Искатель, 2011 № 03 - Журнал «Искатель»

— Что это? — повторила вопрос разгневанная супруга, суя резиновый предмет чуть ли не в рот муженьку.

Николай закусывать кондомом никакого желания не имел, а потому, заикаясь, ответил:

— Что, что? Не видишь — гондон! А где ты его взяла?

— У тебя в кармане? Пачка распечатана! Один уже использовал, подлец! Говори, с кем? — При этом Мария схватила со стены дуршлаг и огрела Николая по спине.

Видя, что назревает нешуточный скандал, Василий от греха подальше ужом выскользнул в прихожую, намереваясь вовремя смыться, но его остановил грозный окрик капитана, знавшего о подлых подставах коллеги:

— Твоя работа, мерзавец? Куда намылился, а ну иди сюда!

Васькин, скромно потупив невинный взгляд, вернулся на кухню и потянулся за налитой рюмкой.

Капитан хлопнул его по руке:

— Свое выпил, Вася! Признавайся и колись. На кой хрен подложил мне гондон?

Чтобы сохранить семейное благополучие, Васькин благородно признался в содеянном.

Мария рассмотрела резинотехническое изделие, а потом спросила:

— А что это за отростки, как у таракана?

— Так это же «усики», презерватив французский с «усиками», — пояснил виновник переполоха. Ему, похоже, было не до смеха.

Кроме Васькина, кинолога и понятых Родионов взял с собой судебно-медицинского эксперта Рудака Павла Николаевича и фотографа Пискуна Дмитрия Ивановича. Эта большая компания специалистов во главе со следователем областной прокуратуры на двух автомашинах прибыла на место происшествия.

Нил Маркович не был уверен на сто процентов в успехе задуманной им операции, но версию о том, что труп Аникиной может быть закопан в городском парке, в любом случае необходимо было проверить. Внутреннее чутье подсказывало Родионову, что он на правильном пути.

В углу парка первая роль была уготована овчарке, однако Мирра повела себя довольно странно. Первым делом она подняла под дубом левую ногу и справила собачью нужду, потом обнюхала ботинки эксперта, взяла его след и сломя голову бросилась по тропинке. Но опытный кинолог Миша остановил ее: «Фу, Мирра! Труп ищи! Труп!» Овчарка вместе с хозяином недавно была на собачьих курсах по повышению квалификации в городе Саратове, а потому поняла команду собаковода.

Она опустила нос к земле и стала медленно ходить по кругу, временами останавливаясь и недовольно фыркая. И вдруг Мирра залаяла и стала неистово работать передними лапами, загребая землю.

Миша оттащил собаку в сторону, а присутствующие подошли к этому месту. Родионов велел рабочим начать раскопки и вручил им деревянные лопатки, так как железные лопаты не годились. Ими можно было повредить то, что искали. Грунт в этом месте оказался мягкий, как на недавно вскопанном огороде.

Рабочие осторожно, как археологи на раскопках древних руин, стали работать инструментами и вскоре на небольшой глубине обнаружили труп, засунутый в мешок.

— Е-мое... Ешкин кот, — удивленно произнес Васькин.

Видавшие виды могильщики и патологоанатом оставались невозмутимыми, а следователь с мрачным видом дал команду Ру-даку:

— Павел Николаевич, осмотрите труп.

Через несколько минут судебно-медицинский эксперт выдал предварительное заключение:

— Труп женщины лет двадцати. На голове рубленая рана с повреждением свода черепа. Смерть наступила около месяца назад. В кармане платья обнаружена записка.

Нил Маркович пинцетом взял записку, мельком глянул на нее. На его непроницаемом лице вдруг обозначилось неподдельное удивление.

Следователя удивило то, что письмо было напечатано на машинке, но еще больше потрясло его содержание: «Галчонок! Приходи сегодня в парк, где дуб и синяя скамейка. Надо поговорить. Витя». Родионов осторожно положил послание в бумажный конверт.

— Загадки будем отгадывать потом, а сейчас надо найти орудие убийства, — изрек вслух сыщик свои мысли.

— Убитая похожа на Аникину Галину, — вдруг заявил оперативник Васькин.

— То, что это будет именно она, я предполагал давно, но окончательные выводы будем делать после опознания трупа родственниками, — ответил Родионов.

К осмотру с самого начала подключился фотограф Пискун, который беспрестанно щелкал спусковым механизмом и предпочитал никаких предположений не делать.

— Всем осмотреть местность. Ищите орудие убийства, — приказал следователь.

— А может, убийца топор с собой унес? — высказал предположение оперативник.

— Нет, старлей, скорее всего это был не топор, а лопата, которую злоумышленник после содеянного вряд ли понесет с собой. Вполне возможно, что он где-то ее спрятал.

Тщательные поиски успехом не увенчались. Ни топора, ни лопаты, ни другого острого предмета найти не удалось, хотя бригада прочесала все кустики и полянки. Помощь пришла от Мирры. Собака не поленилась и залезла в самую гущу сиреневого куста, откуда послышался ее громкий призывный лай.

— А ну посмотри, Миша, что она там нашла, — попросил следователь кинолога.

Собаковод пробрался в глубину куста и через несколько минут вытащил оттуда лопату:

— Смотрите, смотрите, что она нашла!

Следователь с помощью лупы осмотрел плоский железный клинок, на котором обнаружил два волоска. Следов крови видно не было. Возможно, что ее смыл дождь. Так же, как и отпечатки пальцев на черенке.

Гробокопатели зарыли могилу и по привычке стали требовать у следователя «магарыч» — бутылку водки.

«Так у меня и зарплаты не хватит, эксперту — коньяк, рабочим — водка, собака колбасы попросит», — уныло подумал Родионов, но нашел выход:

— Магарыч у Павла Николаевича просите, — кивнул он на Рудака. — Он вам спиртику плеснет, только помогите труп в морг перевезти.

— Это мы мигом, нам не привыкать, — обрадовались могильщики и направились к эксперту, который никак не ожидал такого развития событий.

— Карр, карр, — раздался противный скрипящий звук с высоты дуба. Старый ворон мог поведать людям много интересного о том, что произошло в роковой вечер, если бы умел говорить. Но природа не наделила его речью, а потому людям самим придется по крупицам восстанавливать моменты страшного события, которое произошло месяц назад в душный летний вечер под кроной старого дерева.

Труп Аникиной Галины был опознан матерью, сожителем Федором и подругами Верой и Соней.

Спустя две недели, проведя необходимые следственные действия, Родионов вызвал на допрос подозреваемого Арканова:

— Ну что, Вадим Петрович? Должен вам сообщить неприятную новость. В городском парке обнаружен труп Аникиной Галины...

— Ну и что? А я здесь при чем? Я-то ее не убивал! — перебил бывший следователь следователя по особо важным делам при исполнении.

— Подождите, не перебивайте! Убийство совершили вы, Вадим Петрович, и у меня есть неопровержимые доказательства.

— Интересно послушать, — нагло ухмыльнувшись и вальяжно закинув ногу на ногу, проговорил подследственный. По всему было видно, что он не намерен признавать вину в тяжком преступлении и будет всячески пытаться уйти от ответственности.

Но следователь по особо важным делам был не лыком шит, пришел на допрос