Медведев. Книга 10. Угроза - Гоблин MeXXanik
Возможно, рыбу я так и не поймал. Зато впервые за долгое время вернулся домой спокойным и готовым к новым свершениям. Для одного дня это был вполне достойный улов.
Глава 5
Вечер в доме
Дом встретил меня светом в окнах, запахом ужина и недовольным голосом Иволгина, который был слышен еще из прихожей. После целого дня у реки это показалось настолько привычным, что я невольно улыбнулся.
— Я вам уже сказал, княжна, что прекрасно себя чувствую, — раздраженно произнес леший.
— А я вам уже сказала, что это ничего не меняет, — раздался в ответ спокойный голос сестры.
— Это меняет все.
— Вы не очень убедительны, мастер Иволгин.
Я легко представил, как Марина насмешливо улыбается, склоняя голову к плечу. Сам я остановился возле двери, стаскивая сапоги.
Где-то в глубине дома что-то негромко звякнуло. Почти сразу раздался голос Никифора:
— Мурзик! А ну немедленно положи. Я все вижу!
Что именно видел домовой, выяснять пока не хотелось. Потому как я точно понимал, что старик сделает из рассказа об этом целую историю. И бельчонок будет смотреть на меня с укоризной. Особенно после того, как мы с ним вроде как нашли общий язык.
Судя по звукам, домашняя жизнь шла своим чередом и прекрасно обходилась без моего участия. Поэтому я разулся, поставил сапоги у стены.
Иволгин обнаружился в гостиной. Молодой леший сидел в кресле возле окна и всем своим видом пытался показать, что оказался там исключительно по собственной воле, а вовсе не потому, что ему велели отдыхать. Рубашка на нем была расстегнута у ворота, рукава закатаны, а повязка на боку уже почти не скрывалась под тканью. Выглядел он действительно значительно лучше, чем несколько дней назад. Лицо перестало быть серым от боли, движения стали увереннее, и только осторожность, с которой он держался, выдавала, что до полного выздоровления еще далеко.
Марина стояла перед ним, сложив руки на груди. Она облачилась в синее домашнее платье, которое ей очень шло. На плечах лежала вязанная шаль, которую, кажется, ранее я видел у Веры Романовны. И я был вынужден признать, что эта вещь придавала девушкам уютный домашний вид.
На небольшом столике рядом с лешим лежали чистая ткань, пузырек с настойкой и какая-то баночка, содержимое которой пахло травами настолько сильно, что аромат чувствовался даже от двери.
Картина была совершенно ясной.
— Добрый вечер, — сказал я и Марина сразу обернулась.
— Наконец-то. Как рыбалка? — осведомилась она.
— Познавательно.
Иволгин тоже посмотрел на меня.
— Рыбу поймали? — уточнил он с живым интересом.
Я снял куртку, медля с ответом. Но его ждали и пришлось пояснить:
— Давайте не будем начинать беседу с моего унижения.
Марина рассмеялась. Иволгин довольно хмыкнул.
— Значит, нет, — догадался он.
— Почему сразу нет? — досадливо выдал я. — Я занимался более важными делами.
Я вспомнил веселую русалку, которая пыталась увести рыбака на закуску и добавил:
— Спасал человека.
Иволгин медленно приподнял бровь. Марина тоже посмотрела на меня внимательнее.
— На рыбалке?
— Это Северск, — я развел руками.
Этого оказалось достаточно. Марина кивнула.
— Понятно.
Иволгин, напротив, заинтересовался.
— От кого?
— От русалки.
— А, — коротко обронил он и сразу потерял интерес.
Я посмотрел на него.
— Что значит «а»? Она собиралась его съесть.
— Значит, проголодалась, — флегматично заметил леший. — Так бывает.
Я помолчал. Марина закрыла глаза, а потом проговорила:
— Иногда лучше ничего не говорить.
Леший недовольно повел плечом и тут же едва заметно поморщился. Марина мгновенно это увидела и участливо уточнила:
— Болит?
— Вам показалось.
Сестра взяла со стола баночку и деловито придвинулась к гостю. Иволгин насторожился.
— Что вы делаете? — уточнил он, словно пытаясь вжаться в кресло.
— То, что собиралась сделать до прихода Николая.
— Мы уже закончили, — отрезал леший.
— Мы даже не начинали, — возмутилась Марина.
Я прислонился плечом к дверному косяку. После лесной речки, одурманенного рыбака и русалки происходящее передо мной действовало удивительно успокаивающе.
Иволгин посмотрел на меня с затаенной надеждой.
— Николай Арсентьевич. Скажите вашей сестре, что перевязка мне больше не нужна.
Марина взглянула на меня с прищуром.
— Только попробуй.
Я посмотрел сначала на нее. Потом на лешего. Тот сидел прямо. И старательно пытался казаться грозно. Ровно насколько позволяла повязка. Марина смотрела спокойно, даже снисходительно, но я слишком хорошо знал сестру, чтобы ошибиться относительно исхода этого противостояния.
— Думаю, вам все-таки стоит перевязаться, — вздохнул я.
Иволгин вскинулся с таким возмущением, что забыл о своей хворобе.
— Вы даже не посмотрели рану, — возразил он.
— Моей сестре лучше видно, — ответил я. — Она ходила на курсы сестер милосердия при пансионе.
— Зачем? — не полян леший.
— Это было почетно, — просто ответил я. — На эти курсы ходили дочери императора и великие княжны.
Сестра удовлетворенно улыбнулась. И мне стало ясно, что я выбрал правильную тактику.
Иволгин пробормотал что-то себе под нос.
— Что? — тут же спросила Марина
— Ничего, — буркнул гость.
— Мне послышалось «сговорились».
— Значит, слух у вас хороший, — фыркнул леший.
Марина поставила баночку ближе и распорядилась.
— Рубашку поднимите.
Леший уставился на нее с укоромм.
— Княжна. Я сам.
— Что? — невинно вздохнула девушка. — Вчера вы тоже были сами. В результате повязка держалась неизвестно на чем.
— Мне хватает.
Я отвернулся, скрывая улыбку, но Иволгин заметил.
— Вам смешно? — нахмурившись, уточнил он.
— Самую малость, — вынужден был признаться я
Он нахмурился. В прежние дни одного такого взгляда вполне хватило бы, чтобы напомнить любому постороннему, что перед ним хозяин здешнего леса. Сейчас впечатление несколько портил плед, который Марина зачем-то положила ему на колени. Особенно учитывая, что край пледа был вышит маленькими голубыми цветами. Я посмотрел на этот рисунок. Потом на Иволгина. Он проследил за моим взглядом. И вскинул на меня глаза, в которых колыхнулось золото.
— Холодно, — мрачно объяснил он.
— Я ничего не сказал.
— Но подумали.
— Возможно, — я пожал плечами.
— Это княжа принесла, — с мученическим видом