Искатель, 2011 № 03 - Журнал «Искатель»
Родионов по-свойски подсел к старушкам на лавочку, поговорил с ними о пенсиях и лекарствах, а потом как бы невзначай спросил:
— А вы случайно не знаете мужчину, у которого собака овчарка?
— Как же не знаем, — откликнулась пожилая женщина в очках, — знаем. В 32-й квартире живет учитель Дмитрий Петрович. У него большая черная овчарка Рекс. Собаку бандюки чуть не убили. Но это давно было.
— Он-то мне и нужен.
— А ты сам, милок, откель будешь? И зачем тебе учитель понадобился? — поинтересовалась бабушка в светлом платочке.
— Собачек я развожу. Хочу свою овчарку Бирму на случку к Рексу привести, — нашел подходящий ответ работник прокуратуры.
— Жених наш видный из себя, и щенки хорошие будут, — встряла в разговор третья сплетница, которая аккуратно сплюнула шелуху от семечек в бумажный кулечек. — Приводи свою собачку, приводи...
— А не знаете, Дмитрий Петрович дома? — спросил собачник.
— Дома, дома! Недавно с работы пришел, — последовал ответ пенсионерок.
Нил Маркович поднялся на третий этаж «хрущевки» и позвонил в 32-ю квартиру. Двери открыл симпатичный молодой мужчина лет тридцати в спортивном костюме. Позади него суетилась овчарка, которая для порядка несколько раз гавкнула на незнакомца, а потом убежала в зал и притащила в зубах комнатную тапочку.
— Вы Дмитрий Петрович? — уточнил посетитель.
— Да, Мордвинцев Дмитрий Петрович, — последовал ответ.
— А я следователь прокуратуры Родионов Нил Маркович, — представился гость. Легенда о случке собак годилась только для бабушек и здесь была неуместной.
— Я по поводу случая на пустыре. Вы были свидетелем изнасилования, и там ранили вашу собаку...
— Да, помню, помню. Больше трех лет прошло. Чего это вдруг за старое взялись? Проходите в зал, присаживайтесь на диван.
Рекс к тому времени притащил вторую тапку, и гостю ничего не оставалось, как разуться, надеть тапочки и пройти в комнату.
— Расскажите, как было дело, — спросил следователь, доставая из папки бланк протокола допроса.
— Поздно вечером я гулял с собакой на пустыре, — начал давать показания очевидец. — Вдруг слышу пронзительный женский крик и какую-то возню. Вижу группу ребят, которые глумятся над девушкой. В руках у одного из них я увидел нож. Я понял, что надо что-то делать. Крикнул: «Вы что делаете?! Прекратите немедленно!» Насильники засмеялись и с угрозой послали меня по матушке. Тогда я спустил с поводка Рекса, который громко лаял и рвался из рук. Собака кинулась на негодяев, но один из них ударил Рекса ножом, после чего вместе со своими товарищами побежал в сторону хлебозавода. Я помог девушке подняться с земли и предложил ей помощь. Сказал, что доведу до милиции. Но девушка отказалась. Заявила, что сама дойдет. Я взял Рекса на руки — бок у него был в крови — и отнес домой, где наложил повязку на рану.
— А почему же вы не сходили в милицию? — спросил следователь. — Вы должны были осознавать, что вас ищут как единственного свидетеля.
— Вначале не хотел связываться. Думал, затаскают по судам. А потом совесть замучила. Прошло уже довольно много времени. Я пошел в прокуратуру и сказал следователю, что видел на пустыре, как насиловали девушку. Следователь Силкин посмотрел на меня как на прокаженного, но записал мои данные, допрашивать не стал и сказал: «Идите гражданин! Когда нужно будет, я вас вызову!» Но никто меня так и не вызвал. Я сам удивлялся, почему меня не допросили. Но посчитал, что органам виднее, — значит, отпала необходимость.
— А что было с собакой?
— А что с собакой? На следующий день я отнес Рекса к ветеринару. Он зашил ему бок. На Рексе все и зажило. К счастью, рана оказалась неглубокой.
— Вы видели преступников в лицо? Сможете их опознать?
— Одного смогу, того, который с ножом был. Я на него все внимание обратил и морду его хорошо запомнил. А вот остальных видел мельком. Опознать вряд ли смогу.
Нил Маркович оформил протокол допроса. По его просьбе свидетель нарисовал схему места происшествия.
— Спасибо, Дмитрий Петрович, завтра прошу вас явиться в прокуратуру на опознание, — сказал следователь и пошел к выходу.
На прощанье он почесал собаку за ушами и погладил по спине. В знак благодарности за ласку Рекс один раз гавкнул, взял в зубы одну тапку и потащил ее на кухню.
Назавтра свидетель Мордвинцев опознал Арканова Вадима, а еще через день позвонил судебно-медицинский эксперт Рудак и сообщил, что заключение биологической экспертизы по сперме положительное. Свидетельница Вера Гурина также узнала не только Арканова, но и Зеленкина. К тому времени все подозреваемые уже дали признательные показания, а прокурор области Самодуров санкционировал арест двоих следователей и троих соучастников. Ставя печати, Павел Игнатьевич бурчал:
— Нил Маркович, тут не один оборотень, а целая стая, всыплет мне Москва на орехи, прославились на весь Союз. Но с другой стороны, нужно от этой нечисти избавляться. Выжигать будем каленым железом. Работай дальше. А что с районным прокурором?
— Прямых улик причастности его к укрывательству пока нет. Но без него Силкин ничего бы не смог сделать. Да и прокурор в первую очередь был заинтересован в закрытии дела. Доказательства скоро будут, Павел Игнатьевич. Но привлекать Петра Николаевича к уголовной ответственности считаю нецелесообразным. Я беру во внимание мотивы, личность прокурора и его роль в укрывательстве. Но освобождать Арканова с должности районного прокурора придется.
— Я тоже так думаю, Нил Маркович. Продолжай расследование, активизируй розыск пропавшей девушки. Мне кажется, что мы можем выйти на убийство.
Родионов, листая уголовное дело о хулиганстве Вольских амазонок с эротическим уклоном, обратил внимание на один абзац в показаниях Сони Маркиной: «Когда мы уходили, Арканов Вадим выплюнул платок и крикнул в адрес Галины: «Тебе это так не сойдет! Урою на этом самом месте!»
Неожиданно в голове молнией мелькнула мысль: «А что, если?.. Что, если эти слова понимать в буквальном смысле? И Арканов выполнил свою угрозу? От него всего можно ожидать. Тогда тело Аникиной нужно искать в углу парка около старого дуба, где девицы надругались над мужчиной.
Нил Маркович решил поговорить с матерью пропавшей девушки. Убитая горем Полина Сидоровна, нервно теребя конец клеенки, которой был застелен стол, сообщила следователю следующее:
— Уже месяц прошел, как Галочка ушла из дома и не