Охота на кроликов - Рэт Джеймс Уайт

Когда все разобрали вещи и устроились, они решили развести костер, пока не стемнело. Сбоку от хижины лежала куча бревен и два топора.

- Почему бы паре из вас, больших сильных мужчин, не наколоть дров для костра? - спросила Синди.

- Я сделаю, - вызвался Джейк. - Может, составишь мне компанию?

- Нет, мне и здесь хорошо.

- Ну давай, Синди. Нам надо поговорить.

- Я сказала, что мне и здесь хорошо. Нам не о чем говорить. Давайте просто хорошо проведем время. Поговорим обо всем, когда вернемся. А сейчас ты знай свое место, а я буду знать свое.

- Да пошла ты, сука. Тогда сама себе колоти свои гребаные дрова, - сказал Джейк, выскакивая из хижины и с грохотом захлопывая за собой металлическую сетчатую дверь.

Синди покачала головой. Джейк не был плохим парнем. Просто избалованным и незрелым, как многие мальчики-мужчины в кампусе. Однажды он, может, и вырастет в прекрасного мужчину, но она не горела желанием делить с ним время его болезненного взросления.

- Мы со Стэнли принесем дров, - сказал Альваро. - Костер - это здорово.

Альваро жестом велел Стэнли встать с дивана и следовать за ним. Стэнли не выглядел от этого счастливым, но поднялся и поплелся за Альваро во двор.

- Тогда я, пожалуй, начну готовить ужин, - сказал Леонард из потрескавшегося кожаного кресла-реклайнера[51], в которое он погрузился.

- Я думала, ты умеешь готовить только мет, - подколола Антуанетта.

Леонард засмеялся.

- Я много чего умею готовить.

Альваро и Стэнли кололи дрова, пока не село солнце. Они превратили это в соревнование: кто быстрее. К тому времени, как пора было копать яму для костра, они оба обильно вспотели, почти задыхались и накололи почти полный корд[52]дров. Джейк переборол свою уязвленную гордость настолько, чтобы помочь выкопать яму и заполнить ее дровами. Они использовали бензин, чтобы разжечь огонь, и чуть не подожгли себя, когда Джейк бросил спичку и из ямы выкатился огненный шар.

- Ох, блядь! Я что, горю?

- Все с тобой нормально, ебаный пироман, - ответил Стэнли.

Ночь обрушилась, как лавина, - внезапная и абсолютная, поглотив все вокруг. Без уличных фонарей, без света проезжающих машин или соседних домов оставались только звезды и потрескивающий огонь, чтобы отогнать темноту. Синди, Эмили, Сара, Антуанетта, Джейк, Альваро, Леонард и Стэнли сидели вокруг костра с полными животами, пили пиво, курили и размышляли о своем будущем.

- Время кислоты! - весело провозгласил Леонард, открывая поясную сумку и вытаскивая пару листов с марками.

Он уже выпил целую упаковку пива, но почти не выглядел пьяным. Леонард положил один лист обратно в сумку, затем сел на землю по-турецки и начал отрывать маленькие квадратики. Все расселись вокруг него, как дети вокруг костра в ожидании страшных историй.

Леонард знал, что его существование в качестве члена этой группы зиждется на способности доставать наркотики. И он принял эту роль. В средней и старшей школе он был тощим, занудным пацаном с сидящей матерью и отцом на условно-досрочном - и все его травили. А потом, на третьем году старшей школы, он осознал преимущества происхождения из семьи преступников. Он знал, где достать самые лучшие наркотики, а это значило, что ему всегда были рады на вечеринках.

Сеть соляриев его отца была куплена на наркоденьги. Теперь отец был чист перед законом, но у него все еще оставались все связи, и он был достаточно беспринципен, чтобы познакомить сына со своим старым подельником, который мог достать все - от "Aддералла" и "Pиталина" до "Kсанакса", "Перкоцета"[53], экстази и кислоты. Вскоре Леонард стал самым популярным парнем в школе, и эта популярность не только сохранилась, но и дошла до пика, когда он поступил в колледж.

Друзья открывали рты, и он клал им на язык маленькие квадратики, пропитанные диэтиламидом лизергиновой кислоты[54], одному за другим, словно совершая таинство.

- Мне не надо, спасибо. Я только что съел грибов. Мне и так хорошо.

- А я буду, - сказала Синди.

- Ты же тоже только что съела гриб, - предостерег ее Альваро.

- Ага, и теперь хочу кислоты. Я делаю, что хочу.

- Тогда не вини меня, если у тебя будет плохой трип, - сказал Леонард.

- Все трипы хорошие, - сказала Синди.

- И это абсолютно не так. Я однажды видел, как парень под кислотой содрал себе лицо ногтями, а я был настолько убитый, что не мог понять, происходит ли это на самом деле или у меня просто плохой приход.

- Это, блядь, жестко, братан, - сказал Стэнли, когда Леонард положил ему на язык марку.

- Про меня не забудь, - сказала Антуанетта.

Леонард положил марку и ей на язык, и она улыбнулась, подмигнула и послала ему воздушный поцелуй, прежде чем отойти на другую сторону костра и сесть на бревно в одиночестве. Леонард огляделся, ища Альваро, и увидел, что тот сидит рядом с Сарой и шепчет ей что-то на ухо, а она хихикает. Леонард понял, что это значит. Он выбыл, а Альваро в игре. Все девчонки хотели Альваро, так что если между ним и Антуанеттой что-то и было, то теперь Сарой заинтересовался Альваро - и для Леонарда все кончено.

Копать могилы было тяжело. Муки весь взмок. Он выглядел так, будто его окатили водой из шланга. Руки, поясница и плечи вопили от боли, пока он швырял последнюю лопату земли на лица "Любительниц Мандинго Южной Невады".

- Чувак,