Пьяный некромант и семейные ценности - Mediocre
– Лиза! – заорали мы с Альским хором.
Демон навалился на девчонку, рыча, когти впились ей в плечо – нежить поморщилась и отчаянно брыкалась, пытаясь скинуть с себя эту тушу. Куда там, тщетно… Мы с Александром бросились к углу, но тут по дороге нам наперерез, смешно подпрыгивая и фыркая, пронеслась Фрыса. Та самая трусливая мелкая тварь, что пряталась от звуков прорыва под диваном! Как только из дома выбралась… Микро-демон был больше похож на собачку, чем на порождение тьмы: уши торчком, хвост колышется, лапки мелькают. Она бросилась к хозяйке. Добежала, останавливаясь прямо перед чудовищем, прижавшись Лизу к земле. Подняла морду. Завиляла хвостом. Стоит и смотрит.
Демон, которому Фрыса явно была не по размеру – у него одна лапа, которой он прижимал княжну к земле, была больше малявки раза в два – тоже замер. Даже ветер словно затих… Демон рыкнул, видимо, отгоняя мелочь и пытаясь показать, что Лиза – это его добыча, но в эту секунду Фрыса раскрыла пасть. Она не щелкала зубами, не спалилась, не рычала – она просто открывала рот, только вот рот почему-то не останавливался. Он рос, рос и рос… Мгновение – и пасть уже размером с капот хорошего грузовика! Еще мгновение – и размером с грузовик целиком… А внутри –тьма, как бездна, ни дна, ни света. Как при таких размерах рта в течение этих секунд сама Фрыса умудрилась остаться такой же маленькой я подумать не успел: атаковавший Лизу демон дернулся и его будто втянуло в пасть Фрысы. Хлоп и все! Ни вспышки, ни взрыва. Только шлепок, будто кто-то выдернул пробку из ванной…
Фрыса захлопнула пасть, которая моментально сжалась до привычных размеров. Она еще пару минут постояла на месте, облизываясь, потом моргнула, и бросилась к Лизе, все еще лежавшей на земле. Заворчала, стала тыкаться носом в руки и лицо княжны, словно убеждаясь, что с хозяйкой все нормально, принялась неистово лизать ей руки…
Все вокруг замолчали. Не только я и Альский, но даже маги, ставшие свидетелями этого происшествия… да что там маги – девчушка, спасать которую бросилась Лиза, тоже перестала рыдать и с удивлением смотрела на мир вокруг. Фрыса подошла к малышке, отлипнув от Лизаветы, лизнула ее в нос, от чего та рассмеялась.
На этом моменте возле угла появился мужик – отец девочки. Он схватил дочь на руки, прижал к себе… Протянул руку княжне, помогая встать:
– Спасибо… – бормотал он. – Господи, спасибо вам…
Я стоял замерев и не понимая, что только что видел. Подошедший ко мне Саша тоже встал рядом, сжимая в руках ружье… В горле пересохло.
Лиза стояла, прижимая зверька к груди, а Фрыса, довольная, виляла хвостом…
Прорыв, кажется кончился: новые расщелины не открывались, солдаты методично добивали прорвавшихся в город тварей, маги – закрывали разрывы в земле…
– Что это было? – хрипло спросил я у Саши.
– Понятия не имею, – отозвался он, пожимая плечами. – Но, кажется, это существо только что отдало Лизе долг и спасло ей жизнь, а заодно и еще одного человеческого детеныша…
Спасение девчушки, кстати, не прошло незамеченным. Мир слухами полнится, а в городе, где в момент прорыва на улице оказалась куча женщин, которые “своими глазами видели” как демон “на своих бросился, дочку Никитича защищая” слухи расползаются с огромной скоростью. Отношение горожан к Фрысе после происшествия резко изменилось с негативного на нейтральное с легкой примесью уважения и страха. А вечером к нам пожаловал и сам Никитич, чьего ребенка Лиза и Фрыса героически отбили у потусторонних тварей.
Отец девочки – высокий, суровый северянин – сначала неуверенно мялся в сенях, а потом все же решился войти и заговорил:
– Я… это… хотел поблагодарить.
– Не стоит, – сказал я, слегка отводя взгляд. – Мы не могли иначе поступить…
Лиза стояла рядом со мной и улыбалась. Она принесла блокнот, накорябала на в нем реплику, адресованную нашему гостю:
“Правда Фрыса молодец? Она нас всех спасла! Нельзя к ней плохо относиться!”
Никитич вздохнул, снял шапку, взъерошил темные волосы и сказал:
– Я, наверное, должен кое-что рассказать. Никто не знает, но вы – вы-то не местные. В этом крае и до вашего приезда было неспокойно, а с вашим появлением все изменилось.
Я закатил глаза – он благодарить пришел или отчитывать? Видимо, считав мои эмоции, гость смутился и поспешил быстро-быстро добавить:
– Нет-нет, не поймите неправильно меня, я не лекции читать к вам пришел. Я благодарен. И в благодарность хочу сказать, что не только княжна может с демонами находить общий язык. Есть и другие…
– Кто? – мы с Сашей едва не подпрыгнули на месте.
– Саамы. Древний народ. Жили здесь, на севере, еще до того, как Империя сюда пришла, и продолжат здесь жить после нас. Иришка – дочь моя, которую вы спасли – дочь саами. Мать ее была из тех, кто живет у полярных морей, где тьма и свет делят небо, как она сама говорила. Их народ умеет говорить с демонами. Не подчинять, а слушать. И она обладала этой способностью…
– А где она сейчас? – выпалил я. – Можем мы с ней поговорить?
– Нет. Я бы и сам хотел поговорить с ней, но спустя пол года, после того, как у нас дочь родилась, она ушла. Бросила нас и, я уверен, вернулась туда – к своим – во льды. Я бы пошел искать ее, но куда мне с ребенком. А оставить дочь я не могу…
– Погодите, – встрял Саша, – Саами это же малая народность, я слышал о них, но в городе нет их…
– Нет, – подтвердил Никитич.
– А как тогда?
Мужчина вздохнул и рассказал нам свою историю.
Он – охотник. Живет здесь в Романове всю свою жизнь, иногда уходит в походы на медведя, на другого зверя какого… и вот, в один из таких походов – без малого четыре года назад – он нашел ее. Девушку. В снегах. Совсем одну. Почти замерзшую и совсем ослабшую…
– Это была мать Иришки, – пояснил Никитич. – Ну, тогда еще не мать, а просто женщина. Так вот, когда я нашел ее – одну в ледяной пустыне, даже не в лесу, рядом с ней была странная тварь, похожая на вашу, но крупнее. Я тогда не сразу понял: зверь, не зверь. Демон, не демон. Она не нападала,