Звездные Рыцари. Книга 3 - Юрий Винокуров

Маршал развернулся в мою сторону, и я готов был поклясться, что за визором мелькнуло что-то вроде удовлетворения.

— Отразилось. И довольно заметно. Твоя Звезда за одну ночь продвинулась дальше, чем за предыдущие две недели вместе взятые.

— О, — сказал я. — Это хорошая новость.

— Это ожидаемая новость. Истинная Звезда растёт не от сидения в тишине. Она растёт под нагрузкой. Чем тяжелее и чаще ты работаешь на пределе, тем быстрее она набирает силу. Это, кстати, первое, что узнаёт каждый послушник Ордена, и последнее, что понимает каждый осколочник Империи, потому что им это знание бесполезно.

Я почесал затылок и осторожно уточнил:

— То есть если я буду каждый день осушать резерв досуха и залезать в Волю, как вчера, то…

— НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ!!!

Он не крикнул. Он вообще никогда не кричал, по крайней мере, я ни разу не слышал. Но эти четыре слова прозвучали так, что я невольно отступил на полшага.

— Прости. Но выбей эту мысль из головы немедленно. Мы только что говорили: Воля — это стенки сосуда. Ты же предлагаешь разрушать этот самый сосуд. Это тупо, Виктор. В самом начале, пока Звезда ещё молодая, пока структура не устоялась, это верный способ остаться калекой навсегда. Именно так, между прочим, гибли многие потенциальные Рыцари. И случалось это даже не в бою с Изнанкой, а просто от… собственного нетерпения.

— Понял, — быстро сказал я. — Не грызть кружку. А как тогда?

— Тяжёлая работа помогает развитию. Регулярные бои на пределе резерва также, это и есть твой рост. Простые медитации опять же. Но в Волю лезть нужно только тогда, когда тебе грозит смерть. Как вчера. Такие встряски двигают прогресс очень хорошо, и от одного случая, повторюсь, ничего страшного не случится, даже наоборот. Но между этими «случаями» должен быть полноценный отдых. И медитация. И время! Чем моложе звезда, тем больше времени.

Я прикинул расклад и повеселел.

— Ну хорошо. Тогда, при таком графике, я вторую Звезду соберу… — я изобразил задумчивость, — … ну, скажем, через месяцок?

В зале раздался громкий смех. Смех Маршала был вещью редкой и, честно говоря, жутковатой: глухой, идущий откуда-то из-под брони, с металлическим отзвуком. Но сейчас он был вполне добродушным. Снисходительным, я бы сказал.

— Через месяцок. Прекрасно! Скажи мне, Виктор, будущий владелец двух Звёзд: сколько времени у осколочника Империи уходит на вторую звезду в Созвездии?

Я открыл рот, чтобы бодро ответить, и понял, что бодро ответить не получится. Потому что я знал ответ. Я вырос в клане, я видел это своими глазами. К нам по квоте привозили выживших с Игр Возвышения, и их учили. Неделями и месяцами и…

— Год, — неохотно сказал я. — Год-полтора-два. У самых способных вторая Звезда формировалась примерно через год. У большинства дольше. У некоторых вообще никогда… ну, это если мы говорим о Стражах.

— Вот ты и ответил на свой вопрос.

— Погоди, — возмутился я. — Но у них же кружка дырявая! У меня-то целая! Значит, у меня должно быть быстрее!

— Логично. Но неверно.

— Да почему, блин⁈

— Потому что осколочник качает один осколок. Один. У него нет выбора, ему больше нечего качать, вся его сила течёт по одному руслу, и он год выгрызает свою вторую звезду в единственном доступном ему Созвездии. А ты?

Я приуныл, понимая к чему он ведет и промолчал.

— А ты качаешь три грани сразу. Силу, Энергию, Разум. Причём все три одновременно, потому что Истинная Звезда это одна «вещь» с тремя гранями, а вовсе не три звезды в одном человеке. И всё это ты держишь Волей, чтобы оно не перекосило и не треснуло. Скажи мне честно: если смотреть на это с точки зрения логики, то это должно занимать больше времени или меньше?

— Больше, — сказал я тоскливо.

— Больше. Год-два — это нормальный срок и для осколочника, и для нас. Разница не в скорости, Виктор. Разница в том, что у него на второй звезде потолок начинает проглядывать, а у тебя вторая это только начало длинной лестницы в небеса. Он будет ползти вверх и застрянет. Ты же будешь идти до конца.

Я вздохнул так, что вздох, кажется, отразился от колонн.

— А я-то думал, что вот сейчас-то заживём. Пара удачных драк — и здравствуй, вторая Звезда!

— Ты вообще много о чём думаешь неправильно. Это, впрочем, поправимо.

Я уже собрался разворачиваться, чтобы наконец пойти в тот угол зала, где меня, по идее, ждал остаток законного сна, откуда я обычно «вываливался» в реальность, но тут Маршал сказал ещё одну вещь.

— Хотя ты правильно упомянул про способных.

Я замер на середине шага.

— В смысле?

— Гении бывают везде. Были они и у нас. И иногда, редко, но всё же, случалось так, что человек проходил этот путь заметно быстрее, чем ему полагалось по всем расчётам.

Я развернулся обратно так резко, что чуть не поскользнулся на гладкой плите.

— Насколько быстрее?

Маршал молчал.

— Маршал. Насколько. Быстрее.

— Тебе сейчас не об этом надо думать.

— Ну уж нет, — я подошёл ближе. — Ты сам начал. Ты не имеешь права начать такой интересный разговор и не закончить, его это против всех правил приличия!

— Против правил приличия — будить человека посреди сна, когда он устал как собака, а я это уже сделал, так что терять мне нечего.

— Маршал!

— Спать, Виктор!

— Да ладно тебе! Просто скажи порядок! Полгода? Три месяца?

— Это приказ твоего Магистра, брат!

И Зал Ордена начал гаснуть.

Знаете, что самое обидное? Что сделано это было совершенно намеренно. Я в этом убеждён, потому что где-то на краю сознания, уже проваливаясь в нормальный человеческий сон без всяких залов и мысленных наставников, я услышал этот его глухой металлический смешок.

Старый ворчун меня подколол. И сделал это мастерски. И еще, кстати, вопрос. Может ли он быть моим Магистром? Если он живет всего лишь у меня в голове? С этими мыслями я и заснул…

Второй раз я проснулся уже по-настоящему, полежал немного, разглядывая ржавый потолок контейнера и прислушался к себе. Ощущения были странные.