Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри - Элис Айт
Из карманов у склочного пассажира торчали свертки с пирожками, которые издавали характерный аромат дешевого перемасленного мяса. Я успокоился. Если бы враг и навел на себя очередной морок, то вряд ли такой.
При виде молодой женщины он расплылся в улыбке и сразу попытался изображать джентльмена.
– Какая приятная компания! Время в поездке теперь пройдет гораздо быстрее. Уильям Тейлор, торговец сукном. А вы миссис Кларк, полагаю? – и он протянул ей для рукопожатия ладонь, еще жирную от пирожков.
Бет застыла, покосившись на нее.
Мне же отчаянно захотелось дать ему по морде. И плевать, что я, ткнув пальцем в небо, угадал с его профессией.
Бет меня опередила. С недрогнувшим лицом она аккуратно пожала грязную руку торговца и каким-то чудом удержалась от того, чтобы тут же не вытереться.
– Рада познакомиться. Вы, наверное, американец? По вам не скажешь.
– Почему вы так решили? – растерялся он.
– В Британии женщинам не подают ладонь для рукопожатия.
– Но так делают в Америке, а вы с мужем американцы, разве нет?
– Так не делают даже в Америке, – отрезал я.
Судя по тому, как на меня сразу посмотрело все купе, мне не удалось сохранить мирный тон.
Еще хуже, что джентльмен с газетой задержал на нас с Бет пристальный взгляд и зашуршал листами. Мгновение он смотрел на первую полосу, затем опять на мою спутницу.
– Вы не миссис Кларк, – уверенным тоном произнес он. – Вы леди Элизабет Мэлтон. Ваша фотография сегодня во многих газетах. Сходство, нужно заметить, просто поразительное – газетчики в этот раз превзошли себя.
И вновь Бет даже не моргнула. С поразительным спокойствием она повернулась к мужчине и растянула губы в отточенной улыбке – не искренней, но и достаточно широкой, чтобы ее нельзя было упрекнуть в невежливости.
– Да, вы правы, но и мистер Тейлор не сильно ошибся. Мы с Джеймсом действительно родственники – он мой старший брат, который недавно вернулся из Америки и сопровождает меня домой в Шотландию.
В купе повисла тишина.
Подруга врала мастерски – не как леди, а как матерый преступник. Такого я за ней раньше не припоминал. В детстве она любила присочинить, но ее истории всегда элементарно раскусывались, потому что в них обязательно присутствовали фэйри или магия. Похоже, за минувший срок Бет усвоила, что лучшая ложь – та, что наполовину состоит из правды.
Ведь старший брат у нее был, и не важно, что он бесследно исчез восемь лет назад, обворовав местную шотландскую банду. В общем-то никто не сомневался, что Оливер не в Штатах, а давно мертв, потому что бандитов его поступок взъярил здорово.
Именно тогда налаживающееся состояние семьи Эйнор и рухнуло. Шайка заявилась в дом к отцу Бет и разгромила ферму, ничего не желая слышать о том, что родственники не имеют никакого отношения к краже и не представляют, где прячется Оливер. Отцу Бет переломали ноги, сделав калекой навсегда. Поэтому семья теперь и зависела настолько сильно от денег Дуэйна Мэлтона.
Я мог гордиться тем, как ловко Бет только что вышла из ситуации, но в груди вдруг неприятно кольнуло.
Конечно, на роль ни товарища, ни хотя бы частного детектива я не гожусь. Только на репутационное «прикрытие» в виде брата.
Я не помнил, писали ли о нем в газетах. Это была неудобная тема, которую даже в семье старательно избегали, но именно за такую грязную подробность газетчики обязательно ухватились бы – если бы о ней узнали. Судя по тому, что джентльмен, узнавший Бет, прочистил горло и прикинулся увлеченным новой статьей, это все же осталось тайной.
Торговец смущенно крякнул.
– Что ж… Прошу прощения, что не признал в вас леди.
– Ничего страшного, мистер Тейлор, – заверила Бет. – В конце концов, после развода я потеряла титул. Возможно, однажды я в самом деле поеду в Америку и лично выясню, пожимают ли женщинам там руку. Это большая страна, наверняка хотя бы в одном из штатов так все же делают.
Любезность его тронула. Он тепло улыбнулся, на миг даже став симпатичным.
– Ну что вы! Прирожденную леди всегда видно сразу. Потеря титула в вашем случае ничего не означает.
– Вы очень добры, – коротко ответила Бет.
Намек на нежелание продолжать разговор был более чем прозрачен. Толстяк еще раз сконфуженно улыбнулся, подсел к джентльмену с газетой и принялся поглощать пирожки.
Артур ограничился тем, что за весь разговор один раз озадаченно глянул на нас поверх книги и тут же провалился в нее обратно. Хоть у кого-то в этом купе хватило такта промолчать.
Впрочем, я подозревал, что мистер Дойл элементарно не в курсе скандального развода. Люди, увлеченные писателями вроде Эдгара По, редко уделяют внимание газетам.
Поезд тем временем шумно вздохнул и тронулся с места.
В последнюю минуту никто не ворвался в купе. Локомотив ускорялся. За окном в метели сначала медленно, затем все быстрее пролетали вокзальные постройки и затем йоркские дома. Мы ехали в Эдинбург в компании самых обычных людей, а не магов или злобных карликов.
И в какой-то миг я всерьез поверил, что все опасности нашего маленького приключения на этом закончились…
Глава 8. Элизабет
Едва с языка сорвались слова о брате, я о них тут же пожалела и не удержалась, бросила взгляд на Джеймса. Обиделся или нет? Но он в этот момент смотрел на мистера Тейлора, и по его лицу что-то понять было невозможно.
Все же зря я это сказала. Оливер был плохим сыном, а братом – еще хуже. Самое сравнение с ним должно быть для Джеймса неприятным. Они постоянно ссорились, Оливер даже колотил его несколько раз, пользуясь тем, что он старше и сильнее.
Ну а позже его поступок расставил все по своим местам.
В глубоком детстве я иногда представляла, что мой настоящий брат – это Джеймс, а Оливер – подменыш, противный детеныш фэйри, которого подсунули родителям вместо их подлинного сына. Разумеется, это были не более чем