Инициация - Оратор
— Вы опытные наездники? Спрашивал старейшина, зная ответ на свой вопрос.
— Не очень. Ответили парни в унисон.
— Тогда пошлите на конюшню, объясню, как лошадь выбрать. И знайте, для кочевника лошадь — это целая жизнь, потерять её является дозволительным только в крепкой сечи или по прошествии лет от старости. Как я и сказал, лошадь — это душа кочевника, однако наши даже в молодости сильно строптивые. Когда придём к загону, возьмёте по морковке, затем медленно подойдёте к приглянувшимся лошадям, покажите руки и попробуете прикоснуться к животным, если позволят, значит, пока вы в степи будут вам служить верой и правдой. Наконец закончил тираду старейшина.
Когда они пришли к нужному месту, Святополка поразил шок, лошади были не на конюшне, а тупо были растянуты по всей опушке, отделял от внешнего мира их низко сколоченный загон, в центре которого была та самая конюшня. Правда, больше половины лошадей плевать на него хотели и преспокойно гуляли за его пределами.
— Они же так сбегут. Сказал Боеслав.
— Не сбегут, они знают, где их дом. Если лишить лошадь свободы, она станет слабой и быстро зачахнет. Ответил Октай.
Больше вопросов не было, парни взяли по морковке и принялись ходить от лошади к лошади, какие-то вставали на дыбы при их приближении, какие-то смотрели настолько человеческим взглядом, с такой концентрацией презрения, что подойти к ним парни и сами не могли. Однако в один момент внимание Святополка привлёк самый молодой жеребец чуть в отдалении от всех, он был размером всего лишь в обычную хорезмскую лошадь, но грива была чёрной как смоль, глаза наглые, она пришлась ему по душе. Сжав морковку, он попробовал к ней приблизиться, однако чуть не получил копытом в голову. Однако взгляд жребца был не агрессивным а скорее оценивающим, он будто ждал, что Святополк попробует подойти ближе. Он и подошёл опять, чуть не получив копытом по башке, но успев уклониться, наконец положил руку на морду животного, то призадумалось и будто бы смирилось, признавая его своим хозяином. Затем парень запрыгнул на жребца ничего не подозревая. Тот явно решил устроить подставу и сразу же чуть не сбросил Святополка, затем резко вписавшись в поворот, чуть не впечатал в дерево, а когда он остался верхом, недовольно фыркнул. Боеслав же уже сидел верхом на взрослом жребце, чей размер превышал размер жребца Святополка раза в два.
— Добро. Отозвался Октай, завидев парня верхом. Теперь в десятку вас надо определить, вы парни крепкие, пойдёте к Тимуру, у него как раз недосчёт. Отчеканил старец.
Затем он сопроводил юных войнов к месту дислокации, где их встретило восемь всадников не в самом хорошем настроении, они кружились кольцом, наматывая один круг за другим, словно загоняя дичь, которой не было, однако завидев Октая с гулким топотом притормозили и, приблизившись к старцу, спешились.
— Наша десятка приветствует достопочтенного. Произнёс самый взрослый на вид парень, словно игнорируя, что их было восемь. Он был крупным и крепким, наверное, находясь на той самой грани, когда жира ещё было не слишком много, и он не сковывал движения, но мощь чувствовалась в каждом шаге, в рукопашку с таким боровом мало кто из сверстников сдюжит.
— Принимай пополнение в десятку. Произнёс Октай.
— Из пришлых? Натянув гримасу отвращения, сказал боров, судя по всему, это и был Тимур.
— Не смотри, что пришлые, они из войнов, без лошади сложный бой любой из них тебе даст.
— А что это даёт в нашем деле, неумелые всадники не больше, чем трупы.
— Тимур. Произнёс старец с холодной интонацией, услышав которую, можно было и с лошади свалиться. Я не прошу тебя, не ищу твоего одобрения, я как старший назначаю.
— Понял. Произнёс парень, сглатывая.
Больше старейшина ничего не говорил, кивнул на прощание и пошёл по своим делам. Парни почувствовали, как восемь пар глаз сканируют каждый миллиметр их тел, что самое удивительное, среди всадников была даже девушка, у неё тоже была линия из золотой нити, что говорило о родственных связях со старейшой или главой клана.
— Смотрите как будет. Начал Тимур. Против слова старейшины я пойти не могу, поэтому будете с нами тренироваться, есть и пить, десятка всё делает вместе, десятка — это кулак степи. Все мои указания вы обязаны будете выполнять, это ясно?
— Значит так, боров, спустись со своего остроухого уродца, и я тебе зубы… Начал Боеслав недовольный смысловой политрой степняка.
— Да. Перебил его Святополк, они встретились взглядами, тот равнодушно кивнул.
— А ты чего на жеребёнке? Спрашивал Тимур. Взрослая лошадь не поддалась, да?
— Боеслав, извини. Произнёс в этот момент Святополк спрыгивая с лошади. Борову и в правду нос жмёт. Меня зовут Святоплк Лютояров, я выживал в Зоне неделями, бился в строю против Богатыря, я вызываю тебя, Тимур, на поединок.
— Вызывалка-то выросла? С чего я вообще должен его принять?
— Твою давно переросла. Ответил Святополк. А с того, чтобы показать своим войнам, что ты мужчина, а не трус. Я не хочу ставить ничего на кон, и ничего не требую, кроме одного — уважения. Оскалившись, произнёс Святополк, Боеслав кивнул, с речью был согласен.
— Чего вы боитесь, Тимур Гирей? У вас же нет ни одного поражения за десятки схваток по борьбе. Произнесла девушка, глядя на пришлых как на говно.
— Ваша правда, Алсу Гирей. Ответил боров, довольно направившись в их сторону, он уже предвкушал победу и внимание знатной дамы.
— Бьётесь без правил, выиграл тот, остался стоять на ногах. Задал правила Боеслав.
— Как без правил? У нас мужики соревнуются в борьбе. Ответил боров немного ошарашено.
— Я же тебе говорил, что он трус. Произнёс Боеслав глядя на Святополка.
— Ты ответишь за свои грязные слова. Прорычал боров и бросился на Святополка, очень медленно бросился, при этом стойка была крайне некозистой, ещё за версту демонстрирующей, что всё, что он умеет, — хватать оппонентов.
— Медленно. Произнён Святополк встретив оппонента ударом в коленный сустав, который тот даже забыл укрепить покровом, а затем уйдя