Песнь Таргитая. Гойда - Юрий Анатольевич Молчан

- У меня рука не поднимется, - признался Имир. - Поэтому постараюсь просто не дать заполучить Кладенар. Не хочу крови брата на руках. И сделаю все, чтобы этого избежать.

Елена опустила глаза, затем вновь посмотрела на тцара.

- Я должна тебе кое в чем признаться, Имир, - сказала она. Перехватив его внимательный и встревоженный взгляд, не выдержала и улыбнулась. - Нас скоро будет трое.

Откинув одеяло, взяла его могучую ладонь и приложила к своему обнаженному животу.

- Вот здесь, - молвила девушка, - уже бьется крохотное сердечко твоего наследника или наследницы. Когда вернешься из похода с победой, как раз настанет время.

Тцар улыбнулся, затем снял в правого бицепса железный браслет и протянул.

- Возьми, - велел он. - Если вдруг что со мной… Мальчику на руку, девочке — на пояс.

Елена охнула и побледнела. Тем не менее, через силу улыбнулась. Взяв подарок, положила под подушку.

- Я очень беспокоюсь, как будешь тут без меня, - признался тцар с тревогой. - А теперь, когда ты еще и понесла…

- Не бойся за меня, - заверила девушка с печальной улыбкой. - Помнишь, я рассказывала, как я родилась? Меня нашли в земляной ямке — я появилась от союза Матери-Земли и вольного Ветра. Они защищали меня всю жизнь до встречи с тобой. Будут оберегать и теперь. Главное ты — возвратись. Со щитом, а не на щите!

Она взяла вторую ладонь тцара и положила себе на грудь. Почувствовала, как сильные пальцы едва заметно сжали — с нежной страстью. Елена притянула его к себе, отдавшись жадным рукам, чувствуя, как ее охватывает жар, а тела сливаются воедино в горячем водовороте поцелуев и ласк.

Полумрак походного шатра разгоняют установленные на медных подставках светильники, где полыхает огонь. К тому же свет полуденного солнца проникает через специальные большие отверстия, которые можно закрыть в непогоду.

Волот возвышается над столом в центре шатра, рядом с ним два воеводы, Аслан и Шермет, и сын Рамзаган. Все четверо нависают над картой, где размечены земли Троецарствия, а также грубо набросаны территории, что лежат к северу, там где заканчиваются кордоны Славии.

Все четверо голые по пояс, на плечах у каждого лишь кроваво-красный плащ с эмблемой Артании — скрещенными и обведенными в золотой круг топорами. Широкоплечие, с выпирающими мускулами, как и подобает настоящим артанам. Седые волосы воевод спадают на могучие плечи. У Рамзагана волосы чернее ночи, в левом ухе блистает золотая серьга, показывая, что он в семье единственный ребенок.

- Как я и говорил, придется идти через земли Славии, - сказал низким голосом. - Иного пути нет. Я потом смотрел в видении повторно. Разве что как-то перелететь через Славию с помощью магии, но я не смогу пронести там всех вас и пятьдесят человек дружины.

- Настоящие воины обходятся без магии! - сказал Рамзаган гордо. - Это вон пускай подлые куявы пользуются, ха-ха! Чем слабее воин, тем чаще прибегает к волшбе!

Воеводы глянули на тцарского сына, смолчали. Но в глазах мелькнули искорки одобрения.

- С каких это пор куявы у нас сделались подлыми? - рыкнул Волот. - Они вообще-то наши соседи. Ими правит мой брат и твой дядя, если ты забыл.

- Да помню-помню, - отмахнулся тцаревич. - Но я читал, что в далеком прошлом, когда была последняя война между тцарствами, Артания и Куявия крепко враждовали. Легендарный Придон повел артан на войну, дабы свершить месть за великую подлость, которую сделал ему куявский тцар Тулей… Может, и сейчас стоит бросить войска на Куявию, отец? Как добудем Кладенар… Я бы лично повел армию на Куябу! Это была бы великая честь…!

Волот нетерпеливым жестом оборвал сына.

- Ту легендарную победоносную войну артан помнят все! Но это было очень давно, вскоре после этого мой прадед Талмыз объединил оба тцарства в одно. И хоть сейчас мы снова разделены, но там правит мой брат Имир, и Куявия — наш союзник и друг. Мы торгуем, а это хорошо для нас в первую очередь. Артания богатеет.

- А представь, что мы завоевали бы Куявию, и Артания вновь стала бы той, что была при великом Талмызе! Огромная и несокрушимая! Отец, там же полно рудников с золотом, медью, железом! Да и Славия с Вантитом нас бы зауважали. В последнее время ведут себя...гм...пренебрежительно.

- Есть такое, сын, - согласился Волот. - Но мы вернем их расположение, когда найдем Кладенар. Они склонятся перед нашей мощью, и не нужно будет проливать ничью кровь. - Он помолчал и добавил: - По крайней мере, до тех пор, пока они меня не взбесят. Но не ранее, чем Кладенар будет у меня. А пока — хватит об этом. Иди лучше обойди лагерь, проверь часовых, отправь разведчиков осмотреть окрестности.

Тцаревич дернулся, как пощечины — ему вновь дают поручение простого десятника.

- Мой тцар, - сказал Аслан осторожно, - разведчиков я выслал сразу, как мы разбили твой шатер.

- Уже вскоре должны воротиться, - добавил Шермет негромко.

- А ты уверен, что Имир не станет тоже искать камень? - спросил тцаревич, глядя на отца горящими глазами. - Мне кажется, он на все готов, лишь бы помешать нашей Артании вновь стать великой!

- Брат не станет вставлять мне палки в колеса, - сказал Волот с уверенностью. - Я дал ясно понять, что этого не потерплю. Я старше, он меня послушает. Иначе пожалеет, что влез поперек дороги!

- Если Имир все же решится, - не унимался Рамзаган, - мы должны показать ему, что главные здесь — мы! - Он перехватил суровый взгляд Волота, поспешно добавил: - То есть, ты, отец! Он должен знать, что нельзя идти наперекор правителю Артании и любое несогласие будет наказано!

Волот потемнел, чувствуя, как к лицу приливает кровь. Он воспитал сына достойным и могучим воином, но в последнее время Рамзаган стал слишком много себе позволять при подданных, словно это он сам сидит на троне Артании.

- Остынь, тцаревич, - посоветовал Волот сквозь зубы. - Все будет так, как надо.

Воеводы сделали вид, что сосредоточенно изучаю карту. Сереброк посмотрел на тцаревича, потом на Волота. В глазах старого волхва мелькнуло неодобрение.

- Рамзаган, - повторил Волот с нажимом, - ступай проверь часовых.

Однако взгляд ясно