Первая капля - Роман Золотов
— Сударыня? Что-то случилось? — Её резкая смена поведения мне не нравится, но вида я не подаю.
— Господин, моя работа — составлять компанию важным людям, пока они ожидают приёма, — покладисто говорит она. — Но если вам неприятна моя компания, — она проводит рукой по своей немаленькой груди, а в словах звучит настоящая, живая обида, — я могу вас не беспокоить.
Я задумчиво осматриваю её тело, уделяя особое внимание бюсту. Играет на похотливости подростка? Ну так подыграем.
— «Сима, следи за показателями организма», — мысленно зову подругу.
— «Ну, пока кроме обычного лёгкого возбуждения, — хмыкает она, — ничего нет».
Беру со стола чашку кофе и делаю солидный глоток, не сводя взгляда с прелестей дамочки. Краем глаза замечаю, как блеснули её глаза после моего глотка. Выждав немного, она подаётся вперёд и томно шепчет:
— Господин, если вы хотите чего-то ещё…
— «Ром, тут какая-то дрянь в кофе, — вмешивается Сима, а сам я чувствую головокружение и одновременно дикое возбуждение. — Судя по симптомам, вызывает лёгкую дезориентацию и сильное возбуждение. Если позволишь, могу собрать её в организме, потом незаметно выведем».
— «Делай», — коротко бросаю.
Становится немного легче. Не всё сразу, но эффект слабеет. Сработало. На публике же взгляд мой стекленеет, руки начинают подрагивать. Я даже пускаю немного маны в глаза и лопаю несколько капилляров. С паузами шепчу отравительнице:
— Милая… А что ещё ты можешь мне предложить? — В моём голосе прорезаются звериные нотки, будто я сдерживаюсь из последних сил, чтобы не наброситься на неё.
Она лишь наклоняется ближе и пытается что-то сказать. Но её прерывает раскрывшаяся дверь. И холёный голос, принадлежащий не менее мерзковатому типу.
— Роман Борисович? Я как раз закончил ваши документы. — Замечаю, как он смотрит на нас, и уголок его губ едва вздрагивает. — Проходите.
Встаю, слегка пошатываясь, и бросаю взгляд на блондинку. Та, заметив моё внимание, поднимается и наклоняется прямо к моему уху.
— Господин, после ваших дел я буду ждать тут, — её горячий шёпот сводит меня с ума. Ну, по её мнению. — Не задерживайтесь.
Киваю как загипнотизированный, беру свою чашку кофе, которую так и не отпустил, и прохожу за Альбертом. Тот просит меня присесть в мягкое кресло — оно подаётся под весом, — а сам садится за рабочий стол. В кабинете прохладно после приёмной. Как только все расположились, он начинает.
— Ваше благородие. Начнём с паспорта дворянина. — Протягивает мне маленькую книжку, в которую вклеена моя фотография и указаны мои данные. — Вам просто нужно поставить подпись, и вы официально получите дворянский паспорт.
Продолжая отыгрывать роль, киваю и, не глядя на документ, ставлю подпись. Благо Сима уже дала сигнал, что тут всё чисто. Кладу документ на стол и говорю:
— Альберт Федорович, давайте ускоримся. Меня ждёт… э-э… меня ждут дела. — Хотел видеть пубертатного подростка? Ну так на.
— Конечно, конечно, Ваше благородие. — Он не суетится, но то и дело следит за моей реакцией. — Вот, теперь распишитесь за получение перстня и причисление к роду Годуновых.
Не слушая дальше, выхватываю у него из рук коробку и бумажку, быстро пробегаю глазами и ставлю подпись. Открываю коробку и надеваю перстень. Металл холодный, но через секунду греется на пальце. Между делом замечаю, что работа неплохая. Он удобен, сделан из серебра, с моим гербом. Дуб, корнями обрамляющий чашу. Сгодится.
— Что-то ещё? — почти рычу я.
— Да, — кивает клерк. — Последний документ. То, ради чего вы, собственно, и приехали. — Он протягивает мне довольно объёмный документ. — Здесь бумаги на передачу рода, опись получаемого имущества и перечисление обязательств, взятых вашим родом. Внимательно ознакомьтесь.
Он хмыкает и передаёт мне папку. Изображая нетерпение, я быстро перелистываю страницы, пока Сима их сканирует. Руки дрожат, периодически бросаю нетерпеливый взгляд на дверь. Глаза не могут дольше нескольких секунд смотреть на страницы. Но Сима не дремлет:
— «Ром, они хотят тебя обмануть. Тут между строк есть интересная фраза, — сообщает напарница. — Не буду читать дословно, но смысл в том, что на ближайшие пять лет твой род не имеет права появляться в свете, а также не имеет права на покупку бизнеса, ведение родовых войн. Иными словами, твой род снова будет в опале».
На этой странице я останавливаюсь. Вот оно что. И кто это мне такую подлость устроил? Да и зачем? Я же ни с кем не враждую.
Беру ручку и медленно веду её к графе подписи. Альберт смотрит на меня с предвкушением. Я уже ставлю перо на бумагу и делаю первый штрих дрожащей рукой. Внезапно резко останавливаюсь и поднимаю на него взгляд.
— Кто? — Поза моя меняется, взгляд из осоловевшего становится острым.
Клерк удивляется смене моего поведения и вопросительно поднимает бровь.
— Кто? Ваше благородие, вы о чём? — всё же решается спросить он.
— Я спрашиваю: кто вам заплатил? За то, чтобы подставить меня? — продолжаю я.
— Не понимаю, о чём вы. — Он играет непонимающего. — Покажите, пожалуйста, какой пункт вам не понравился.
Он притворно сдвигает брови, подходит ко мне и берёт протянутую папку. Смотрит на указанный параграф. Затем доверительно улыбается. Я почти ему верю.
— Что вы, что вы. — Продолжает он свою игру. — Не переживайте, это фикция. Стандартный пункт. Всё в порядке, подписывайте. Кажется, у вас были дела. — Переходит на полушёпот, намекая на распутную секретаршу. Видимо, не в первый раз такое делают. Как мастерски.
— Вы, кажется, не поняли. — Мой ровный голос опять его смущает, и я замечаю на его лице первые капли пота. — Я не собираюсь трахать вашу секретаршу. Поговорим о другом. — Сажусь в кресле свободнее. — Что будет, если я позвоню, скажем, в жандармерию и сообщу им, что вы, пользуясь государственной должностью, подсыпали наркотик в кофе аристократу и обманом попытались вручить ему подложные документы? Расстрел? Ну, в лучшем случае.
— Да что вы такое говорите? Как я мог? — Его голос становится сиплым. Забавно. — Зачем же клеветать на меня?
— Клеветать? — Вскидываю бровь и показываю на стол. — Неуважаемый, вон напиток с наркотиком.
Клерк мигом кидается к столу с вытянутыми руками. Пытается, видимо, вылить мой кофе. Но я его ещё не допил. Два моих клинка вылетают из ножен и плоской стороной врезаются ему в грудь, оттаскивая к стене.
— Помогите! Убивают! — орёт обездвиженный мошенник.
— Заткнись. Сейчас отправишь секретаршу обратно, и спокойно поговорим. — С мягкой улыбкой и спокойным голосом говорю ему. — А если будешь дурить, я начну отрезать тебе по пальцу за каждую неправильную букву.