Кот Теслы - Моника Марелли
— Да, двуногая, это именно он. Когда компания создавалась, она специализировалась на электричестве, Никола сейчас тебе об этом расскажет, но в наши дни она занимается ядерной энергетикой. От первоначальных собственников у «Вестингауз электрик» осталось только имя. Представляешь, ее головной офис находится здесь, в Соединенных Штатах, но ее основной акционер — японская транснациональная корпорация! — говорит Софи, облизывая переднюю лапку. Интересно, откуда она все это знает.
— Простите, мистер Тесла, я вас перебила. Прошу вас, продолжайте!
— Джордж прославился, когда ему было всего 22 года. Он изобрел пневматический тормоз для поездов, нажил на этом целое состояние и быстро понял, что будущее за электричеством. Ты только представь, в сентябре 1882 года Эдисон впервые за всю мировую историю осветил один район нижнего Манхэттена с помощью крохотной угольной электростанции, расположенной на Перл-стрит. Ее постоянный ток питал 400 ламп, принадлежащих 82 клиентам. На тот момент казалось очевидным, что это только начало неудержимого успеха постоянного тока.
— Но первые успехи могут быть обманчивыми, — загадочным тоном изрекает маленькая мудрая кошка, продолжая до блеска вылизывать шерстку на спинке. Тесла продолжает:
— Вестингауз, будучи великим изобретателем, прекрасно понимал практические проблемы применения постоянного тока: изучив инженерные схемы Эдисона, он убедился, что система низкого напряжения, связанная с постоянным током, подразумевает большую потерю мощности, а эффективность оказывается слишком низкой, чтобы можно было говорить о передаче энергии на большие расстояния.
— Звучит как что-то очень существенное, неужели Эдисон упустил эти моменты? — спрашиваю я с любопытством.
— Эдисон полагал, что эти ограничения можно преодолеть, построив электростанции в непосредственной близости от мест «потребления» энергии. Там достаточно было бы установить большие токопроводящие кабели, чтобы удовлетворить постоянно растущую у человечества потребность в электроэнергии. Но это было очень дорогим решением, особенно для отдаленных сельских районов, где маленькие фермерские общины не могли позволить себе оплатить ни строительство электростанции, ни прокладку огромных толстых медных кабелей.
Видели бы вы глаза Теслы! Они блестели еще ярче от увлечения, с которым он рассказывал эту историю. Казалось, что его взгляд прямо-таки излучает свет.
— Не говоря уже о таком обстоятельстве, которое лежит исключительно в плоскости физики: постоянный ток невозможно преобразовать в более высокое напряжение для передачи энергии, а потом в более низкое для ее потребления! — мяукает Софи, буравя меня взглядом школьной учительницы, который я нахожу очаровательным только в ее исполнении.
— Следовательно, требовалось разделить линии электропередачи, — продолжает мысль Софи Тесла. — Например, высоковольтные — для электродвигателей промышленных предприятий, а низковольтные — для домашних лампочек. Как видишь, постоянный ток требовал больших вложений и денег. Кроме того, все эти линии электропередачи уродовали внешний вид городов. Если бы тебе пришлось побывать в Нью-Йорке того времени, то у себя над головой ты бы обнаружила плотную паутину проводов, через которую было практически невозможно разглядеть небо!
Но все кардинально изменилось благодаря переменному току и моим двигателям, которые им питались. В такой системе можно использовать трансформатор, который меняет напряжение с высокого на низкое, более безопасное для бытового потребления. Помимо этого, для заданной передаваемой мощности сечение медного кабеля обратно пропорционально используемому напряжению: чем выше напряжение, тем тоньше требуется кабель. Иными словами, благодаря мне и моим новым идеям появилась возможность передавать больше электрической энергии и уменьшать напряжение с помощью трансформатора для потребления в домах конечных пользователей.
Тут снова заговорила, то есть замяукала, Софи — эта тема ей очень нравится.
— Только представь себе, двуногая, французский ученый Люсьен Голар совместно с англичанином Джоном Гиббсом разработали такой трансформатор и представили его публике в Лондоне в 1881 году. Это мгновенно привлекло внимание Вестингауза, который решил импортировать несколько таких трансформаторов и приспособить их для работы с построенными компанией «Сименс» генераторами переменного тока. Эксперименты начались в Питтсбурге в 1885 году. Система работала от гидроэлектрогенератора, который производил переменный ток напряжением 500 вольт. Можно было повысить напряжение, то есть «силу», толкающую электричество по проводам, до 3000 вольт во время передачи от одной точки к другой и затем понизить до 100 вольт ближе к домам. За один год было установлено более 30 таких систем освещения, но и они были далеки от совершенства: все еще не было счетчиков потребления электроэнергии, чтобы отслеживать расходы пользователей, и, что важнее, не существовало электродвигателя переменного тока!
Я смотрю на Теслу: он весело улыбается Софи, которая моментально отключилась и заснула, и продолжает рассказ:
— В 1888 году команда ученых, работавших на Вестингауза, решила проблему счетчиков, и в том же году я продемонстрировал, что мой двигатель переменного тока работает идеально. Тогда Джордж почуял запах денег и решил производить двигатели в больших масштабах. Он купил мои патенты на десятки тысяч долларов, более того — пообещал по два с половиной доллара за каждый киловатт мощности проданных моторов. Поэтому я решил переехать из Нью-Йорка в Питтсбург почти на целый год, чтобы усовершенствовать свое изобретение. Пришло время, когда мечты сбывались одна за другой, а деньги больше не были проблемой.
Тесла смотрит на меня сверкающими глазами. Софи снова просыпается, потягивается, выгнув спинку кверху, и зевает, широко распахивая пасть. Она запрыгивает на подлокотник кресла, в котором сидит ученый, и говорит мне:
— Ты вообще отдаешь себе отчет, какая сумма стояла на кону?
— Софи, ты разве не спала?
— Эй, двуногая, запомни на будущее: мы, коты, отдыхаем, но всегда держим ухо востро!
— Ладно, не сердись!
— Я не сержусь, но иногда у меня складывается впечатление, что вы, люди, нас недооцениваете, а мне не нравится быть недооцененной.
— Да ладно тебе, Софи, не такие уж мы… ограниченные!
— В таком случае, моя дорогая, пусть эта прелестная кошечка продолжит рассказ, а я на минутку отлучусь, — прерывает нас Тесла.
Софи покидает кресло ученого и запрыгивает ко мне на подлокотник. Обвив хвостиком передние лапки и глядя мне прямо в глаза, она начинает рассказывать:
— Хорошо, тогда тщательно все записывай, потому что я дважды повторять не стану.
— Похоже, кто-то приправил твои ломтики лосося излишней любезностью, — говорю я, приводя в порядок листы бумаги, и готовлюсь писать.
— Даже если не принимать во внимание то, что это была индейка, а не лосось, мне все равно непонятна твоя ирония. Не заставляй меня терять время, ведь, когда мы здесь закончим, я должна буду на минутку заскочить домой и повидаться с друзьями перед очередным путешествием по пространственно-временному континууму.
— Очередным путешествием? А куда ты отправишься? К кому?
— Потом