто в воздухе, жонглеры подбрасывали вверх шары, которые под конец рассыпались блестящим конфетти, а усатый фокусник доставал из шляпы не кроликов, а маленьких сонных саламандр, которые чихали разноцветным дымком и засыпали прямо на манеже.

– Прятаться в толпе – не лучшая тактика для владелицы самой популярной лавки города.

Я вздрогнула и обернулась. Около меня снова стоял Аррион Драконштайн, его взгляд был тоже устремлен на циркачей.

– Я не прячусь, – солгала я, отводя взгляд. – Просто смотрю представление.

Мне стало стыдно оттого, что мой побег был замечен.

– И все же вы оставили лавку в разгар ярмарки. На вас это не похоже, – кашлянул Драконштайн. – Вы сегодня не в настроении или мне кажется?

– Вам… Кажется, – тихо отозвалась я.

– Хорошо, если так. Настроение вообще переменчивая вещь, – кивнул он. Затем приблизился на шаг ко мне и вдруг коснулся моих волос. – У вас тут… – И в его пальцах оказался маленький красный лист клена. – Запуталось…

– Спасибо. – Я смущенно поправила прическу.

– Ваша помощница Хлоя ищет вас, – сказал Драконштайн, вертя листок в руке. – Кажется, срочно требуется ваш экспертный взгляд на карамель. Она боится, что та «побледнела».

Я встрепенулась, возвращаясь мыслями к шоколаду.

– Как побледнела? Но я же точно следовала рецепту! – воскликнула я, уже забыв о своих комплексах.

Уголок губ Арриона Драконштайна дрогнул в едва заметном подобии улыбки.

– Тогда, возможно, вам стоит вернуться и как-то это исправить.

Он кивнул мне и растворился в толпе так же внезапно, как и появился, оставив меня со странным чувством. Он не сказал ничего лишнего, не сделал ни одного намека. Но в его словах не было прежней холодности и раздражения. И это подарило мне толику надежды.

Я почти бегом вернулась к своему прилавку. Хлоя стояла перед коробкой с карамельками «Лунатик» с выражением легкой тревоги на лице.

– Марго, посмотрите. – Она показала на конфеты, которые и вправду казались чуть менее прозрачными и шоколадными, чем раньше. – Они потеряли цвет. Я только что открыла новую партию для пробы, и они… слегка побледнели. Может, это магия праздника на них так подействовала? Или… – она понизила голос, – …сглаз от бабы Люси?

Я взяла одну из карамелек. Она была чуть мутноватой, но на вкус – все та же идеальная хрустящая сладость со вкусом какао и ванили.

– Хлоя, дорогая, это не сглаз. – Я улыбнулась, чувствуя, как напряжение уходит. – Со временем карамель иногда «высыхает» и мутнеет. Она совершенно безопасна!

В этот момент с верхней полки прилавка свесилась мордочка Пончика, усыпанная леденцовыми крошками.

– Она не бледная! – протрубил он, с трудом разжимая липкие челюсти. – Она… экспериментальная! Я лично… э-э-э… проветривал ее ночью! Для хруста! А может, немного потерся о нее, когда искал спрятанный сыр…

Воцарилась короткая пауза. Хлоя, которая каким-то чудесным образом тоже понимала хорька, воздела глаза к небу. Я же уперла руки в боки.

– Пончик! Ты снова лазил по припасам!

– Я не лазил! Я проводил контроль качества! – обиделся тот. – И знаешь что? Эта шоколадная карамель… Она даже лучше стала!

– Ладно, – вздохнула я. – Пусть это будет на твоей совести. А насчет нетоварного вида этой карамели… Просто будем продавать ее как «Карамель «Сонная муть» – для тех, кто хочет видеть туманные сны». Со скидкой.

Хлоя, не теряя времени, достала табличку и каллиграфическим почерком вывела: «Карамель «Сонная муть». Дарит самые загадочные и туманные сны. Цена снижена за загадочность!»

Нужно ли уточнять, что через пару часов вся карамель была раскуплена?..

Ближе к вечеру, когда стало темнеть, начался праздничный парад. Жители Гримуарска надевали маски, отгоняющие страхи и кошмары, и шествовали по главным улицам города под барабанный бой.

Отличился и Пончик. Он умудрился залезть в корзину с тыквами и выскочить оттуда в самый торжественный момент, облепленный тыквенной мякотью и семечками, крича:

– Я Король Урожая! Несите мне весь ваш сыр!

Это особенно повеселило детей, и после, когда уже праздник закончился, они провожали нас до самого дома, а Пончик всю дорогу показывал им трюки в воздухе.

В общем, праздник Урожая Снов удался!

Лорд Аррион Драконштайн

Он сам не знал, почему вернулся в Гримуарск. Но Арриону просто необходимо было проверить, как там Марго. Все дни, что он провел в поместье, выясняя местонахождение Виртена, его бывшая жена не выходила у него из головы. Впрочем, одергивал он себя каждый раз, нынешняя Марго не его жена. Возможно, это стало еще одной причиной, чтобы снова наведаться в Гримуарск. Аррион захотел узнать получше ту, которая была похожа на его супругу внешне, но совсем не похожа внутренне. Он очередной раз убедился в этом во время праздника Урожая Снов. К слову, странная традиция, как и многое другое в Гримуарске, но любопытная. Аррион не был сентиментален, но этот праздник пробудил в нем некие теплые чувства.

А может, дело было в том, что там были Марго и ее шоколад…

Аррион не особо жаловал сладкое, но этот шоколад ему нравился. Он съел один кусочек на ночь, и ему впервые за долгие месяцы не снились кошмары. Арриону даже показалось, что утром ледяная корка разрастающегося по телу проклятья стала чуть тоньше. Хотя, наверное, этого не могло быть… Просто