Пункт выдачи - PogosYun

По сравнению с прошлым посещением, народу в ковид-боксе было больше. Я сел на скамейку и ждал, когда позовут. Духота в помещении страшная. Я достал книжку и использовал ее как веер. Похоже, в наше время только так иногда книжки и используют. Через час медсестра назвала мою фамилию и пригласила в кабинет.

– Добрый день! – поприветствовала меня терапевт. – Как чувствуете себя?

– Уже легче! – спокойно ответил я. – Кашля почти нет. Температура тридцать семь. Слабости вроде как нет.

– Приятно слышать, но послушать вас стоит. Снимайте рубашку.

Я послушно сделал это, и врач со стетоскопом начала слушать легкие. По ее команде я дышал и не дышал.

– Хорошо. Легкие еще хрипят, но уже лучше работают. Давайте померим кислород. – Я засунул палец в пульсоксиметр. – Девяносто восемь, замечательно. Сейчас снимите маску.

Врач достала эти злосчастные ватные палочки и взяла образцы из пасти и ноздри, оставив неприятные ощущения, как в тот раз.

– Что мне делать? – спросил я.

– Ждать две недели для следующего теста. Вы помните условия выписки?

– Помню. Две недели.

– Уже нет! На следующей неделе ждем вас в это же время. Думаю, совсем скоро выпишем.

– Вас понял. Спасибо.

– Да свидания! – сказала терапевт, я покинул кабинет.

Мне оставалось доложить Геннадию Денисовичу по телефону.

– Добрый день, шеф!

– Добрый… если он добрый, – будто огорченно ответил начальник.

– Что такое?

– Болеющих много! – сдержанно говорил он, видимо, пытался не терять самообладание. – Трудно сказать, где, как и что. Такое чувство, что все решили самовольные отпуска оформить под видом этих… больничных!

– Сочувствую вам…

– Ой… ты, видимо, кайфуешь на своем карантине…

– Не то чтобы кайфовал… – ответил я на это завуалированное обвинение. – Я сам не против вернуться на работу. Я почти месяц в четырех стенах и только дважды выходил на улицу!

– Может, выйдешь тогда? – с легкой издевкой спросил Геннадий Денисович.

– При всем желании мне эти смены не зачтут, пока я на больничном. Да и лишние проблемы будут у нас обоих.

– Это да… жаль. Ладно, выздоравливай там…

– До связи!

Я повесил трубку и продолжил двигаться в сторону дома. Осталось предупредить семью.

– Алло, привет, пап… – начал я новый вызов.

День 29

Мне все в падлу…

Я лежал на кровати с перерывом на чай, легкий перекус и туалет. Телевизор был включен, но я просто смотрел в этот широкий экран, будто в пустоту. Компьютер давно работал в спящем режиме. Ничего действительно не хотелось… В падлу… просто в падлу все: работа, болезнь, лето, солнце и… я.

Похоже, у меня пошла депрессия.

Часы показывали семь часов вечера, а я продолжал лежать на кровати на животе. Этот карантин меня убивал, если не физически, то морально.

В тот момент… я попробовал подняться на ноги, чтобы что-нибудь сделать. Получилось. Я стоял на ногах. Теперь мне надо было одеться, что и сделал, взяв свое поло и черные джинсы. К черту сидеть в четырех стенах. Я подошел к окну, увидел, что снаружи почти безлюдно, и вышел на улицу освежиться.

Мне осталось впервые за долгое время просто ходить не десять минут, а целый час вокруг квартала. Свежий воздух снаружи казался действительно свежим, а не смесью уличного с комнатной духотой. Хоть тест и оказался отрицательным, я старался сторониться людей, мало ли что.

Казалось, апатия и уныние ушли. Я зашел в магазин, не забыв про маску и перчатки. Там я спокойно купил хинкали и газировку и рассчитался.

Я вернулся домой и поставил большую кастрюлю на плиту, предвкушая вкусный ужин.

День 30

Настроение улучшилось. Температуры не было. Я почти не кашлял.

С большим энтузиазмом я пошел в поликлинику и ждал своей очереди. Рядом сидевшие бабули что-то ворчали под масками – хоть я и не понимал их бубнеж, это выглядело и звучало забавно. Через полчаса какой-то мужик начал возмущаться, что врач его не принял, заявлял, что сидел с утра, на что одна женщина в деловом костюме ответила, что она тут с десяти и не помнит этого товарища. Короче… веселуха.

Меня пригласили, и я вошел в кабинет, чуть ли не окрыленный. Врач меня поприветствовала, я без лишних слов снял рубашку и позволил послушать легкие.

– Так… все замечательно! Одышка беспокоит сейчас? – спросила терапевт.

– Если только долго заниматься физическими упражнениями, – улыбнувшись, ответил я.

– Сейчас не стоит этим злоупотреблять. Нужно сначала полностью восстановить дыхание после пневмонии. Теперь откройте рот.

Снова эти палочки для тестов. Сначала с нёба, а потом из ноздри. Эти ощущения ковыряния всё так же раздражали, но я не подавал виду.

– Я вам выписала лекарства, это нужно для реабилитации. Вам понятно?

– Понятно! У меня вопрос. Я могу как-то встретиться с родными и друзьями?

– А родные у вас жили? – настороженно спросила врач.

– Нет, все время были на даче. Я сидел дома один.

– Хорошо. Насчет друзей… я бы пока не советовала до последнего теста с кем-то контактировать.

– Да?

– Скажем так… на ваш страх и риск.

– Ладно, подумаю над этим. А что насчет прошлого теста?

– Да… спасибо, что напомнили. – Доктор стала рыться в справках, но нашла результаты. – Так… первый отрицательный есть! Еще один, и вы свободны!

– Это замечательно! Еще раз спасибо! До свидания!

Прежде чем двигаться в сторону дома, я решил сделать крюк, чтобы насладиться прогулкой.

Я улыбнулся, понимая, что я на финишной прямой.

День 35

Этот карантин подходил к концу. Я решил себя побаловать горячими бутербродами, поэтому достал мини-гриль и нарезал хлеб и колбасу. Через полчаса я наслаждался обедом, запивая его газировкой.

Температура меня уже не беспокоила, слабость в руках и ногах больше не проявлялась, а влажный кашель пропал вовсе. Я ждал последнего похода к врачу, чтобы выписаться и вернуться в строй.

Вот уж не думал, что буду рад вернуться на работу.

День 37

Этот день я планировал отпраздновать с большим размахом. Почему? Ну так выписка и конец этого карантина!

Я оделся и пошел в поликлинику, до этого написав Кире,