Отставной экзорцист 5 - Михаил Злобин

— А что потом было? — нарушил затягивающееся молчание Цепков.

— Ад, — честно признался я.

— Кабздец… а дальше?

— И дальше ад. И потом ад. А после очередного круга я вдруг очнулся в палате реанимации в теле Петра Бугрова. Почему? Зачем? Мне неизвестно.

— А этот… Валаккар, он прямо сейчас сидит в тебе? — настороженно поинтересовался Анатолий.

— Да.

— Он слышит нас? — сложил руки на груди Матвей.

— И даже иногда комментирует, — не стал я скрывать.

— Но подожди, Мороз, мы ведь вместе спускались в Бездну! — воскликнул Иван. — Ты не выглядишь, как носитель демонической сущности!

— Похоже, это нечто другое. Не простая одержимость, — устало вздохнул я. — До недавнего времени я вообще не думал, что Валаккар как-то может на меня воздействовать.

— Стоп! Таймаут! — резко вскочил со своего места Анатолий. — Я так не могу больше! Мне срочно требуется башку проветрить. Кто со мной?

— Да, надо покурить, — хлопнул себя по коленям Фил, поднимаясь на ноги.

— Я с вами.

— И я…

Молодые демоноборцы один за другим потянулись к выходу, и только Пашка остался невозмутимо сидеть на диване, облокотившись на подлокотник.

— А ты почему не пошел? — спросил я у него, когда все покинули комнату.

— Незачем, — дёрнул плечом Кочетков. — Я не сомневаюсь в твоих словах. Если ты сказал, значит, так оно всё и есть. И обсуждать тут нечего.

Я в ответ лишь слабо покачал головой. Кажется, парень верит в меня гораздо больше, чем я того заслуживаю…

После моего рассказа о прошлой жизни наши взаимоотношения с некоторыми из парней заметно натянулись. Особенно эмоционально отреагировали Толик и Андрей. Чую, между этими двоими уже был какой-то разговор обо мне. А моя история только подтвердила какие-то их личные предположения. Но даже они в конечном итоге согласились молчать, не посвящая в подробности ни Зорина, ни Радецкую, хотя и не упускали случая продемонстрировать, что им это не по душе.

Остальные отнеслись пусть и спокойней, но в их взглядах всё равно поприбавилось настороженности. Они будто бы стали тщательнее подбирать слова, осознав, что их слушает ещё и демон из глубин моей души.

Единственный, кто никак не изменил своего отношения ко мне, это Пашка. И хотелось думать, что причиной тому послужили маленькие тайны, которые зародили между нами на фоне предстоящей операции под кодовым названием «Бройтман», а не что-то иное. Хотя самому мне с трудом в это верилось…

В остальном же в городе наступило слишком подозрительное затишье. Фирсов понятия не имел, что там творится на службе, его в известность не ставили. Однако после какого-то резонансного дела в город аж сам министр нагрянул. Подробностей я раскопать не сумел, хотя подкатывал с этим вопросом даже к Радецкой. Но та лишь плечами пожала. Видимо, в МВД успели всё строжайше засекретить.

Тем не менее, со дня визита столичной комиссии о каких-то подвижках я не слышал. Равно как и о происшествиях с участием одержимых. Разумеется, если не считать совершённого на меня нападения.

О нём, кстати, тоже не удалось разузнать ничего стоящего. Зорин рыл землю, широко подключая свои неформальные связи. Но по всем фронтам его ждал облом. Ни экипировка, ни оружие, ни личности одержимых — ничего из этого не вывело нас на организаторов покушения. А полиция так и вовсе открыто препоны кинулась чинить.

Как и предполагал Алексей Аркадьевич, «серым» очень не понравилось самоуправство корпоратов. На «Оптиму» посыпались такие претензии и плохо завуалированные угрозы, что любого бы проняло. Любого, кроме Радецкой.

Инесса Романовна стерпела все нападки и прямым текстом предложила представителям МВД повышать ставки. Дескать, если проблема не решается тет-а-тет, то она готова защищать свою честь и в публичном поле. Но для этого придётся обнародовать некие неудобные подробности о мистической природе происшествия, которые неизвестно как воспримет общественность.

Полицейское руководство явно струхнуло идти на такой шаг. Они не стали предпринимать никаких решительных действий, ограничившись лишь пересылкой официальных писем и запросов. Борьба перешла строго в бумажный формат, и юристы «Оптимы» её с лёгкостью тянули на себе.

Правда, от мелкой подлости МВД всё же не удержалось. Как бы Радецкая не старалась скрывать подробности, а шила в мешке не утаишь. Полиция выяснила имена нападавших и слила их семьям. Разумеется, без злого умысла. Исключительно потому что: «Так по регламенту положено, мы не могли иначе».

И теперь родственнички одержимых инициативно наседали на корпорацию и всячески пытались раздуть из этого скандал. Однако и здесь война шла на бумажном поле боя. Поскольку попадание сей истории в средства массовой информации приведёт ровно к тому, чем пригрозила Радецкая. А полиция пока этого отчётливо избегала и потому не давала никаких комментариев репортёрам.

Скорее всего, Щукин имел неплохие знакомства с журналистскими цензорами. Оттого и ничуть не опасался, что мелкие камушки столкнут информационную лавину.

Иными словами, ситуация возникла патовая. Обе стороны стремились добиться от оппонента желаемого, но и идти на эскалацию первым никто не хотел. И покуда установилось шаткое затишье, сотрудники «Оптимы» продолжали неспешно обследовать останки нападавших, дотошно фиксируя каждый случай аномальной трансформации их внутренних тканей и органов.

Осознав, что времени мне отмерено не так уж и много, я принялся учить молодых демоноборцев ударными темпами. Дни напролёт мы проводили на тренировочной площадке, спортзале, стрельбище или классе. Я исписывал планами лекций целые тетради, чтобы не забыть ничего важного во время рассказа. Пересказывал всевозможные случаи из своей практики. Разбирал методы манипуляций с энергией Бездны и способы противодействия разным типам одержимости.

И в этом напряжённом графике у меня как-то совсем выпала из головы Ольга Малыш, которая стала невольной свидетельницей кровавой бойни. Надо было хотя б для успокоения совести её проведать и узнать, как она всё это переживает.

Собственно, именно с этой целью я сегодня и покинул этаж, отведённый нашему «Отделу силового сопровождения» пораньше. Всё равно припозднился, конечно, ведь на часах уже перевалило за девять вечера. Однако Пашка-хакер по моей просьбе залез в корпоративную систему учёта рабочего времени и доложил, что Ольга ещё не уходила из офиса.

Я действительно застал её в финансовом отделе среди трудяг, глядящих усталыми глазами в мерцающие мониторы. И их оказалось не так уж мало. Похоже, сдача отчётности началась.

На моё появление Малыш отреагировала очень странно. Она… улыбнулась?

— Петя! Привет! — обрадовалась Ольга, стоило мне приблизиться к её столу.

— Привет, — сдержанно ответил я.

— Ты какими судьбами к нам?

— Тебя проведать.