Бессмертие. Том 1. Воздух - Ха Ян

Дойдя до гостиницы, Динь Фанлинь вдруг произнесла: «Господин Молчун, завтра праздник Пахоты. Если у тебя были планы – оставь их ненадолго. Давайте завтра втроем отпразднуем этот день».

«Господин Молчун» после скорее долгих размышлений принял приглашение.

Когда та оставила их и ушла в свои покои, Ян Си поинтересовался, хотя энтузиазм подачи напоминал скорее дежурный вопрос:

– Как вы познакомились с Фанлинь?

– Ох, это интересная история. Однажды я увидел выбегающую девушку из дома, за которой бежал огромный мужик, и я сразился с ним.

Как и всегда прежде, Ян Си был тронут, но лишь на мгновение.

– Получается, ты спас ей жизнь?

– Нет, что ты, – Хэ Янг улыбнулся. – Он сломал мой меч. Фанлинь воспользовалась медлительностью громилы, отвлеченного на меня, саданула ему доской в самый затылок и таким образом спасла жизнь мне. Мужик тот распластался там прямо как в детской сказке: глаза на выкат, язык выпал, ноги-руки в стороны, словно пьяница после дневных сборов милостыни.

Ян Си не нашел, что на это ответить.

Праздник Пахоты, вечер.

Застланый желтым светом, город наполнялся дымом от свечей; все вокруг блестело и сверкало. Спустившиеся первые сумерки оседали мягкой чернотой, погружая город в состояние некого транса. Буддийские молебны звучали отовсюду; гонг барабанов и звон колокольчиков – все это наполняло ощущением прикосновения к священному. Казалось, находясь здесь, ты мог прорваться в Нирвану прямо сейчас.

Прогуливаясь по заполненным людьми улицам, молодые люди брали миски риса, зачерпывали рукой, рассыпали по дороге. Ощущение священной таинственности наполняло воздух, прокрадывалось вверх, словно дым. Динь Фанлинь закашлялась и прикрыла нос рукавом; дыма от свечей здесь действительно было много.

– Здесь так красиво – сказала она глухо, – но как тяжело дышать.

Закашлявшийся Ян Си последовал ее примеру и также прикрыл нос рукой; его больные легкие с трудом выдерживали густой туман, образовавшийся от свечей. Оторвав от одежды несколько лоскутов, Хэ Янг протянул их своим спутникам и сам повязал себе на лицо. По правде говоря, как бы красиво и утопительно это ни было, оно начинало серьезно беспокоить.

А потом он заметил, что человек упал. Вслед за ним, подобно домино, несколько монахов, молящихся у храма, также свалились без чувств. Несколько человек хотели поспешно уйти – но даже сворачивая в улочки, там их также ждал туман.

– Кажется, в тумане сонливый яд.

Это заметил не только Хэ Янг; группа людей, придя к тем же мыслям, бросилась бежать. Резкий треск деревяшек пронзил, аки клинок беззащитную плоть, молебное пение. Главные врата города стали трещать по швам, и энергия нечисти стала проникать, расползаться подобно туману.

– Это…

Перед молящимися и лежащими монахами, подсвечиваемый свечами и отблесками мягкого желтого света, возвышался силуэт человека. Выше человеческого роста на две или более головы. Со свисающими вдоль длинными руками, он напоминал древнее божество, восставшее из глубин земли. Ощущение глубокой печали, исходящее от его черного тела, стелилось по земле дымом, отравляя души. Это давление, вероятно, было вызвано его силой.

Ян Си не мог поверить своим глазам.

«Дух Павших Страданий».

Однажды он читал о нем, но не думал, что сможет запечатлеть своими собственными глазами. Это отличалось от книг. Изображение было как на листе, но впечатления… Они были совсем другими.

Своим низким, полным неупокоенности голосом, силуэт произнес:

– Они погибли… А вы все смеете праздновать.

Сидящие монахи встрепенулись; но вместо того, чтобы уйти, они продолжали читать сутты очищения сердца, стремясь защитить беззащитных людей. Как будто своими молитвами они действительно могли помочь.

Но ничего не происходило. Черная фигура продолжала стоять, навевая чувство глубокой скорби. Более того, чем дольше монахи читали, тем больше он, казалось, рос.

Внезапно Динь Фанлинь закричала:

– Остановитесь!

Она не так много знала о буддизме. Она даже не была уверена в том, что делает, но теперь, казалось, она кое-что поняла.

– Это не те сутты! Вы лишь делаете его сильнее!

Человек в знакомой желтой рясе, стоящий рядом с ней, тоже крикнул:

– Она права! Бьюсь об заклад, все, что вы учили долгие годы, было спланированной ложью, чтобы уничтожить вас!

Треск раздался снова; тяжелые ворота, не выдержав натиска, наконец обвалились, и несколько десятков неупокоенных духов хлынули внутрь; воздух наполнился криками. Ян Си и Хэ Янг обнажили свои оружия.

Их было всего двое – им не справиться с толпой духов. Однако, видя всех этих бегущих людей, Ян Си не мог позволить себе сдаться: он просто не имел на это права. Клинок полоснул по телу духа, и внезапно это оказалась материя: духи были чем-то между мертвым телом и призраком: их тела содержали определенную плотность, и именно ее можно было резать. Из раны ничего не выпало, не пролилось никакой крови – но этот дух вскрикнул и махнул мечом в ответ.

Духи были облачены в полотняные штаны и запахнутый халат – вероятно, при жизни они были воинами, погибшими в битве. Но откуда в священном городе взяться солдатам? Здесь никто не сражался долгие годы…

– Линия обороны, – догадалась Динь Фанлинь. – Недалеко отсюда расположены могилы павших в битве.

Это имело смысл. Непонятным был одно – где был Шэнь Малэй в такой важный для города час?

Разбивая тела направо и налево, Ян Си не мог отделаться от ощущения глубокой скорби, завладевающей его легкими; тоска окутывала его тем сильнее, чем больше он об этом думал… орудовать мечом становилось труднее. Воин полоснул его ноги и, подогнувшись коленом, Ян Си со всего размаху ударил его по лицу рукоятью меча.

Не думать. К чертям мысли! Он часто не позволял себе думать, так стоило ли начинать сейчас?

Оказавшись в круговороте бойни, он столкнулся с Хэ Янгом спинами:

– Почему каждый раз, встречая тебя, я сталкиваюсь с волной нечисти? Кто ты – буревестник?

Хэ Янг недовольно на него посмотрел:

– А может быть, это ты слишком далек от мира культиваторов?

– Мне не привлекательны ни культивация, ни религия, ни бессмертие. Я обычный человек.

– Правильно, – сказал Хэ Янг. – Обычный человек с большим мечом. Хорошо-хорошо, я поверю тебе сегодня, только не тыкай в меня клинком.

В то же время, с трудом отбившись от нападающих, Динь Фанлинь подбежала к еретику; вдвоем они запрыгнули на